Готовый перевод Fake It Till You Make It ABO / Фиктивный роман: Случайная любовь (ABO): Глава 10

После долгого взаимного разглядывания Линь Ся и Жун Мо одновременно вздохнули.

Они остановились на ночлег в доме того старика, и «сообразительность» Жун Мо привела к тому, что они вдвоем поселились в комнате всего с одной односпальной кроватью.

— На самом деле в этом нет ничего страшного, — подал голос Жун Мо, под предлогом утешения собеседника успокаивая самого себя. — Во всяком случае, времени, которое мы проведем вместе, впереди еще очень много, и нам все равно когда-нибудь пришлось бы делить одно ложе. Разве не здорово начать привыкать к этому пораньше?

Только... почему-то казалось, что в этих словах что-то не так.

Линь Ся всегда оставлял без внимания подобные бессмысленные речи и поэтому сразу перешел к делу:

— С вчерашнего утра мы ни на минуту не сомкнули глаз. Сегодня вечером как следует отдохнем, а завтра после полудня выступим в путь. Я хочу еще раз расспросить про то гнездо червей, в конце концов, оно находится где-то здесь рядом.

— Ты шутишь? Тот пожилой предшественник разве не говорил, что это гнездо очень большое и никто точно не знает, какие странные твари там водятся? Если мы вдвоем вот так заявимся туда, чего доброго, потревожим осиное гнездо... причем это куда опаснее любого осиного гнезда.

— Сезон не тот. Сейчас слишком жарко, и многие существа в такое время не выходят наружу — за исключением смертоносных червей, чья активность достоверно подтверждена только летом. К тому же мы собираемся «выжидать», а не «раскапывать», чего тут бояться? — Линь Ся поднялся. — Я хочу еще раз уточнить точное расположение этого места. Старый предшественник выразился слишком расплывчато, нам нужна более подробная информация. Хочешь пойти со мной?

Жун Мо покачал головой:

— Иди расспрашивай сам. Я не хочу иметь дело с этими альфами, они слишком...

— Что такое? — внезапная заминка собеседника вызвала у Линь Ся подозрения, и он не удержался от вопроса.

— Ничего, просто сердце вдруг стало биться очень быстро.

Ощущение было странным, подумал Жун Мо, прижимая руку к груди. Тело сильно разогрелось, сердцебиение и дыхание участились — отчасти это напоминало реакцию на тепловой удар, но было в этом и что-то иное.

— Ты случайно не перегрелся на солнце? — Линь Ся мог придумать только такое объяснение. Он подошел к Жун Мо и легко похлопал его по плечу: — Тогда оставайся здесь отдыхать, я справлюсь один. Если станет совсем невыносимо от жары, у меня в сумме есть флакон со спиртом, можешь использовать его, чтобы охладиться.

— Угу.

В тот момент, когда его коснулся Линь Ся, тело Жун Мо непроизвольно вздрогнуло, и в сердце зародилось недоброе предчувствие: неужели...

Линь Ся вышел. Жун Мо тяжело вздохнул, мысленно горько сетуя: хотя и говорилось, что в течение нескольких месяцев после наступления совершеннолетия омега переживает свою первую течку, почему она выпала именно на этот момент? Мало того, что поездка сорвется, так еще и Линь Ся увидит его в столь неприглядном виде.Решив последовать совету Линь Ся, Жун Мо принялся рыться в чужом рюкзаке. В процессе он в полной мере прочувствовал всё влияние альфы на омегу: он ещё не успел охладить тело с помощью спирта, но стоило ему ощутить исходящий от вещей альфа-запах, как жар в теле заметно отступил. Вместе с тем, однако, нарастало какое-то странное, смутное желание.

Сняв слегка промокшую от пота рубашку, Жун Мо обнаружил, что его кожа покрылась розоватым румянцем. Ранее он уже изучал этот вопрос и знал, что именно так проявляется течка у омег. Жун Мо невольно нахмурился: хотя сейчас он ещё не полностью вернулся в состояние омеги, и течка не продлится целую неделю, как у обычных омег, следующие несколько часов, судя по всему, выдадутся невероятно тяжёлыми.Понимая, что в дальнейшем путешествии алкоголь ещё сослужит отличную службу — например, для дезинфекции или в качестве временного топлива, Жун Мо лишь слегка смочил ватный тампон, чтобы протереть тело. Когда рука случайно задела одну из точек на груди, разряд тока пронзил его от груди до самой макушки, и это незнакомое, удивительное ощущение заставило Жун Мо невольно издать стон.

Осознав, какую именно реакцию только что выдало его тело, Жун Мо невольно содрогнулся от ужаса. Раньше, когда он переодевался, случалось, что он случайно задевал соски на груди, но тогда он всё ещё жил как бета, и подобные лёгкие прикосновения вовсе не вызывали у его тела никакой возбуждённой реакции.

Оказывается, омега в период течки настолько чувствителен? Да это же просто безумие!Что же делать? В душе Жун Мо боролись два противоречивых желания. С одной стороны, ему отчаянно хотелось снова прикоснуться к этому месту. Приятные ощущения, вызванные недавним касанием груди, приносили некоторое облегчение, да и он сам прекрасно понимал: период течки у омеги невозможно просто перетерпеть силой воли. Даже если не вступать в близость с кем-то другим, ему всё равно придётся как-то разрядиться самостоятельно. Но с другой стороны, подобный поступок казался ему невероятно постыдным.

Пусть будет так. Самому справиться с этим гораздо лучше, чем позволить какому-нибудь альфе наброситься на него. В конце концов, это быстро закончится. Возможно, ему улыбнётся удача, и он пройдёт через самые тяжёлые мгновения до того, как вернётся Линь Ся.

Пытаясь обмануть самого себя подобными уговорами, Жун Мо, наконец, с покрасневшим лицом протянул руку к розовому соску на правой стороне груди и принялся осторожно его разминать. По мере того как его пальцы продолжали движение, прежде плотно сжатые губы Жун Мо слегка приоткрылись, вырывая непроизвольный стон, а орган между ног незаметно для него самого начал приходить в возбуждение.

Когда Линь Ся вернулся, ещё у порога он уловил запах, принадлежащий омеге — аромат, окутанный чудесным благоуханием, способный свести с ума любого. Он знал, что этот запах исходит от Жун Мо, но теперь он уже не был таким слабым, как прежде, а стал необычайно густым и насыщенным. В то же самое время он услышал сдавленные стоны.

Течка. Лицо Линь Ся изменилось, он немедленно вошёл в комнату и плотно закрыл дверь, чтобы никто другой не учуял этот аромат. Сделав это, он посмотрел на юношу, который с обнажённым торсом, свернувшись калачиком спиной к нему, непрерывно дрожал на кровати, и спросил:

— Ты в порядке?— Боюсь, будет трудновато. — Слова Жун Мо словно выдавливались изнутри, голос звучал слабо и дрожал. — Ты не мог бы найти верёвку и связать меня?

Ещё до того, как Линь Ся вошёл в комнату, Жун Мо уже почувствовал его присутствие: густой запах альфы, исходивший от Линь Ся, пробудил инстинктивную жажду в его теле.

В этот момент Жун Мо со всей ясностью осознал, насколько же страшен период течки у омеги. Он ещё никогда так сильно не хотел приблизиться к этому молодому человеку, который его в общем-то слегка раздражал, и никогда ещё низкий, ледяной голос Линь Ся не казался ему столь соблазнительным. Сейчас он даже не смел повернуть голову, чтобы посмотреть на Линь Ся — ему казалось, что он тут же бросится на него.

— Потому что ты не хочешь, чтобы поддавшись инстинктам, натворил глупостей во время течки?

Услышав вопрос, Жун Мо ещё сильнее стиснул зубы:

— Раз понимаешь, так почему не поможешь быстрее?!

— Я не стану тебе помогать.

Безразличный тон Линь Ся заставил Жун Мо в удивлении широко раскрыть глаза: этот человек хоть и выглядел холодным, всегда искренне заботился о нём, так почему же теперь...

— Ты сейчас даже посмотреть на меня не смеешь? Если ты не в силах преодолеть течку такой степени, то у тебя не будет шансов стать сильнее. Как я уже говорил раньше, я не стану тебя отмечать, но и вмешиваться в это дело не буду.

Линь Ся придвинул стул и сел неподалёку от кровати Жун Мо.

— Стоит омеге один раз перетерпеть это, как в дальнейшем влияние запаха альфы станет намного слабее. Хочешь не подчиняться своим инстинктам? Тогда рассчитывай только на себя.

—...

Жун Мо хотел поблагодарить его, но стоило ему приоткрыть рот, как из горла вырывался лишь стон, поэтому он попросту прикусил губу и замолчал. Растущее вовсю вожделение оставалось неудовлетворённым, и в конце концов Жун Мо запустил руку в штаны, обхватив горячий твёрдый ствол и задвигав рукой вверх-внизу.

Казалось, что внимание, уделенное лишь передней части тела, никак не может унять охватившее омегу возбуждение. Там, сзади — в месте, предназначенном для соединения с телом альфы, — выделялась липкая жидкость, и Жун Мо отчётливо ощущал влагу в том самом месте.

На расстоянии вытянутого руку находился альфа, источавший сводящий с ума и заставляющий терять рассудок аромат; и в то же время этот человек с холодным безразличием наблюдал за каждым его движением.

Это осознание заставляло Жун Мо чувствовать унижение, но в то же время его тело помимо воли возбуждалось ещё сильнее, а чувство сладкого трепета в груди становилось всё отчётливее. Размах движений при самоудовлетворении постепенно увеличивался, а сладострастные стоны и прерывистое дыхание перестали сдерживаться, звуча так, будто он намеренно соблазнял стоящего рядом.

— Подойд-ди... Мм.

Боль от прикушенного кончика языка вернула Жун Мо рассудок, и он тут же оборвал готовые сорваться с губ мольбы.

Так нельзя. Линь Ся явно полностью совладал со своими инстинктами, а он сам оказался таким слабым. Если так пойдёт и дальше, этот человек станет смотреть на него с презрением, верно?

В голове Жун Мо постепенно прояснялось, и он протянул свободную руку к рюкзаку, лежавшему у изголовья кровати.

На самом деле за спиной у Жун Мо Линь Ся вовсе не оставался равнодушным. Сладкий аромат омеги, сдавленные стоны, не перестающее извиваться неопытное тело — всё это в той или иной степени затрагивало его собственные инстинкты, заставляя желать навалиться сверху и полностью овладеть этим юношей. Вот только для него разум всё же был способен одержать верх над инстинктами.

Заметив, что тело Жун Мо внезапно напряглось, Линь Ся сначала слегка растерялся, но стоило ему учуять разнесшийся по комнате запах крови, как выражение его лица резко изменилось:

— Ты что творишь?!

— Не подходи! Я сейчас... в полном порядке.

Глубоко вонзив маленький нож в ладонь, Жун Мо чувствовал лишь, как эта острая боль возвращает ему ясность мысли.

— Думаю, эта боль позволит мне продержаться до самого утра.

— Осторожно, не задень кость.

Линь Ся присел на край кровати, молча сопровождая его и наблюдая за тем, как в моменты, когда Жун Мо терял контроль над собой, он снова и снова полосовал ножом собственную ладонь. Сцена, которая по своей сути должна была быть томной и соблазнительной, обагрилась кровью, однако Линь Ся не пытался остановить его членовредительство: он понимал, что это был собственный выбор Жун Мо, и уважал его решение.

Когда забрезжил рассвет, бушевавшая в теле Жун Мо жаркая волна наконец схлынула. Линь Ся молча перевязал раны на его руках, а затем принёс таз с водой, чтобы помочь ему обтереть покрытое испариной тело.

— Я выдержал это сам, — выдохнул Жун Мо, одарив Линь Ся бледной улыбкой.

— Да, теперь тебе будет намного легче. Но ты слишком сильно усердствовал, чуть сухожилия и кости не повредил.

Сквозь влажное полотенце рука Линь Ся скользнула по гладкой коже юноши, огибая слегка затвердевшие розовые соски. Потрясенный хрупким видом Жун Мо, Линь Ся словно под воздействием наваждения подался вперед и легко коснулся губами покрытого испариной кончика носа:

— Ты отлично потрудился.

Что только что произошло?

Линь Ся чувствовал, что его картина мира полностью рухнула: только что он поцечал наивного, досадно капризного паренька, и это произошло вовсе не из-за зова альпийских инстинктов, а потому что... он действительно этого хотел!

— От тебя слишком сильно разит, — Линь Ся снова выпрямился, отвернувшись от Жун Мо, и сухо бросил пояснение.

В следующее мгновение Жун Мо поднялся следом за ним. Лицо Жун Мо оказалось совсем близко, и Линь Ся даже отчетливо разглядел его длинные, трепещущие ресницы.

Ещё мгновение назад он изнывал от мук неудовлетворённой страсти и дрожал от боли, а теперь вновь скакал как ни в чём не бывало. Такая скорость воскрешения из мёртвых заставила Линь Ся даже слегка потерять дар речи.

— Разве ты не говорил, что на тебя не влияет запах течки омеги? Видимо, ты и вправду слишком долго воздерживался, накопилось много лишнего? — с усмешкой протянул Жун Мо, а затем тут же сам опроверг собственную догадку: — Хотя нет, если так, то ты бы набросился на меня с самого начала, а не стал бы ждать, пока я сам всё перетерплю.

Линь Ся хранил молчание.

— Ой, да ты часом не влюбился в меня? — глаза Жун Мо лукаво блеснули, и он выдвинул новое предположение: — Так вот почему ты сначала возбудился и хотел меня изнасиловать прямо здесь, а потом остановился, потому что переживал за мои чувства, признайся?

Из-за предшествующего инцидента Линь Ся и без того смутился до предела, а неумолимые подначки Жун Мо довели его до состояния, близкого к ярости от смущения.

— В такие моменты, — сделав глубокий вдохи, глухим голосом произнёс Линь Ся, — тебе достаточно просто закрыть рот и лечь спать.

http://bllate.org/book/28103/3400061