Готовый перевод Counting Down With You Left and Right / Обратный отсчет: Тень и свет: Глава 13

Вернувшись прошлой ночью из Провинциального центра, Фу Чун отпросился и поехал домой к Яне. Они проболтали о доме и подготовке к свадьбе до одиннадцати вечера, после чего Фу Чун вернулся в отель. Когда он вошел в номер, в комнате Линь Юаня уже был выключен свет.

Сегодня Линь Юаню предстояло сопровождать на обед нескольких руководящих работников, прибывших из провинции. Из-за высокого уровня гостей брать с собой много людей не требовалось, поэтому Фу Чун вернулся в отель раньше остальных. Обычно в таких ситуациях Линь Юань по возвращении непременно съедал что-нибудь на ночь, поскольку на подобных застольях толком поесть никому не удавалось. Фу Чун долго стоял перед кухонной стойкой, погруженный в задумчивость, и не мог решить, стоит ли снова готовить для него еду.

Он налил стакан воды и выпил заживляющие пилюли, выписанные врачом. Хотя рана уже почти затянулась, она всё еще находилась в стадии образования новой плоти, и стоило ему неудачно повернуться, как в нее словно вонзалась внезапная колющая боль. Глядя на стакан в руке и ощущая во рту горьковатый привкус лекарства, Фу Чун постепенно нахмурился. Перед его глазами внезапно промелькнуло безумное выражение лица Линь Юаня в тот день, вспомнилось, как его самого оглушили лампой, а затем… Он помотал головой, пытаясь прогнать эту сцену из памяти. Ощущение унижения накатило внезапно, словно раскаленное докрасна клеймо, припавшее к сердцу, и эта острая боль не поддавалась никаким словам.

Когда Линь Юань вернулся в номер, из кухни донесся знакомый аромат. Это был запах той самой фруктовой каши, которую Фу Чун умел готовить особенно хорошо. Линь Юань глубоко вздохнул, и из глубины души поднялась теплая волна, в которой смешались удивление и чувство вины. Фу Чун стоял к нему спиной и возился с какими-то продуктами. Глядя на его спину в пижамных штанах и куртке, залитую мягким желтым светом кухни, Линь Юань ощутил какое-то необычайно уютное, домашнее тепло.

В этот момент очарование того красивого юноши, встреченного в лифте, незаметно померкло. Вообще-то, выходя из лифга, он собирался вечерком заглянуть в бар и подцепить того парня, но теперь это желание внезапно пропало — ему хотелось лишь выпить хорошую миску горячей каши.

Поужинав, Фу Чун немного прибрался на кухне и сказал Линь Юаню, который листалл журнал на диване в гостиной: — Если я вам больше не нужен, я пойду разомнусь в тренажерный зал. Он совсем рядом, внутренний телефон — 3608.

— Я свободен, иди разомнись! Через некоторое время, когда немного восстановишься, будем снова бегать по утрам. Линь Юань знал, что Фу Чун любит спорт, а также понимал, что сейчас тот подсознательно стремится избежать неловкости от совместного нахождения с ним. Проводив взглядом Фу Чуна, который надел кроссовки и вышел из номера, Линь Юань отложил журнал и принялся искать в записной книжке номер старого друга из Пекина.

Фу Чун старался не перегружаться: в конце концов, его тело только-только шло на поправку, и он выполнял упражнения, задействовавшие в основном верхнюю часть туловища и руки. Прозанимавшись около часа, он так вспотел, что майка промокла насквозь. В спортзале было выставлено немало функциональных спортивных напитков, и Фу Чун, сделав пару глков из бутылки, почувствовал невероятное облегчение.

Взглянув на часы, он прикинул, что Линь Юань вряд ли еще лег спать, а потому не спешил возвращаться в комнату. Побыв там немного, он вспомнил слова Яны о желании купить квартиру в комплексе Фэнцин Яань, и позвонил хорошему знакомому из строительного комитета по имени Цю Линь, надеясь попросить того связаться с Хуэй Дуном, генеральным директором компании Дуншэн Девелопмент, чтобы узнать, нельзя ли приобрести жилье чуть дешевле рыночной стоимости. Цю Линь с ходу пообещал помочь с контактами, сообщив, что у него неплохие отношения с людьми из Дуншэн и дело должно выгореть, велев ждать хороших новостей. Фу Чун знал, что Цю Линь никогда не бросает слов на ветер, раз уж он так говорит, значит, дело было почти наверняка в шляпе, и от этого на душе у Фу Чуна, до того омраченной, сразу стало намного легче.

Он подумал, что расскажет обо всем Яне только тогда, когда получит точный ответ, чтобы сделать ей приятный сюрприз.

Когда Фу Чун вернулся, Линь Юань уже заперся в своей комнате. Лежа в постели, он прислонился спиной к изголовью и сидел в интернете с ноутбуком.

Услышав звук возвращения Фу Чуна, он инстинктивно подтянул ноутбук ближе к коленям. Впрочем, вспомнив, что без его приказа Фу Чун ни за что не посмеет самовольно войти в чужую спальню, Линь Юань снова расслабился.

На открытых страницах ноутбука пестрели объявления о продаже возбуждающих средств, афродизиаков и снотворного, а внизу даже обнаружилось немало инструкций о том, как незаметно подмешивать их людям. Текст и картинки выглядели более чем соблазнительно, и Линь Юань, просмотрев их вдоль и поперек, почувствовал, как внизу живота всё заворочалось от смутного возбуждения.

Он отбросил ноутбук в сторону, выключил свет и нырнул под одеяло. В памяти снова всплыла сцена на диване с Фу Чуном, и Линь Юань, зажмурившись, сунул руку под одеяло...

Спустя несколько минут он в раздражении откинул простыню, сел и закурил. С тех пор как он вообще осознал подобные вещи, ему претила сама мысль удовлетворять себя подобным образом, и обычно он так не поступал. Но сейчас этот внутренний пожар грыз его изнутри, не давая покоя и наполняя душу тревожным зудом. Затянувшись пару раз, Линь Юань прищурился и взглянул на часы: половина одиннадцатого. Возможно, для обычных людей это было время отходить ко сну, однако для тех, кто привык к ночной жизни, в этот час разгульная полуночная жизнь только начиналась.

Фу Чун тем временем принял душ, просмотрел новости экономики и почитал блоги нескольких известных гуру торговли на бирже. Он давно интересовался акциями: в 2007 году, когда китайский фондовый рынок взлетел до умопомрачительной отметки в 6124 пункта, он, как и многие вокруг, кто раньше абсолютно ничего не смыслил в биржевых играх, в суматохе ринулся туда с мыслью, что если не вложиться немедля, все деньги достанутся другим. В итоге прошел уже больше года, рынок рухнул более чем наполовину, а вложенные им крохи просели аж на 60%. Хорошо хоть инвестировал немного, так что можно было считать это платой за обучение.

Вдруг он услышал звук открывающейся двери из комнаты Линь Юаня. Хоть его собственная дверь была наглухо заперта, Фу Чун всё равно ощутил легкое напряжение. Он навострил уши и вытянулся под одеялом струной.

Линь Юань вышел в прихожую, обулся, взял со стоящей у двери обувной тумбы запасную ключ-карту и покинул номер.

Фу Чун был крайне удивлен: уже половина одиннадцатого, неужели в городе стряслось что-то срочное? Но раз тот не позвал его, следовать за ним и расспрашивать было бы неуместно.

После такого ухода Линь Юаня у Фу Чуна полностью пропали те крохи сна, что только-только начали одолевать его. Биржевой блог был прочитан, и он стал бесцельно листать страницы блогов, как вдруг его взгляд зацепился за название известной страницы на Сине — История любви двух мужчин. Сердце Фу Чуна дрогнуло. Последнее время он то и дело размышлял о том, почему Линь Юань вообще заинтересовался им. Человек, который раньше и взглядом бы не удостоил подобные блоги, сейчас вдруг почувствовал непреодолимое желание узнать, что там написано. Не раздумывая больше, Фу Чун кликнул по ссылке.

Блог вел парень, приехавший попытать счастья в Пекине, и в нем описывался его жизненный путь. Записей было много, и в основном они повествовали о том, как он и один женатый мужчина прошли путь от случайного знакомства до взаимной любви. Фу Чун читал пост за постом: у парня был отличный слог, и все те муки, терзания и запретную для общества любовь двух мужчин он описывал чрезвычайно живо.

Фу Чун не заметил, как взахлеб прочел всю четырехлетнюю историю любви, написанную этим блогером. Он потер слегка заслезившиеся глаза, а в голове у него всё еще крутилась одна из записей. В тот день родственники женатого мужчины узнали об их связи, и его жена вместе с кучей родни заперла парня в съемной квартире и жестоко избила. Фу Чун помнил фразу, которой парень закончил ту статью: Даже если его жена избила меня до неузнаваемости, в глубине души она знала, что любил он всё равно этого потерявшего человеческий облик меня!

Фу Чун погрузился в раздумья. Оказывается, помимо таких знаменитостей, как Лесли Чун, в этом мире между самыми обычными мужчинами тоже существовала такая пробирающая до дрожи и затягивающая на самое дно любовь. Перед его взором встало лицо Линь Юаня. У человека вроде него, должно быть, существовало лишь животное вожделение.

Он взглянул на часы: было уже полвторого ночи. Невероятно, как долго он просидел за чтением.

Снаружи раздался щелчок открывающейся двери. Фу Чун услышал, как Линь Юань тихо разулся и затворил дверь спальни. Главное — вернулся целым и невредимым.

Линь Юань собирался сначала принять душ и только потом лечь спать, но устал до такой степени, что, вспомнив, как он уже мылся перед тем, как заняться любовью с этим Итаном, просто сбросил одежду и забрался в постель. Перед глазами возникла полоска света, пробивавшаяся сквозь щель под дверью спальни Фу Чуна, и Линь Юань почему-то почувствовал, как сердце заполняет смутная тоска, породившая в нем невыразимое сожаление о только что случившейся связи.

Когда он появился в баре в своем элегантном повседневном костюме, многие мужчины и женщины, рыскавшие в поисках добычи, тут же устремили взгляды на этого рослого, красивого и притягательного мужчину.

Прислонившись к барной стойке, Линь Юань заказал выпивку. С его положением он редко захаживал в подобные места, но сегодня, похоже, те навязчивые образы, что роились в голове, заставили его потерять контроль — ему требовалось держаться подальше от Фу Чуна. Вскоре его взгляд столкнулся в воздухе с тем парнем, что выступал на маленькой сцене в углу бара.

Допев песню, юноша с бокалом в руке подошел к Линь Юаню.

— Меня зовут Итан. — Прекрасные глаза парня светились искрами, и он легко стукнул краем своего бокала о бокал Линь Юаня.

— Линь Чун, — сам не зная почему, Линь Юань бросил первое пришедшее на ум имя.

— Ха, тогда я тоже сменю имя, зови меня Чжишэнь. — Уголки губ юноши изогнулись в невероятно манящей улыбке.

— Цветочный Монах? И насколько же ты цветист? — Линь Юань чокнулся с ним, не скрывая полыхающего во взгляде вожделения.

— Сам проверь и узнаешь. Я уже закончил выступать. Судя по лифту, ты живешь на тридцать шестом этаже? Здесь?

— Я не один. А ты где остановился?

Линь Юань любил прямоту, и бушевавший в нем пожар уже не оставлял терпения играть в загадки.

— На двадцать первом, один. Всё необходимое на месте, go? — Юноша поставил бокал, стрельнул глазами, слегка улыбнулся Линь Юаню и направился к выходу.

Линь Юань поставил бокал на стойку. Пара барменов неподалеку тихо переговаривалась о том, чтобы выпить каши после закрытия заведения. По неизвестной причине он вдруг вспомнил вкус той самой каши, отчего в груди неприятно и странно ёкнуло. Итан обернулся у дверей, дожидаясь его: обтягивающий сценический костюм подчеркивал прекрасные линии его стройного тела. Подойдя к нему, Линь Юань уловил шлейф загадочного парфюма, который вновь погрузил его в пучину трепета.

Они оба быстро приняли душ. Широкая кровать со свежезастеленной белоснежной простыней манила отогнутым краем покрывала, словно чья-то рука звала их сделать самый прямой шаг.

— Ты просто зверь, наставник Линь. — Итан раскраснелся от возбуждения, кутаясь в простыню и наблюдая, как Линь Юань одевается.

— Мм, нормально, — пробормотал Линь Юань, натягивая одежду. Ему совершенно не хотелось ни шутить, ни даже просто разговаривать.

— Вот моя визитка, там все контакты. — Итан повернулся набок, вытащил из кошелька у изголовья визитную карточку и протянул Линь Юаню. Тот кивнул и машинально сунул ее во внутренний карман.

— Я выступаю здесь в ближайшие дни, если ты вдруг...

— Я пошел, созвонимся, — не дослушав, бросил Линь Юань, кивнул ему и толкнул дверь.

Итан досадливо закусил губу. Вот же чертовски заносчивый мужик, едва застегнул штаны — и сразу чужой человек! Хотя, с другой стороны, этот тип красив, сложен отлично, в постели хорош и от него исходит какая-то непостижимая властность — чертовски притягательный малый. Он вспомнил, как спрашивал, живет ли тот на тридцать шестом этаже, но ответа не получил. Говорили, что на тридцать шестом располагались самые дорогие президентские апартаменты, которые обычному человеку просто не по карману, так что этот мужчина наверняка был богат или знатен.

Итан покачал головой: да ладно, обычная случайная связь, получил удовольствие — и ладно, какая разница, кто он такой.

Утром по дороге на работу Линь Юань, глядя на спину сидевшего впереди Фу Чуна, сам не понимал, почему чувствует укол совести. Он и сам находил свое состояние странным: он переспал с другим мужчиной, какое до этого вообще дело Фу Чуну? Тем не менее на душе у Линь Юаня скребли кошки, и он решил, что, как только они прибудут в офис, он сразу же справится насчет того, как идут дела у старого пекинского знакомого, специалиста по кардиологии.

На сотовый Фу Чуна позвонили из секретной канцелярии горкома: его просили передать мэру Линю, что у секретаря Гу накопилось несколько вопросов, требующих вынесения на заседание постоянного комитета, и их необходимо заранее согласовать с мэром. Фу Чун повернулся и передал распоряжение Линь Юаню. Линь Юань прекрасно понимал, что Гу Цзые опасается, как бы он не стал проводить самостоятельную линию, и хочет прощупать почву, но и сам не прочь был узнать, что на уме у этого старого лиса. Размышляя об этом, он, однако, снова увидел опущенный взгляд и равнодушное выражение лица Фу Чуна, только что повернувшегося к нему.

http://bllate.org/book/28127/3402209