Готовый перевод Quick Transmigration: I Found a Partner in a New World / Прыжки по мирам: Мой идеальный спутник: Глава 15

Дэкарэ услышал эти слова, отложил женьшень и задумался на мгновение: За этот женьшень я могу дать максимум три тысячи лянов серебра. Если хотите выручить больше, придется везти его на продажу в столицу. В префектуре вам предложат примерно такую же цену, как у меня. Если не верите, можете съездить в префектуру и поспрашивать — там тоже есть лавка нашей семьи.

Линь Фэн не слишком разбирался в подобных делах, но раз дэкарэ осмеливался говорить столь уверенно, значит, в префектуре цены действительно были примерно такими же. А о том, чтобы везти его в столицу, он и вовсе не помышлял.

Этот корень всё равно вырос благодаря его силе, так что такая цена его вполне устраивала:

— Что ж, я поверю вам на слово.

— Какими купюрами вам выдать серебро?

— Две тысячи семьсот лянов серебряными билетами и триста лянов — звонкой монетой.

Серебряные билеты понадобятся, когда закончатся наличные, так что тащить домой тяжесть из сотен лянов серебра не было никакой необходимости.

— Хорошо, подождите немного, я сейчас всё подготовлю, — дэкарэ заодно аккуратно убрал женьшень.

— Прошу вас, — Линь Фэн увлек за собой Сяо Яня, усадил на скамью и, заметив, что тот слегка растерян, легонько ущипнул его за щеку: — Испугался? С такими деньгами наша Сяо Сяо сможет прожить всю жизнь в достатке.

Услышав это, Сяо Янь почувствовал, как у него защипало глаза. Он приоткрыл рот, горя желанием сказать Линь Фэну, как он счастлив — счастлив, что тот во всем думает о нем.

Видя такое выражение лица, Линь Фэн почувствовал тупую боль в сердце:

— Не спеши, муж знает, что Сяо Сяо рад.

А эта собака, отец Сяо, довел его Сяо Сяо до такой жизни.

Сяо Янь кивнул. Он действительно был рад. Последние несколько дней он радовался всему: радовался, что у него появился муж, появился дом, а теперь еще и столько серебра — значит, его муж больше не будет ходить на охоту.

Линь Фэн вдруг кое о чем вспомнил:

— Вернемся домой, и муж научит Сяо Яня читать и писать, хорошо? Потом всё, что захочешь сказать, будешь записывать для мужа.

Услышав это, Сяо Янь широко распахнул глаза. Он указал на себя — неужели он тоже сможет научиться грамоте?

— Вот закончат рыть колодец, и муж сразу начнет учить тебя читать и писать.

Это не только позволит Сяо Яню в будущем выражать свои мысли, но и поможет скрасить долгие, тоскливые зимние дни.

— Чуть позже мы купим кисти, тушь, бумагу и чернильницу, а еще пару книг для начального обучения. Будем учиться потихоньку, и со временем Сяо Янь обязательно научится писать.

Иначе как же тоскливо — всю жизнь не иметь возможности выразить свои мысли.

В древности не существовало универсального языка жестов, поэтому местные немые общались почти исключительно с помощью неуклюжих знаков.

Глаза Сяо Яня постепенно наполнились слезами. Скоро он сможет общаться с мужем, а не полагаться на то, что тот угадывает его желания.

— Только не плачь, а то подумают еще, будто я тебя обидел. Впрочем, Сяо Сяо, давай-ка сходим к дэкарэ, пусть он тебя осмотрит. Тебя так долго морила голодом семья Сяо, я не успокоюсь, пока не убежусь, что всё в порядке.

Сколько людей в древности умирали от непосильного труда, так что к подобным вопросам стоило относиться со всей серьезностью.

Сяо Янь уже было хотел возразить, но, встретившись взглядом с полным тревоги Линь Фэном, тут же замер на полудвижении и послушно кивнул.

В этот момент с верхнего этажа спустился дэкарэ:

— Серебро готово, проверьте, пожалуйста, — он протянул Линь Фэну пачку серебряных билетов.

Линь Фэн принял их и пересчитал:

— Ровно. Дэкарэ, будьте добры, осмотрите также моего фулана. Раньше над ним измывались, я переживаю за его здоровье.

— Я как раз думал об этом: с виду вы не похожи на бедняков, так отчего же довели фулана до такого состояния?

Оказывается, это родичи так измывались над ним — что ж, вполне возможно. Некоторым семьям не нравятся гэ-эр, и они готовы использовать их как скот.

— Позволь-ка взглянуть, протяни правую руку.

Сяо Янь послушно протянул руку.

Дэкарэ внимательно пощупал пульс, его слегка нахмуренные брови разгладились:

— Ничего страшного, серьезных болезней нет. Просто истощение из-за недоедания да многолетняя тяжелая работа.

— Ему нужно пить лекарства? — глядя на встревоженного Сяо Яня, спросил Линь Фэн.

— Нет, достаточно будет хорошей сытной еды. Если уж совсем беспокоитесь, могу выписать укрепляющий отвар на полмесяца, пропьете — и он полностью окрепнет. На самом деле, если нет глубоких корней болезни, лучше всего лечить организм едой. В конце концов, любое лекарство наполовину яд, и раз уж силы можно восстановить пищей, химией лучше не злоупотреблять.

Здоровье этого гэ-эра не вызывало особых опасений.

Услышав это, Сяо Янь подергал Линь Фэна за рукав и покачал головой — он не хотел пить лекарства. В детстве ему уже доводилось их принимать, они были слишком горькими.

Линь Фэн кивнул:

— Я понял, лекарств не будет. Муж приготовит тебе что-нибудь вкусное и питательное.

Раз можно вылечиться едой, значит, пичкать его отварами не станет. Он сам прекрасно помнил вкус китайских снадобий — честно говоря, после одной такой миски аппетит пропадал на весь день. Убедившись, что с Сяо Янем всё в порядке, он изначально и не собирался заставлять его пить горькую микстуру.

— Скажите, а у вас есть птичьи гнезда?

То, что он собрал в Пространстве, сам разобрать не мог: где там дикие, а где выращенные на ферме?

— Есть. Тушеные птичьи гнезда как раз отлично ему подойдут, они укрепляют Ци и питают кровь.

К тому же этот деликатес стоил гораздо дешевле женьшеня или линчжи.

— Тогда заверните мне на два месяца, сколько с меня за всё?

Позже он планировал разорить гнезда птичек в Пространстве и проверить, нет ли там ласточкиных гнезд. Персиковая смола у него уже была — во время высадки персиковых деревьев таких побочных продуктов оставалось в избытке.

— Птичьи гнезда стоят один лян серебра за лянь, на одну порцию для тушения уходит ровно один цянь.

Услышав это, Линь Фэн достал и протянул дэкарэ слиток в десять лянов:

— Благодарю за хлопоты.

— Не стоит благодарить. Подождите минутку, я сейчас принесу птичьи гнезда.

Взяв деньги и выдав сдачу, дэкарэ направился в кладовую — весь этот товар хранился там, а не на аптечных полках.

Видя, как утекает столько серебра, Сяо Янь едва не задохнулся от жалости.

Линь Фэн решительно сунул ему в руки всю пачку серебряных билетов:

— Чего ты жалеешь? Муж смог найти один корень женьшеня, сможет найти и второй. А раз боишься, что я стану транжирить деньги, серебро будешь хранить ты.

Сяо Янь испугался такого жесткого маневра и поспешно попытался вернуть купюры обратно — с такими деньгами он ночью и глаз не сомкнет.

Заметив, что парень перепугался, Линь Фэн забрал билеты обратно, но тут же вложил ему в кошелек несколько пятиляновых слитков:

— Это тебе на карманные расходы. А остальное серебро муж положит в твой свадебный сундук, захочешь потратить — бери без спросу.

Сяо Янь резко поднял голову и тревожно дернул Линь Фэна за рукав: какой еще свадебный сундук?

Линь Фэн легонько сжал руку Сяо Яня:

— Как только закончим рыть колодец, мы поженимся. Свадьба бывает раз в жизни, муж ни за что не позволит тебе остаться без этого праздника.

— Сяо Сяо хочет сам сшить свадебный наряд или купить готовый? Если шить самой — поженимся в следующем месяце, а если покупать — в конце девятой луны.

Так или иначе, этот ритуал должен быть соблюден.

Закончив говорить, Линь Фэн заметил, что гэ-эр опустил голову и по его щекам заструились слезы. Он торопливо вытащил платок и принялся вытирать ему лицо:

— Ну-ка прекрати плазть, разве это не радостное событие?

Сяо Янь поднял заплаканное, затуманенное слезами лицо, кивнул и указал на себя.

— Наш Сяо Сяо хочет сам сшить свадебное платье?

Сяо Янь кивнул, а в его глазах зажглось предвкушение — он хотел сделать наряд собственными руками.

Разве мог Линь Фэн отказать ему:

— Хорошо, иди домой и подумай, какого фасона платье ты хочешь. Только придется тебе немного потрудиться, свадебный наряд мужа я тоже доверяю тебе.

Раз гэ-эр хочет шить — пусть шьет.

Услышав это, Сяо Янь согнул глаза в лучики и с улыбкой кивнул.

Линь Фэн стер слезинки с уголков его глаз:

— Больше не плачь, муж ведь переживает, когда ты слезы льешь.

Сяо Янь доверчиво прижался щекой к руке Линь Фэна.

Убедившись, что тот перестал плакать, Линь Фэн снова принялся за свое:

— Вообще-то я планировал сводить тебя к врачу после обеда, но раз уж освободилось время с утра, во второй половине дня мы сразу отправимся послушать сказателей.

Сяо Янь кивнул, ему нравилось слушать истории.

— Вот наш Янь-гэр научится грамоте, и муж сам напишет для тебя книгу, — в его Пространстве было полно банальных историй, оставалось только переписать их на бумагу.

Услышав это, Сяо Янь удивленно распахнул глаза — неужели его муж умеет писать книги?

Больше всего на свете Линь Фэну нравилось наблюдать за самыми разными эмоциями в глазах своего маленького немого парня. Ему больше не хотелось видеть ту безысходность и решимость, что отражались в них при первой встрече.

— Кхе-кхе… — дэкарэ кашлянул, прерывая нежности молодоженов. — Всё здесь. Когда будете распаривать, добавляйте чуть-чуть меда, — и гэ-эры, и девушки любили сладкое.

— Хорошо, я понял, спасибо вам, — Линь Фэн уложил птичьи гнезда в корзину и вывел Сяо Яня из лавки.

Усадив паренька на повозку, он всучил ему корзину:

— Держи покрепче, это твой ночной деликатес.

С сегодняшнего дня каждый вечер после ужина он будет съедать по мисочке, чередуя персиковую смолу и птичьи гнезда.

Стоило Сяо Яню вспомнить, сколько стоила эта скромная поклажа, как он вцепился в корзину мертвой хваткой.

В ресторане на восточной улице Линь Фэн провел его в отдельный кабинет и сказал подбежавшему мальчику на побегушках:

— Подайте несколько фирменных блюд.

— Слушаю, подождите немного!

— Говорят, здешние фирменные блюда весьма неплохи. Попробуй сегодня, если понравится, я буду приводить тебя сюда почаще, — Линь Фэн налил ему чашку теплой воды.

Сяо Янь кивнул — его муж и сам готовил превосходно.

Пока они ждали заказ, Линь Фэн достал из кошелька маленькую фарфоровую баночку, зачерпнул немного мази и принялся растирать руки Сяо Яня. Холода уже начали подступать, и на пальцах Сяо Яня проступали покраснения от обморожения — нетрудно было догадаться, какую жуткую боль приносила ему каждая прошлая зима.

— Даже если зачешется, не расчесывай, потерпи. Перетерпишь пару-тройку лет, и пройдет, — если разберешь ранки до крови, придется страдать сызнова.

Смотря на свои безобразные пальцы, Сяо Янь смущенно отдернул руки.

Но Линь Фэн молча продолжал массировать каждый палец, тщательно втирая мазь в кожу. Эту мазь он приберег еще со времен жизни в современном мире; пусть ее было не так много, чтобы исцелить всё тело, но вылечить руки Сяо Яня ее вполне хватило бы.

Похоже, в следующий визит в современный мир ему стоило запастись лекарствами посильнее. В еде, одежде и жилье он не нуждался, а вот эффективных западных препаратов ему как раз не хватало. Денно и нощно он выращивал ценные китайские травы, но сам в медицине не разбирался, так что оставалось только продавать их оптом.

— Да, возьми это. Если вдруг я отойду далеко, подуй в него, и я услышу, — Линь Фэн достал свисток, повесил его на шею Сяо Яню и показал, как им пользоваться.

Сяо Янь с любопытством поднес свисток к губам и пару раз дунул. Услышав чистый звук, он ласково погладил свисток — теперь с его помощью можно звать мужа.

Линь Фэн отдал ему эту вещицу главным образом из страха, что парень вдруг где-нибудь упадет и не сможет подняться. По крайней мере, дунув в свисток, он даст знать, что ему нужна помощь.

Он не то чтобы не думал о том, чтобы вылечить его горло, но его способность стихии дерева годилась лишь для общего укрепления организма, а не для исцеления болезней. Голосовые связки Сяо Яня были полностью разрушены, и здесь не помогла бы никакая медицина — бессильна оказалась бы даже современная цивилизация.

http://bllate.org/book/28026/3393633