Готовый перевод Soaring Towards the Dawn / Парный разряд: Сквозь тернии к победе: Глава 2

Е Чжиин пытался подыграть, но правая нога была донельзя ватной и беспомощной, и он погрузился в невиданную, всеобъемлющую растерянность.

В ушах стоял подавленный гул голосов из зала, перед глазами были сосредоточенные лица Сюй Чу и командного врача, а в голове непременно вспыхивал и крутился тот самый двусмысленный и сложный взгляд Цзин Сяо, брошенный на него мгновение назад.

Ситуация долго не разрешалась, судья и технические комиссары тоже обступили их, и тяжёлая атмосфера давила на грудь каждому. Этот финал, приковавший к себе всеобщее внимание, был вынужденно прерван самым неожиданным для всех образом.

Бесчисленные глаза были устремлены в центр площадки в ожидании вердикта: сможет ли Е Чжиин продолжить выступление.

После экстренного осмотра и краткого совещания с командным и официальным турнирным врачами главный судья вынес окончательное решение и направился к судейскому столу, взяв в руки микрофон.

На арене воцарилась тишина.

Голос арбитра через систему вещания разнёсся по каждому уголку спорткомплекса: После подтверждения: китайский спортсмен Е Чжиин не может продолжить матч из-за травмы, согласно правилам, это засчитывается как снятие с соревнований по причине травмы. Победа в сегодняшней встрече присуждается индийскому спортсмену Пракашу Раджу.

Едва он умолк, в секторе индийской сборной разразились ликующие крики, а на лице Раджу отразилась целая гамма сложных эмоций.

Е Чжиин не мог в это поверить: победа ведь уже практически уплыла к нему в руки, почему же, почему всё обернулось именно так?

Он собирался стать тем, кто, подобно старшему соученику Дуань Цие, за кратчайчайший срок завоюет Большой шлем; у него были для этого все возможности, всё должно было быть иначе.

Но все его попытки вновь подняться на ноги оказались тщетными — эта правая нога превратилась в кандалы, приковавшие его к позорному столбу.

Ему оставалось лишь воочию наблюдать, как соперник принимает поздравления, как судья подтверждает окончательный итог матча, как принадлежавший ему по праву чемпионский титул ускользает в шаге от него самым жестоким образом.

Вся его стойкость, вся гордость, все приложенные усилия — в этот самый миг всё было перечеркнуто четырьмя сухими словами: снятие по травме.

Твёрдая и мягкая рука Сюй Чу решительно легла ему на плечо, пресекая его отчаянные попытки подняться. Командный врач зафиксировал на его правом колене пакет со льдом, и ледяное прикосновение вернуло его в суровую реальность, разрушив последние иллюзии.

Чувство беспомощности навалилось огромной, океанской волной, накрывая с головой.

Всем привет! (Низкий поклон)

Актив Цзин Сяо (18 лет) х пассив Е Чжиин (24 года), первая любовь у обоих, ветки романтики и карьеры идут рука об руку. Главы выходят ежедневно, кому интересно — добавляйте в закладки, надеюсь, чтение доставит вам удовольствие!

Глава 2. Детские причуды

Матч завершился, люди постепенно покидали арену, и по мере отключения рубильников свет один за другим гас. Мужской одиночный финал чемпионата мира по бадминтону 2022 года подошёл к концу.

В отличие от царившей здесь тишины, в интернете поднялась не просто рябь — бушевал настоящий девятый вал.

Хэштег #ЕЧжиинСнялсяССоревнований взмыл ввысь с бешеной скоростью, за считанные минуты возглавив поисковые тренды. Домыслы, обвинения и сомнения сыпались потоком, постоянно обновляясь.

Не упал раньше, не упал позже, а ровно на матч-боле — не слишком ли подозрительно?

Судя по тому, как резво он бегал перед этим, вовсе не похоже, что у него приключилось что-то серьёзное. С чего это вдруг ноги отнялись?

жуткое разочарование, так бездарно просрать верное золото!

Дать слабину в решающий момент — всё-таки у него слабенькая психика, зря только называют гением.

Да он просто испугался поражения! Понял, что проигрывает, вот и прикинулся травмированным, чтобы лицо сохранить.

Дуань Цие, хорош отдыхать, собирайся давай и возвращайся в строй, без тебя в мужской одиночке делать нечего.

…

Разумеется, находились и слова поддержки, но на фоне яростного потока брани они выглядели столь жалко, что стоило им появиться, как их тут же затапливало волной хейта.

Кое-кто пытался просветить народ насчёт внезапности спортивных травм, другие публиковали былые триумфальные достижения Е Чжиина. Но стоило какому-то посту появиться, как его тут же обрушивали шквалом комментариев про отмазки и фанатичное слепое обожание.

Разумеется, СМИ не могли упустить столь взрывную новость.

Если в интернете эмоции выплёскивались через край, то их репортажи казались объективными лишь на первый взгляд, тая подспудное течение. В экстренных сводках незамедлительно опубликовали весть о том, что Е Чжиин внезапно получил травму на матч-боле и, к великому сожалению, сошёл с дистанции, упустив шанс защитить титул.

Следом за ними последовали аналитические материалы с куда более многозначительными заголовками:

Бадминтонный гений Е Чжиин терпит крушение в Токио: травмы преследуют профессиональную карьеру

От главного фаворита до дисквалификации по травме: у Е Чжиина хрупкое здоровье?

Сами тексты пестрели скрытыми намёками и вопросами, вновь и вновь спекулируя на его боли и превращая спортивную неудачу в скандальное шоу для публичных пересудов.

Впрочем, для самого Е Чжиина, оказавшегося в эпицентре бури, этот шторм пока не имел особого значения.

Едва его вынесли из арены на носилках, спортсмена немедленно доставили на срочное обследование и лечение в самую авторитетную токийскую клинику спортивных травм.

После череды МРТ и электромиографий японские специалисты, нахмурившись, изучили снимки и заключения, однако вынесли лишь вердикт об отсутствии явных структурных повреждений с припиской о возможном временном сбое нервно-мышечных функций на фоне колоссального переутомления и чудовищного стресса.

Диагноз звучал как отсутствие всякой болезни, ударив глухим, тяжелым ударом по всем сопровождающим.

Е Чжиин лежал на больничной койке, его правую ногу зафиксировал ортез, а и без того бледная от природы кожа казалась совсем белой. Он неподвижно сидел неподвижным взглядом уставившись на воробышка за окном, не произнося ни слова.

Дверь палаты тихонько приотворилась.

Главный тренер национальной сборной Китая по бадминтону Чжан Юнпин и его личный наставник Сюй Чу вошли первыми, на лицах обоих читались нескрываемая усталость и тревога.

Чжоу Юнпину перевалило за пятьдесят, он был плотного телосложения, с добродушным лицом, обычно держался просто, но сейчас одно его выражение лица нагоняло тяжесть. Сюй Чу же был самым молодым тренером сборной, в свои 32 года он возлагал на Е Чжиина огромные надежды.

Следом за ними шагал Дуань Цие, успевший сменить спортивную форму на простой чёрный повседневный костюм. На фоне первых двух его вид казался невозмутимым, что само по себе вселяло надежду и уверенность. Будучи первой ракеткой сборной в мужской одиночке, он явился сюда, чтобы выразить свою поддержку и заботу.

Е Чжиин повернулся к ним, угадав по их сложным гримасам собственный приговор. Горло будто склеило, и он с превеликим трудом выдавил из себя: — Всё серьёзно?

Молчание повисло в воздухе, пропитанном запахом хлорки.

Чжан Юнпин глубоко вздохнул, потёр лицо и с тяжёлым сердцем начал: — Чжиин, дружище… японские эскулапы не обнаружили явных органических повреждений. Пока заключение таково: временный сбой нервно-мышечной регуляции, вызванный переутомлением и предельными нагрузками.

Он замолк, словно подбирая слова: — Точные причины назовут уже по возвращении домой после более тщательного обследования.

Травмы и сход с дистанции — дело для спортсменов привычное, человеческое тело не может работать безотказно, словно отлаженный механизм: устанешь — заболеешь или повредишься.

Стороннему человеку такое принять трудно, вплоть до нервного срыва, но тренеры, повидавшие виды, не должны поддаваться эмоциям, их задача — успокоить подопечного.

Однако обычно рассудительный Сюй Чу занервничал и, шагнув вперёд, поспешил добавить: — Верно, это временно, ты сначала отдохни хорошенько и выбрось дурное из головы.

Е Чжиин закрыл глаза, и отбросили тень длинные ресцы ресниц. — Заставил вас волноваться, — он быстро справился с эмоциями, и когда вновь открыл глаза, следов боли на них уже не было, напротив, он сам принялся утешать наставников.

В этот момент его боковой зрение уловило знакомый силуэт, быстро скользнувший за дверью палаты.

Дуань Цие, всё это время тихо стоявший в стороне, заметил, как сместился взгляд Е Чжиина. Ничего не говоря, он направился к выходу и неслышно приотворил дверь палаты.

Цзин Сяо попался с поличным.

Он всё ещё был в форме молодёжной сборной, лицо — привычно буро-пасмурное, тело казалось донельзя зажатым. Прижавшись спиной к стене, он вовсе не выглядел смущенным, напротив, задрал подбородок, избегая смотреть в глаза Дуань Цие.

Дуань Цие окинул его взглядом с ног до головы и бросил: — Заходи.

Цзин Сяо напрягся ещё сильнее, его губы шевельнулись, явно собираясь по привычке огрызнуться. Но секунду спустя, о чём-то подумав, он проглотил слова, втянул шею и шаг за шагом нехотя поплелся внутрь.

Войдя, он прижался спиной к стене у самого входа и, не глядя ни на кого, пробормотал: — Тренер Чжан, тренер Сюй, старший соученик.

Старшим соучеником он назвал Дуань Цие.

Поздоровался со всеми, кроме Е Чжиина.

Его блуждающий взгляд упрямо избегал направления больничной койки.

— Цзин Сяо? Ты как здесь очутился? Отпросился у тренера? — Чжан Юнпин прекрасно знал норовистый нрав этого колючего паренька и опасался, что тот прибежал самовольно.

Сюй Чу тоже одарил юношу вопросительным взглядом; отличаясь чуткой натурой, он смутно чувствовал неладное в происходящем.

— Мимо проходил, — взгляд Цзин Сяо уткнулся в белый шкаф напротив, а голос и тон звучали суховато. — Раз всё цело, я пошёл.

Мимо он шёл от самого стадиона до больницы? Какое совпадение!

Чжан Юнпин помнил, что Е Чжиин и Цзин Сяо были знакомы еще до попадания в сборную, а потому списал всё на подростковые заскоки и поспешил сгладить углы, смягчив тон: — Ничего страшного, не переживай. Местные врачи — так себе специалисты, предварительно говорят о переутомлении. Вот приведём всё в порядок, вернемся домой — тогда и проведем полное обследование.

— Кто переживает?! — голос Цзин Сяо неожиданно сорвался на крик.

Сообразив, что среагировал чересчур бурно, он виновато потёр нос и сбавил тон: — У меня ещё дела, я пошел. Тренер Чжан, тренер Сюй, до свидания.

Не дожидаясь ответа, он резко развернулся. Движения вышли слишком резкими, и он задел косяк двери. Не останавливаясь даже от удара, парень пулей вылетел из палаты, и его гулкие шаги зачастили по пустому коридору, постепенно затираясь вдали.

Чжан Юнпин опешил от такого окрика, а затем обречённо покачал головой: — Вот же поганец, сдурел совсем? — и не преминул поддеть наблюдавшего со стороны Дуань Цие: — С тобой в его годы было куда проще сладить.

Зная прошлое Цзин Сяо до прихода в команду, он относился к подобным выходкам снисходительно и пояснил: — Чжиин, ты не принимай близко к сердцу, парень-то он неплохой, просто дома им толком не занимались. Позже я проведу с ним воспитательную беседу, заставлю извиниться.

Дуань Цие перевёл взгляд на Е Чжиина, который лежал на койке с закрытыми глазами и нахмуренными бровями, и произнёс пронзительно точно: — Ещё у бортиков площадки он вёл себя странно. Вы что, раньше были знакомы?

http://bllate.org/book/28011/3391813