Готовый перевод The Beautiful Villainess Won't Date / Прекрасный злодей не поддастся чувствам: Глава 11

Корона света вспыхнула и заиграла.

Хрустальная люстра висела под самым потолком, и каждая её грань преломляла лучи в крошечные ореолы, похожие на рассыпанные по небу звезды, которые озаряли лица всех гостей в банкетном зале.

— А парню из семьи Ци ведь уже перевалило за двадцать, верно?

Заговорил не слишком худой мужчина средних лет, на щеках которого залегли глубокие носогубные складки: — Интересно, завел ли он себе подружку.

Как только эти слова сорвались с губ, атмосфера на мгновение затихла.

Женщина в платье цвета шампанского, стоявшая неподалеку, задумалась: — Вряд ли.

Семья Ци вела себя сдержанно, а сам Ци Суйчуань и вовсе сторонился публичности, так что никаких слухов о его романах слышно не было.

Он по-прежнему был холост.

Кое у кого тут же загорелся интерес, и последовал намек: — А ведь невест на выданье в городе А найдется немало.

— Двоюродная племянница семьи Чен, если посчитать, вот-вот должна вернуться на родину после учебы за границей.

— Ой, да у семьи Гу дочка вроде бы его ровесница.

— По мне так еще рано о чем-то говорить!

Перебросившись еще несколькими фразами, собствующие переглянулись и рассмеялись.

Корпорация Ци располагала огромными богатствами и влиянием, поэтому неудивительно, что многие интересовались вопросом женитьбы Ци Суйчуаня.

Когда он женится и на ком — все это было теснейшим образом связано с делами каждого из присутствующих.

Конечно, если бы кому-то посчастливилось породниться с семьей Ци...

Тогда можно было бы считать, что двери перед ними открыты во всем городе А.

Внезапно кто-то завел разговор о пасынке, которого привел Тан Цзя.

— Старина Тан, твой младший сын ведь тоже учится в университете А?

Сюэчжэнь, державший вилку, на мгновение замер.

Тан Цзя добродушно рассмеялся: — Да уж, на том же факультете, что и парень из семьи Ци, только на два курса младше.

Задававший вопрос не преминул отвесить пару дежурных комплиментов молодому дарованию.

Сюэчжэнь лишь дернул уголком рта.

Оказывается, его репутация никчемного человека еще не успела распространиться повсеместно.

Ничего не отвечая, Сюэчжэнь отмахнулся от порхавшего туда-сюда 886 и продолжил уплетать свой десерт.

Стоит признать, сладости, приготовленные к фуршету, оказались на редкость вкусными.

Пирожное Наполеон, усыпанное кусочками фруктов, шоколадное печенье с начинкой из легких взбитых сливок, от одного укуса которого во рту раскрывался богатый и насыщенный вкус.

И внешний вид на высоте, и вкус отменный.

Проглотив последнюю половинку печенья с тарелки, Сюэчжэнь сдержанно промокнул уголки рта салфеткой.

Ради такого вкусного фуршета он решил накинуть Ци Суйчуаню один балл.

Кто же знал, что отчим, беседуя с кем-то, снова позовет его и потребует, чтобы он поприветствовал толпившихся вокруг дядей и тетей.

У Сюэчжэня аж голова пошла кругом.

Сейчас вроде бы даже не Новый год, с какой стати его выставили напоказ?

Попав под прицел нескольких пар глаз, Сюэчжэню пришлось отделаться парой общих фраз и кое-как замять неловкость.

Ему было глубоко плевать на светские беседы, а вот кучка людей среднего возраста проявила к нему немалый интерес.

Женщина средних лет с длинными завитыми волосами в платье цвета шампанского — теперь Сюэчжэнь знал, что ее фамилия Чен, — с лучезарной улыбкой поприветствовала его: — Мой племянник тоже учится в университете А, на том же факультете, что и ты.

— Мм, — вежливо улыбнулся Сюэчжэнь: — какая неожиданность.

Уголки губ госпожи Чен изогнулись в едва заметной усмешке: — И то верно, он даже упоминал тебя в разговорах со мной.

Сюэчжэнь навострил уши.

Мм?

Он поднял голову и встретился взглядом с горящим взором госпожи Чен.

Фамилия Чен...?

Сюэчжэнь лихорадочно порылся в памяти, но не смог припомнить абсолютно ничего.

Ситуация получалась несколько неловкая.

Госпожа Чен продолжала сверлить его взглядом, и Сюэчжэню пришлось слегка кивнуть, переводя тему в другое русло.

— И что же он вам про меня говорил?

Красивый юноша чуть склонил голову набок, его иссиня-черные глаза блестели, словно в них плескалась вода; когда он смотрел на собеседника, его густые и длинные ресце хлопали, придавая ему совершенно невинный и простодушный вид.

Белоснежные щечки алели нежным персиковым румянцем, похожим на бутон цветка.

Голосок звучал невероятно приятно — мягкий, с чуть приподнятыми на конце нотками, словно он капризничал.

Госпожа Чен осеклась.

В следующее мгновение она легко улыбнулась: — Разумеется, ничего кроме хорошего.

Тон госпожи Чен смягчился, и она обратилась к Тан Цзя: — Тебе тоже стоит позволить мальчику побольше развлекаться, не стоит держать его в таком ежовых рукавицах.

— В прошлый раз мой племянник хотел пригласить его прогуляться, — она капризно надула губки: — да только тот так и не смог вырваться.

Словно делясь опытом воспитания детей, госпожа Чен усмехнулась: — В таком возрасте все дети любят побеситься.

Тан Цзя не уловил скрытого смысла.

Но раз уж госпожа Чен заговорила об этом, он поспешил согласиться: — Это точно.

Тан Цзя повернулся и распорядился: — Тебе тоже стоит почаще гулять с пареньком из семьи Чен, а не уподобляться своему брату, который вечно пропадает Бог знает где целыми днями.

Сюэчжэнь: — Угу-угу.

Он отвел взгляд и в месте, скрытом от глаз окружающих, беззвучно скривил губы в усмешке.

Как Тан Чжань... целыми днями просиживать в барах и заливать за воротник?

И эта госпожа Чен туда же.

Говорит загадками, на губах застыла улыбка, но в глазах — ни капли тепла.

Неужели он и впрямь должен был знать этого племянника?

Сюэчжэнь задумался.

Раз он не знает истинной личности племянника госпожи Чен, значит, этот персонаж в мире задания не играет никакой важной роли.

А его собственная роль — продажного пушечного мяса, ставшего пасынком в богатой семье благодаря повторному браку матери, — предполагала на удивление простой круг общения.

Помимо членов семьи Тан, вокруг крутилось лишь несколько близких деловых партнеров Тан Цзя.

Судя по словам госпожи Чен, ее племянник — его ровесник и любитель погулять.

Сюэчжэнь погрузился в раздумья.

Уж не тот ли это богатенький сынок, к которому он когда-то пыталсяль подлизаться?

Тот самый... старший?

Сюэчжэнь с трудом выудил этот эпизод из памяти.

Вроде бы к нему действительно заходил какой-то парень с каштановыми кудрями и передавал, что его зовет старший на загородный трек.

И что же он тогда ответил?

Сюэчжэнь легонько ткнул пальцем озадаченного 886.

— Ты помнишь... у тебя сохранилось? — он вкратце обрисовал свою догадку.

886 выполнил системные обязанности и слово в слово воспроизвел тогдашний ответ Сюэчжэня: — Хозяин сказал: не пойду, и лег дальше спать.

Сюэчжэнь: — .

Выходит, сегодня тетушка этого самого старшего явилась восстановить справедливость?

Сюэчжэнь задумался.

К счастью, двери банкетного зала внезапно распахнулись, вызвав легкое движение в толпе.

Шум отвлек всеобщее внимание, и Сюэчжэнь тоже бросил взгляд на вход.

В зал вошел мужчина в строгом деловом костюме, он говорил по телефону и о чем-то тихо отдавал распоряжения.

Мужчина выглядел вполне привлекательно, ростом около метра восьмидесяти, с широкими плечами и длинными ногами, только вот, судя по разговору с собеседником, настроение у него было не из лучших.

И тем не менее.

Неужели это и есть второй мужской персонаж?

Сюэчжэнь: — Ой-ой.

Хотя внешность определенно выше среднего, принять его за предполагаемого парня старшего молодого господина Ци покалебалось с трудом — далековато до идеала.

886 в точности повторил интонацию: — Ой-ой.

Мужчина быстрым шагом проследовал вглубь банкетного зала.

Спустя какое-то время больше никто не вошел.

Сюэчжэнь: — .

Отдел романтики сработал из рук вон плохо: в тех мирах, где ему доводилось бывать, даже второстепенные мужские персонажи выглядели куда более впечатляюще.

Хотя порой тамошние злодеи вечно забрасывали свои прямые обязанности по созданию проблем главному герою Лун Аотяню, увивались за ним хвостом и изъяснялись какими-то непонятными фразочками.

Сюэчжэнь тогда стерпел.

Но этот новоиспеченный отдел романтики превзошел всех — так урезать ресурсы сотрудникам!

Даже их единственный работник оказался добыт обманом!

Сюэчжэнь перевел взгляд на 886, которого видел только он сам.

У Сюэчжэня пропало всякое желание рассматривать второго мужа вблизи.

Тан Чжань, проявив завидную прыть, быстренько распрощался с деловым партнером и, увлекая Сюэчжэня за собой, протиснулся в самую гущу толпы, выжидая под нарастающий гул начала церемонии.

Видимо, хотел оказаться поближе к аукционной сцене.

Но Сюэчжэнь сейчас был занят совсем другим — он лихорадочно соображал, как бы обойти стороной сюжетную ветку с предполагаемым парнем, и, заметив движущуюся в их сторону толпу, просто спрятался за спинами остальных.

Совершенно игнорируя выразительные взгляды отчима.

— Скрип.

Шум в зале мгновенно стих.

Двери распахнулись снова, и на сей раз словно по негласному уговору все обрывки разговоров в банкетном зале умолкли, оставив лишь отчетливый стук туфель о паркет.

Пол был застелен ковром, так что шаги раздавались глухо, но в них чувствовался какой-то особый ритм, тяжело отдававшийся в сердцах гостей.

Кто-то испуганно ахнул: — Старший господин Ци идет!

В толпе вновь поднялся легкий шумок.

Сюэчжэнь: — ?

Он прекратил бесконечно теребить лапку 886.

У подножия аукционной сцены вошедший ранее мужчина в костюме быстрым шагом направился к дверям и, склонив голову, о чем-то зашептал вполголоса.

Сюэчжэнь проследил за ним взглядом, и его глаза зацепились за исключительно высокую, статную фигуру.

С расстояния удавалось лишь смутно различить мощное телосложение новоприбывшего — он возвышался над стоявшим рядом мужчиной по меньшей мере на голову.

Светло-серый костюм сидел на нем безупречно, подчеркивая атлетичное сложение, а застегнутые наглухо пуговицы создавали образ собранный и подчеркнуто строгий.

Зачесанные назад волосы открывали суровое, мужественное лицо с глубокими чертами и правильными пропорциями. Когда он смотрел на кого-то, его веки слегка опускались, а черные, бездонные фениксовы глаза источали не знающую пощады ледяную холодной отстраненность.

Мужчина шагал вперед, и когда кто-то преграждал ему путь с приветствиями, лишь легко кивал в ответ.

886 высунулся из ладони Сюэчжэня.

— Хозяин, — тихонько предупредил 886: — второй мужской персонаж прибыл.

Сюэчжэнь: — Я в курсе.

Сюэчжэнь привстал на цыпочках, пытаясь разглядеть происходящее получше.

Но мужчина обладал невероятно острым зрением: прямо посреди разговора он уловил чужой взгляд из угла и резко повернул голову.

Сквозь ряды гостей их взгляды встретились — черные, непроницаемые глаза в упор уставились на Сюэчжэня.

Глава 8. Корыстный любовник 8

Сердце Сюэчжэня пропустило удар.

Из-за большого расстояния и шума толпы можно было разглядеть лишь крошечные искорки в глубине этих темных глаз, казавшиеся способными заглянуть в самую душу.

К счастью, этот взгляд задержался всего на пару секунд, будучи брошенным мимоходом, и мужчина тут же отвернулся.

По залу прокатилась волна шепотков.

Банкетный зал полностью затих, большие лампы на стенах вспыхнули в полную силу, осветив помещение так ярко, что на лицах гостей стали различимы малейшие перемены выражения.

Все взоры устремились к сцене, сосредоточившись на высокой и гордой фигуре.

Перед началом вечера полагалось произнести приветственную речь.

Ци Суйчуань не был исключением.

— Сердечно благодарю всех собравшихся... — раздался низкий голос, пропущенный через микрофон и динамики и слегка искаженный акустикой: — Сегодняшний вечер — благотворительный сбор средств, организованный корпорацией Ци для помощи детям, оставшимся без попечения...

http://bllate.org/book/27997/3390549