Готовый перевод Military Husband / Генерал и его верный тыл: Законный супруг: Глава 12

Свадебный банкет проходил в пятизвездочном отеле в Пудуне. Длинная красная дорожка тянулась от самой границы территории отеля прямо в главный зал — сразу было видно, что люди, устраивающие здесь торжество, обладают немалым влиянием. Мало того, по обе стороны дорожки были расставлены композиции из роз в форме сердец.

Семья Янь всегда отличалась скромностью: их автомобили — это, как правило, черные Audi или стандартные модели Volkswagen, которые можно встретить на каждом шагу. Однако Семья Чжань всегда любила пустить пыль в глаза, и Чжань Шилинь был в этом деле выдающимся мастером. Впрочем, винить их было не в чем: достигнув нынешнего положения, они уже не могли позволить себе быть скромными, так зачем же изводить себя и притворяться?

Поэтому, когда почти все влиятельные фигуры Шанхая собрались, они увидели странную картину: вслед за черным Volkswagen медленно, почти ползком, двигался новейший военный внедорожник, только что разработанный армией. Его скорость совершенно не соответствовала мощи машины.

Из первой машины вышли Отец Янь, Мать Янь и их младшая дочь. Те, кто наблюдал за прибытием гостей, сразу поняли, в чем дело.

Хотя свадьба Янь Цзюняня и Чжань Шилиня проходила в Пекине и на ней присутствовало немного людей — лишь верхушка государственной власти, — в чиновничьем мире важно уметь видеть на все четыре стороны и слышать на все восемь. Политик, будь то врожденный талант или приобретенный навык, обязан обтачиваться в этой среде, иначе в один прекрасный момент не заметишь, как наживешь себе врага.

Увидев военный внедорожник, присутствующие поняли: второй сын семьи Янь вернулся. Некоторые поспешили достать телефоны, чтобы предупредить тех, кто был внутри, и подготовиться. Никто не рассчитывал на немедленное сближение, но каждому хотелось хоть немного примелькаться перед такой важной персоной.

Во второй машине находились Янь Цзюнянь, Чжань Шилинь, а также старший брат и младший брат Янь Цзюняня. Водителя не было. Парковщик, дежуривший неподалеку, по привычке рванулся вперед, но был остановлен высоким, крепким мужчиной, возникшим словно из ниоткуда. Не успел парень и рта открыть, как услышал сухой ответ:

— Нам не нужны услуги парковки.

Сказав это, парковщик увидел, как этот человек с поклоном подошел к мужчине, вышедшему с водительского места, взял у него ключи и быстро отогнал машину.

Парень работал в отеле уже несколько лет и повидал немало важных особ, поэтому сразу понял: этот человек явно не из простых. Он послушно вернулся на свое место. Новичок-коллега тут же спросил его, что случилось.

— Большая шишка.

— Да ладно! Мужик как мужик, хоть и статный, но приехал на обычном военном джипе. Чем он отличается от чиновников, что пришли сегодня? Ни водителя, ни охраны.

Услышав ворчание, парковщик терпеливо наставил его:

— Такие люди не из тех, кого мы можем видеть каждый день. Ты говоришь, нет водителя и охраны? А кто тогда остановил меня? Когда человек достигает такого уровня, ему не нужны охранники или водители. Государство само тайно приставляет к ним людей. Они следуют тенью и, если не случится ничего экстраординарного, никогда не побеспокоят их обычную жизнь.

— ... — коллега был ошарашен и лишь спустя долгое время смог выдавить: — Это почти как личная гвардия.

Парковщик похлопал того по плечу:

— Почти.

С этими словами он снова перевел взгляд на Чжань Шилиня и остальных, уже идущих по красной дорожке.

В это время Чжань Шилинь с улыбкой слушал, как Янь Цзючэнь язвительно комментирует:

— Если бы не знал, решил бы, что мы на красную дорожку Оскара пришли. Какая пошлость.

С того самого момента, как ранним утром Янь Цзючэнь узнал, что Янь Цзюнянь собирается на свадьбу Лу Цинхая, его настроение заметно испортилось. И то, что он так прямолинейно высказал это сейчас, немало удивило Янь Цзюняня — он с недоумением посмотрел на старшего брата.

Чжань Шилинь лишь усмехнулся, услышав слова Янь Цзючэня, но промолчал. Глядя на него, он уже догадался, что стало причиной такого поведения старшего брата Янь. Тот, вероятно, узнал о прошлом Янь Цзюняня и Лу Цинхая.

На полпути к входу Янь Цзючэнь, к полному ошеломлению Янь Цзюняня и Янь Цзюшао, издал оглушительный, наигранно громкий чих, потер нос и с ядовитым сарказмом провозгласил:

— У меня аллергия! — Он сунул руку в карман, вытащил маску, встряхнул ее и нацепил на лицо. — Подождите, от этого цветочного запаха у меня голова идет кругом, надену-ка я маску.

Янь Цзюнянь и Янь Цзюшао переглянулись. Оба хотели спросить друг друга: когда это у старшего брата была аллергия на цветы? Не найдя ответа в глазах брата, они посмотрели на самого старшего и окончательно потеряли дар речи.

— Брат, эта твоя... маска... — пробормотал Янь Цзюнянь, глядя на аксессуар, который совершенно не вязался с прежним вкусом их брата.

Янь Цзючэнь выпрямился и с суровым видом спросил:

— Что такое? Маска грязная?

— Нет, но...

— Раз нет, идемте. Чего плететесь, не видите, родители и Чжань Шилинь уже ждут нас впереди? Зря только ноги такие длинные отрастили.

Выразив пренебрежение к братьям, Янь Цзючэнь, на маске которого красовалась надпись: Куда бежишь, подлец?, вальяжной походкой направился к дверям отеля.

Отец Янь, увидев маску старшего сына, нахмурился:

— Что это значит?

Чжань Шилинь сощурился в улыбке и начал нагло врать:

— Немного простудился, постоянно чихает, вот и одолжил маску у младшего. Прошу, отнеситесь с пониманием к вкусу подростка в период юношеского максимализма!

— По возвращении наймите третьему учителю по стилю, — бросил Отец Янь и, взяв супругу под руку, вошел в отель.

Янь Цзюшао, подошедший как раз к этим словам, увидел удаляющихся родителей, а затем перевел взгляд на старшего брата, от которого исходила черная аура. Он обнял второго брата и заныл:

— А я тут при чем?! Шел себе, никого не трогал, а под раздачу попал!

— Младший... — Янь Цзюшао, решив, что второй брат сейчас будет его утешать, с надеждой посмотрел на Янь Цзюняня:

— М?

— Дарю тебе мудрость.

— Какую?

Янь Цзюнянь отстранил от себя младшего, серьезно посмотрел ему в глаза и произнес:

— Если кто-то в мире обидит меня, оскорбит, унизит, посмеется надо мной или обругает — как мне к нему относиться?

У младшего господина Янь, который обычно был грозой всех окрестностей, задергался глаз.

— Ты глупый, даже этого не знаешь. Нужно просто ответить ему два слова: «Ха-ха».

Бедный младший сын семьи Янь был сегодня окончательно сражен поведением своих братьев.

Как только семья Янь вошла в отель, к ним поспешили родители жениха вместе с молодыми. Впереди шли Отец и Мать Янь, ведя за собой расстроенного выходкой второго брата младшего сына и дочь, а следом за ними, на шаг позади, шли Чжань Шилинь с Янь Цзюнянем и Янь Цзючэнь в своей маске.

Отец Янь, увидев приближающихся хозяев торжества, сложил руки в приветственном жесте и поздравил их. Несмотря на то что они были старыми соседями, оба являлись чиновниками, а на людях без формальностей было не обойтись.

После обмена любезностями отец Лу Цинхая посмотрел на стоявшего за спиной Отца Янь Чжань Шилиня и кивнул. Если бы Отец Янь не представил его, а отец Лу сразу бросился здороваться, это выглядело бы как заискивание перед сильными мира сего.

Отец Янь улыбнулся и, воспользовавшись моментом, представил Чжань Шилиня семье Лу, чьи глаза так и горели желанием пообщаться с ним:

— Брат Лу, позволь представить, это спутник моего второго сына, Чжань Шилинь.

Как только эти слова прозвучали, отец Лу шагнул вперед, взволнованно схватил Чжань Шилиня за руку и заговорил:

— Здравствуйте, здравствуйте! Ваше присутствие делает свадьбу моего сына просто незабываемой! — Затем он обернулся и подозвал Лу Цинхая: — Это мой сын, Лу Цинхай.

— Поздравляю.

Лу Цинхай посмотрел на Чжань Шилиня, потом на стоявшего рядом с ним Янь Цзюняня. Его обуревали противоречивые чувства, и на мгновение он замешкался.

— Спасибо, — наконец ответил он.

Встретившись взглядами с Лу Цинхаем, Янь Цзюнянь уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но его перебила мать Лу:

— Чэнь-Чэнь, ты... что с тобой?

Янь Цзючэнь, почувствовав на себе взгляды всех присутствующих, невозмутимо ответил:

— Тетушка, со мной все в порядке. Просто снаружи так много роз, что они ослепили мои глаза, вот я немного и простудился.

Какое, к черту, отношение имеют розы к простуде?!

Брат Янь, твоя манера придираться просто запредельна!

Янь Цзючэнь всегда был в семье образцово-показательным, скромным и честным ребенком. Мать Янь, услышав его слова, приняла их за комплимент оформлению площадки и тут же улыбнулась:

— В следующий раз, когда будешь жениться, тетушка сама возьмется за подготовку и устроит тебе площадку еще красивее этой, как тебе?

Скрываясь за маской, Янь Цзючэнь холодно усмехнулся, но вслух ответил с радостной интонацией:

— Тогда заранее спасибо, тетушка. Тетушка, дядя, моим родителям тяжело стоять, не могли бы вы проводить их внутрь? Мы, братья, хотели бы немного пообщаться с братом Цинхаем. — Отец Лу женился рано, поэтому Лу Цинхай был на год старше Янь Цзючэня.

— Ну какой ты ребенок, все такой же почтительный.

После этих слов отец и мать Лу, а также окружающие не преминули заметить Отцу Янь:

— Старший брат Янь, какое счастье, что у тебя такие дети.

Как только старшие ушли, Янь Цзючэнь снял маску и с улыбкой подошел к Лу Цинхаю:

— Жених, поздравляю.

— Спасибо.

— Не стоит благодарности. — Сказав это, он вложил маску прямо в руку Лу Цинхая.

...

В одно мгновение все, кроме Чжань Шилиня, в ужасе уставились на улыбающегося Янь Цзючэня, застыв как статуи.

А Янь Цзючэнь продолжал:

— Мы ведь свои люди, чего так церемониться. Смотри, я ничего тебе не принес. Хорошо, что оказалась эта маска. Кстати, это пара, у меня дома осталась еще одна с надписью «Подлец, отойди подальше», завтра при случае пришлю тебе по почте, как раз к твоему новобрачному статусу.

Брат, да это же открытая провокация!

Янь Цзюшао и Янь Цзюнянь смотрели на старшего брата, не понимая, что с ним сегодня происходит.

Лицо Лу Цинхая помрачнело:

— Янь Цзючэнь, что это значит?

Янь Цзючэнь пришел сегодня не для того, чтобы бояться ссоры с Лу Цинхаем. Как только лицо Лу Цинхая напряглось, Янь Цзючэнь перестал улыбаться. Он холодно хмыкнул:

— Что я имею в виду — ты и сам прекрасно понимаешь. Я не избил тебя до полусмерти не потому, что боюсь, а потому, что у меня хорошее воспитание. — Черты лица Янь Цзючэня достались ему от отца: пусть не красавец, но было в нем нечто неуловимое, холодное и притягательное. В обычной жизни, когда он улыбался, это было незаметно, но сейчас, когда его лицо помрачнело, в нем проступила стальная воля отца в молодости.

http://bllate.org/book/28230/3412819