Готовый перевод The Distance Between Him and the Moon / Расстояние до луны: История одержимости: Глава 15

— Ха-ха, отлично!

После того как социальное видео разошлось по сети, Хэ Чанжун на пляже стал еще более востребованным. Его окружали не только фанаты из числа китайской диаспоры, но и восторженные иностранные туристы. Однако Хэ Чанжуна начало беспокоить то, что в интернете стали активно искать информацию о Джо и Тан Чаохуне.

Джо лишь отмахнулся — он был даже рад, что ему наконец-то удалось хоть немного прославиться. Тан Чаохун тоже отнесся к этому с усмешкой:

— Те, кто знает о моем семейном происхождении, не станут болтать лишнего, а те, кто не знает — все равно не накопают ничего существенного.

И все же, ради безопасности, Хэ Чанжун решил на время завязать с серфингом.

— Не жалеешь? — спросил его Тан Чаохун.

— Знакомство с вами — уже само по себе награда. — У Хэ Чанжуна было не так много друзей вне индустрии, и он дорожил этими отношениями.

На одном из банкетов, организованных влиятельным депутатом китайского происхождения, Чжао Циань специально разыскал Цинь Шиюаня:

— Ты видел тот социальный ролик с Хэ Чанжуном?

В эпоху больших данных смартфоны знали о перемещениях каждого чуть ли не больше, чем сами владельцы. Учитывая прошлые отношения с Хэ Чанжуном, Цинь Шиюань, конечно же, наткнулся на это видео в ленте рекомендаций.

Чжао Циань, не сомневаясь, что тот в курсе, продолжил:

— Реакция в сети исключительно положительная. Все-таки наш киноактер рискнул выйти из привычного образа, и этот контраст с его обычной жизнью публике очень пришелся по вкусу. Только что поступило предложение депутату Линю: пока популярность Хэ Чанжуна на пике, стоит связаться с ним и организовать совместную благотворительную акцию.

Это было нужно, чтобы заранее заручиться поддержкой голосов его многочисленных фанатов. Цинь Шиюань остался невозмутим:

— Ближе к делу.

— Если они проведут акцию вместе, это будет выглядеть как публичная поддержка, а это уже серьезно. Но если отказаться, зная характер депутата Линя, боюсь, покой актеру здесь только снится.

— Это тебе стоит обсудить с Фрэнком, — парировал Цинь Шиюань, перекладывая ответственность. — Разве он не его босс? Негоже позволять своей «вечнозеленой денежной корове» попасть в неприятности.

Чжао Циань почесал нос. Плохо дело: Цинь Шиюань догадался, что они шушукались за его спиной. Но он не из тех, кто отступает, и отбил подачу:

— Фрэнк — это не ты. Ты ведь бывший... сам знаешь кто, твое влияние куда весомее.

— Я человек холодный и лицемерный, ничем помочь не могу, — с улыбкой отрезал Цинь Шиюань, пресекая дальнейшие разговоры.

Чжао Циань будто что-то вспомнил, достал телефон и, открыв галерею, протянул экран Цинь Шиюаню. На снимке Хэ Чанжун и Тан Чаохун отдыхали под пляжным зонтом после заплыва. Фото было сделано скрытой камерой со стороны Тан Чаохуна, так что виден был лишь его профиль, но татуировка отчетливо выделялась.

— Большинство знает его только как Уильяма, океанолога. Но я думаю, он вполне может помочь.

На самом деле в сети гуляло немало таких снимков, и на многих из них присутствовал Тан Чаохун.

— Я в последнее время с Уильямом не общался, но... всякое бывает. Возможно, твоя помощь и не потребуется. — Чжао Циань убрал телефон, похлопал Цинь Шиюаня по плечу и неспешно удалился продолжать светскую беседу.

— Скука, — пробормотал Цинь Шиюань, отпив красного вина. Вкус оказался дрянным — ни в какое сравнение с вином из его собственных погребов.

***

В тот день Хэ Чанжун пригласил Джо и Тан Чаохуна к себе на ужин — во-первых, чтобы поблагодарить их за помощь, а во-вторых, чтобы извиниться: в конце концов, они попали в объективы папарацци не по своей воле.

Тан Чаохун принес с собой выдержанное рисовое вино. Джо уже был на месте и вместе с Айденом рубился в приставку, а Хэ Чанжун хлопотал на кухне.

Он ловко превратил головку чеснока в ароматную кашицу, проворно очистил и нарубил лук-шалот, следом — зеленый лук, аккуратно разделив белые и зеленые части. Ферментированные соевые бобы после промывки и просушки превратились в мелкую крошку, а вымоченный в теплой воде сушеный перец чили был нарезан тонкими полосками.

Все эти механические движения в его исполнении казались плавным танцем — на это было приятно смотреть.

После приветствий Тан Чаохун с улыбкой отметил:

— Обычно на кухне я слежу только за блюдами, но сейчас не мог оторвать взгляд от твоих рук.

Хэ Чанжун не стал приписывать заслугу себе:

— Режиссер Фэн из фильма Вкусная судьба славится своей одержимостью эстетикой. Каждое движение актера доводилось до автоматизма.

На экране важно не просто приготовить блюдо, а сделать процесс красивым. Хэ Чанжун играл шеф-повара, поэтому каждое действие на кухне должно было выдерживать пристальный взгляд камеры. Только на то, чтобы научиться правильно нарезать, крошить и шинковать, ушли недели тренировок, даже поза во время готовки была выверена до мелочей. Так и сформировалась эта безупречная мышечная память.

Говорят, истинная красота не нуждается в украшениях, но чтобы достичь такого мастерства, нужна стальная закалка.

Тан Чаохун все понял, но промолчал, лишь спросив:

— Нужна помощь?

Хэ Чанжун готовил, Тан Чаохун помогал. И вот результат: когда крышка была снята, блестящее крабовое мясо в сковороде аппетитно шкворчало, панцири слегка подрумянились, золотистый чеснок, перец и лук создавали яркую картину. Аромат был сногсшибательным — легкая острота перца переплеталась с пикантностью соевых бобов.

Краб по-гонконгски вышел изумительным: нежное мясо сохранило всю сочность, а насыщенный вкус чеснока, пряность перца и солоноватость бобов наслаивались друг на друга, взрываясь на языке.

В довершение к этому — сладость выдержанного рисового вина, которое доставило гостям истинное наслаждение.

Джо попросил вторую добавку:

— Жун, можно я буду приходить к тебе на ужин каждый день? Это просто божественно!

Хэ Чанжун рассмеялся:

— Я умею готовить всего пару блюд, не надоест?

— Никогда! — подобострастно подтвердил Джо.

— И мне не надоест! — поддакнул Айден.

— Давайте поднимем бокалы. Спасибо нашему шеф-повару, ты сегодня отлично постарался, — предложил Тан Чаохун.

— За нас!

После ужина Айден и Джо добровольно отправились мыть посуду. Хэ Чанжун и Тан Чаохун уселись на каменные скамейки в саду.

— Рисовое вино, что ты принес, просто чудесное. — Хорошее вино оставляет долгое послевкусие, расслабляя, но не дурманя голову. Хэ Чанжун наслаждался остатками вина в бокале под вечерним бризом.

— В следующий раз принесу еще.

— Договорились, — улыбнулся Хэ Чанжун.

Тан Чаохун перевел взгляд на дом:

— Заметил в гостиной учебники по бизнесу. Твои?

Хэ Чанжун кивнул:

— Да. Раз уж начал, хочу довести дело до конца. — Сейчас, когда он не занимался серфингом, у него было больше времени на учебу, но он немного застеснялся: — Записался на онлайн-курсы, но многое пока не укладывается в голове. Думаю, как быть дальше.

Тан Чаохун задумчиво прищурился.

***

Четверка друзей — Цинь, Сун, Тан и Чжао — редко могла собраться вместе, поэтому они договорились провести пару дней в фермерском стиле на ранчо Сун Иньняня.

Ранчо славилось своими бескрайними прериями. Легкий ветерок шелестел в высокой траве. На горизонте высились горные хребты, их длинные тени ложились на землю, а стада коров лениво бродили по полям, изредка оглашая окрестности протяжным мычанием.

Сун Иньнянь взял на себя организацию, а прибывшие раньше Цинь Шиюань и Чжао Циань стояли на холме, вдыхая свежий воздух. Горные пики с шапками снега на фоне ясного неба выглядели величественно. Неподалеку ковбой на лошади пересекал прерию — мерный стук копыт разносился в тишине.

В такой обстановке грех было не обсудить последние сплетни.

Чжао Циань, конечно, не выдержал:

— Похоже, Уильям задействовал личные связи и попросил Стивена, который сейчас здесь приглашенный профессор, подтянуть Хэ Чанжуна по бизнесу.

Цинь Шиюань прекрасно знал, о ком речь. В бизнес-кругах мало кто не слышал о Стивене.

Чжао Циань бросил быстрый взгляд на Цинь Шиюаня:

— Сегодня мы хорошенько расспросим Уильяма о его отношении. Предупреждаю тебя заранее — мы ведь старые друзья, ты же понимаешь, что к чему.

Цинь Шиюань не ответил ни да, ни нет:

— Посмотрим по обстоятельствам.

Вечерело, солнце медленно опускалось за горизонт, принося с собой прохладу. У деревянного дома затрещал костер, искры взлетали вверх и тут же гасли в ночном воздухе. Слуги разложили на стульях мягкие пледы, и четверо друзей, закончив ужин, расселись вокруг огня, чтобы жарить маршмэллоу.

Чжао Циань начал разговор:

— Уильям, слышал, ты устроил Хэ Чанжуну занятия с самим Стивеном?

Тан Чаохун, вращая длинную палочку над огнем, ничуть не удивился осведомленности Чжао Цианя:

— Да. У Чанжуна возникли трудности с самообучением, а Стивен — единственный профессор бизнеса, которого я знаю, и он как раз здесь. К тому же, — он усмехнулся, — он проиграл мне в маджонг, так что это был способ отыграться.

Для него это было пустяковым делом. Сун Иньнянь приподнял бровь:

— И что ты думаешь о Хэ Чанжуне?

Прыгающее пламя опалило маршмэллоу, превращая его в золотистое лакомство с аппетитными пузырьками.

— Он интересный человек, — ответил Тан Чаохун, подумав.

Для Тан Чаохуна, который с детства в качестве подарка на день рождения просил только справочники по естествознанию, такой ответ значил многое. Он не был лишен понимания человеческой натуры, просто его никогда не интересовало глубокое изучение людей как вида.

Цинь Шиюань задал прямой вопрос:

— Ты пытаешься за ним ухаживать?

Тан Чаохун встретился с ним взглядом:

— Сейчас мы просто друзья. Что будет дальше — не знаю.

Маршмэллоу слегка хрустело снаружи, источая сладкий аромат.

Чжао Циань вовремя вмешался:

— Кажется, готово, пробуйте, пока не сгорело.

Друзья замолчали, откусывая лакомство. Внутри маршмэллоу оставалось мягким, как сладкое облако. Тишину ночи нарушал лишь треск огня.

— Крис, — Тан Чаохун нарушил молчание, — Хэ Чанжун может снова приехать на твой частный пляж?

Он спросил об этом при всех, чтобы Цинь Шиюань не смог отказать, учитывая их присутствие.

Цинь Шиюань, жуя маршмэллоу и чувствуя, как теплая сладость тает во рту, усмехнулся:

— Конечно.

***

Однажды в рабочее время Айден принял звонок от представителя депутата Линя. Суть приглашения была проста: Хэ Чанжуна звали на благотворительный вечер «ради благополучия нуждающихся». Это была цитата.

http://bllate.org/book/28037/3394606