Готовый перевод The Sweet Novelist Quit Banana Hockey / Сладкие истории больше не в моде: Увольнение писательницы: Глава 11

Э? Очевидно же, только что речь шла совсем о другом… Сан Юань вдруг немного пожалела, что притворялась невесть кем. Теперь, когда они стояли так близко, прикинуться, будто она ничего не слышала, уже не получалось.

Минь Цинчжи прищурилась:

— Не хочешь спеть со мной?

Сан Юань покачала головой:

— Нет. Но что нам вдвоём петь?

Песни, которые исполняют вдвоём, обычно оказывались какими-нибудь романтическими дуэтами, и если бы они затянули такое вдвоём, это выглядело бы слишком неловко.

— Ты же с французского отделения, верно? Давай найдём какую-нибудь французскую песню, — говоря это, Минь Цинчжи открыла караоке-автомат, но обнаружила, что в этом клубе нет ни единой французской песни.

Сан Юань, наблюдавшая за этим со стороны, неловко улыбнулась:

— Похоже, судьба не благоволит.

— Тогда давай заменим на английскую. Эту знаешь? — Минь Цинчжи указала на песню, занимавшую первое место в англоязычном чарте.

Песня была очень известной, Сан Юань её слышала и, конечно, умела петь. К тому же она не имела никакого отношения к любви — текст был о мечтах, так что Сан Юань подумала: даже если петь её вместе, неловко не будет.

Но когда она осознала, что именно так думает, ей уже стало донельзя неловко.

Увидев её кивок, Минь Цинчжи выбрала композицию.

Сан Юань посмотрела на её опущенный профиль, облизнула губы и, посомневавшись с минуту, всё же спросила:

— Менеджер, могу я спросить, почему вы хотите спеть со мной?

Минь Цинчжи подняла голову, посмотрела на неё и совершенно непринужденно ответила:

— Ни почему.

— Ладно.

Сан Юань перевела взгляд на экран. Песня, которую исполняли трое других, подходила к концу, следующими были они, и она начала слегка нервничать.

Медленное затухание в конце трека звучало немного печально, отчего настроение Сан Юань тоже резко упало до предела.

Встав следом за Минь Цинчжи и приняв микрофон из рук Цинь Цзин, Сан Юань откашлялась. Она надеялась лишь на то, что не фальшивит и не опозорится перед Минь Цинчжи.

Бросив взгляд на Минь Цинчжи, она увидела, что та держалась совершенно непринужденно. По одному её виду было понятно, что поёт она отлично, и это заставило Сан Юань нервничать ещё сильнее.

Трое, сидевшие на диване, начали тихонько перешептываться. Запевала Фан Цю, главная задира в компании Сан Юань, съязвила:

— Юань ведь так нервничает, что делать, если она сейчас сорвется на фальцет?

Словно спрашивая совета, на самом деле она уже представляла, как именно будет смеяться над подругой, чтобы та не побила её за это.

В Цинь Цзин всё же оставалось немного совести:

— Кто же не будет нервничать рядом с менеджером компании, не говоря уже о том, чтобы петь дуэтом.

Чэнь Юйши вступилась за свою старшую сокурсницу:

— Совершенно незачем нервничать! Наша староста — прекрасный, очень добрый человек.

Цинь Цзин возразила:

— С твоей колокольни — безусловно. А вот с точки зрения Сан Юань — тут уж точно не до шуток.

Фан Цю, глядя на их спины, даже уловила какой-то странный душок:

— Но мне кажется, что Юань нервничает не просто из-за того, что рядом начальство.

Впрочем, она и сама не понимала, откуда у неё взялось это странное предчувствие.

Весёлое вступление подошло к концу, и Минь Цинчжи запела.

Сан Юань очень хотела посмотреть на неё, но не смела. До неё доносился лишь голос — не такой холодный, как во время обычного разговора, с мягкими нотками. Она и впрямь пела великолепно, даже лучше, чем Сан Юань представляла, — в этом было что-то особенное.

Первый куплет закончился, и Сан Юань тоже открыла рот. Из-за волнения голосовые связки работали плохо, голос звучал чуть хрипловато, но вскоре это прошло.

Трое сзади снова завели своё:

— Вроде бы вдохновляющая песня, почему мне слышится романтическая баллада?

— Потому что у нашей старшей голос красивый.

— Кстати, почему они стоят так далеко друг от друга?

Сан Юань всегда считала, что поёт вполне сносно, но в сравнении с Минь Цинчжи её голос казался донельзя плоским — это походило вовсе не на пение, а на чтение стихов, да и английское произношение хромало.

Хорошо ещё, что в этом караоке не оказалось французских песен, иначе, услышь та её корявый французский, она бы со смеху умерла.

Впрочем… Сан Юань вспомнила их первую встречу: тогда она выругалась по-матушке на французском, и уж в своей способности произнести ту фразу безупречно она была уверена, но вот впечатление о себе наверняка испортила напрочь.

Эта песня стала столь популярной благодаря своему мотивирующему эффекту. Однако чем дальше пела Сан Юань, тем тяжелее ей становилось, и к концу её голос зазвучал совсем тихо.

Трёхминутная песня показалась Сан Юань целым веком.

Наконец всё закончилось. Она тут же повернулась, положила микрофон на стол, схватила бутылку пива, вернулась в свой угол и, с усилием сдернув зубами крышку, сделала глоток.

— Эй, — напомнила Цинь Цзин, — это вообще-то алкоголь.

— Я знаю, — бросила Сан Юань и сделала ещё один глоток, полный решимости, словно собиралась прикончить всю бутылку целиком.

Но у Сан Юань была отвратительная переносимость алкоголя: от такого слабого пива её валило с ног уже после двух стаканов. Однако сейчас ей отчаянно хотелось пропустить парочку глотков.

Тем временем Чэнь Юйши взяла микрофон, протянутый Минь Цинчжи, и восторженно произнесла:

— Старшая, ты так потрясающе поешь! Я бы послушала ещё парочку песен в твоем исполнении!

— Льстишь мне?

— Ни капельки! От всего сердца!

Минь Цинчжи с улыбкой покачала головой:

— Пожалуй, хватит, больше не хочу.

Чэнь Юйши разочарованно надула губы, после чего повернулась и принялась тащить Фан Цю выбирать новые песни.

Цинь Цзин подсела поближе к Сан Юань, забрала у неё бутылку, в которой оставалось ещё больше половины:

— Всё, хватит пить. Если ты напьешься, кто потом будет разгребать за тобой этот бардак?

Хотя Сан Юань успела сделать всего два-три глотка, тело уже начало гореть, а лицо покраснело. Она надула губы:

— Слишком вы меня недооцениваете. Разве от этого можно опьянеть?

Цинь Цзин беспомощно вздохнула:

— По-моему, ты уже вдрызг пьяна.

С этими словами она поставила бутылку обратно на стол — позволять Сан Юань пить дальше было нельзя.

Не успела она поставить бутылку и толком устроиться на диване, как кто-то набросился на неё с объятиями.

Ну точно, напилась. Цинь Цзин тяжело вздохнула и помогла Сан Юань усесться поудобнее:

— Ну вот, говорила же, что пьяна, а ты спорила.

Сан Юань вцепилась в неё мертвой хваткой, словно осьминог, утыкаясь носом ей в плечо и издевательски бормоча невнятицу:

— Я не пьяна… ни капельки не пьяна… Цзин-Цзин, чем это от тебя так вкусно пахнет?

Оставив её бредни без ответа, Цинь Цзин заметила на себе взгляд Минь Цинчжи. Повернувшись в её сторону, она виновато улыбнулась:

— Прошу прощения, у Сан Юань совсем нет головы для алкоголя, а когда она пьянеет, вечно ко всем прилипает.

http://bllate.org/book/28162/3405366