Готовый перевод The Commoner's Flood: Deer and Rabbit / Низший слой: Олень и Заяц: Глава 2

Семилетняя давность — известие о смерти старшего брата и матери, в то время как самого его отец насильно выслал за границу, не позволив ничего предпринять. Такое чувство беспомощности он до сих пор не желал вспоминать; эта отравительница Гу Мэй умирала в его мыслях уже десятки тысяч раз, но это всё равно не могло искупить ту ненависть, что горела в его сердце.

Как раз когда Гу Юньчжи уже почти не держался на ногах, Шэнь Шуму наконец позволил ему сесть в машину. Пот градом катился по шее парня, а сам он тяжело дышал.

— И часа не простоял, а уже раскис. Видимо, все эти годы ты слишком сладко жил.

Гу Юньчжи не стал оправдываться: в конце концов, никому не нравятся те, кто пытается защитить себя словесно.

Он прищурился, заставляя себя прийти в себя:

— Мы можем ехать домой?

Шэнь Шуму скривил губы в улыбке и склонил голову:

— В Четвертый клуб.

Четвертый клуб был самым известным ночным клубом в тех краях. Близкий друг Шэнь Шуму узнал, что тот сегодня возвращается на родину, и, не видевшись целых семь лет, даже немного взволновался, настаивая на том, чтобы устроить ему встречу по случаю возвращения.

И вот он созвонился с несколькими приятелями, с которыми раньше выпивал и дрался, договорившись сегодня вечером как следует повеселиться в Четвертом клубе.

Когда Шэнь Шуму толкнул дверь и вошел, Сун Ян заключил его в суперстрастные объятия:

— Ты всё-таки вспомнил, что пора возвращаться! Прошло ведь уже лет семь, да?

— Ага, семь.

— Ну ты и совесть имеешь, вспомнил дорогу назад — сразу со мной связался.

Какой-то короткостриженый парень рядом простодушно почесал затылок и поджал губы:

— Сун Ян говорил, что ты сегодня возвращаешься, а я даже не поверил.

Только тогда Шэнь Шуму обратил внимание на говорившего. Он на мгновение замер: Сюй Сиинь? Неужели это тот самый утонченный, робкий Сюй Сиинь, который раньше и слова при людях боялся сказать?

Теперь у него была короткая стрижка, смуглая кожа и прямая осанка. Прежнего запуганного вида словно не бывало, и Шэнь Шуму едва его узнал.

— Не помнишь меня?

Шэнь Шуму пришел в себя и тоже обнял Сюй Сииня:

— Давно не виделись, Сиинь-ге.

Бросив еще пару взглядов на оставшихся троих, Шэнь Шуму уже не мог припомнить, кто есть кто. Должно быть, это были мажоры, с которыми они пару раз вместе выпивали в прошлом. Близкими друзьями они не были — так, обычные знакомые, поэтому он поприветствовал их из вежливости.

Сун Ян зазывал всех выпивать. К приходу Шэнь Шуму он уже изрядно нагрузился, и алкоголь делал его необычайно возбужденным: то он принимался донимать Шэнь Шуму рассказами о неловких ситуациях прошлых лет, то начинал играть в кости и состязаться на кулаках с теми молодыми господами, искренне наслаждаясь происходящим.

— Шуму, а в этот раз ты надолго? Снова уедешь? — спросил Сюй Сиинь.

— Больше не уеду. С таким трудом вернулся.

Шэнь Шуму взял бутылку вина, доверху наполнил свой стакан и осул его единым глотком.

О событиях семилетней давности в семье Шэнь знали и он, и Сун Ян. Они сочувствовали злоключениям Шэнь Шуму, но были бессильны хоть чем-то помочь.

— Чем занимался все эти семь лет? Ты сильно изменился. Я-то помню, как в детстве ты вечно таскался хвостом за нами.

Зная, что друг переживает за него, и не желая омрачать радость долгожданной встречи даже малейшей тоской, он перевел разговор на собеседника:

— И то верно. В детстве мне вечно доставалось от обидчиков, и если бы не Шэнь Юй... который тогда выручил меня, еще неизвестно, в каком бы темном углу я сейчас прозябал.

Тут Сюй Сиинь вдруг сообразил, что упомянул человека, о котором говорить не стоило, поспешно сменил тему и глуповато заулыбался, обнажив зубы:

— После того как ты уехал за границу, я бросил учебу и теперь помогаю отцу вести небольшое дело. Живем вполне неплохо.

— Вот и отлично, а я уж переживал, что без меня тебя снова начнут обижать.

— Все эти годы Сун Ян меня здорово выручал, так что никто больше не смеет ко мне цепляться, — с улыбкой отозвался Сюй Сиинь.

Шэнь Шуму и Сюй Сиинь оживленно беседовали, а поглядывающий на них Сун Ян вовсю предавался веселью. Шэнь Шуму вдруг почувствовал легкое головокружение и отрешенность: он так давно не чувствовал себя настолько свободно. Знакомые лица, знакомая атмосфера... Эти семь лет выдались для него поистине тяжелыми.

Дом

Гу Юньчжи сидел в машине и каждые несколько минут проверял время, думая про себя: неужели Второй брат собирается гулять всю ночь напролет?

Поразмыслив так и этак, он решил, что лучше всё-таки перезвонить отцу — признать вину пораньше, глядишь, и удастся загладить проступок.

Стоило включить телефон, как на экран посыпались больше десятка пропущенных звонков: один от отца, а все остальные — от тетушки Линь. Холодный пот скатился по лбу. Ну всё... конец.

С замиранием сердца набрав номер Шэнь Чуна и дождавшись соединения, он услышал лишь молчание на том конце провода. Гу Юньчжи знал: это предвестник отцовского гнева. Чувствуя себя виноватым, он неуверенно произнес:

— Пап... мы, пожалуй, вернемся немного позже.

Шэнь Чун прекрасно знал Гу Юньчжи: с детства у того не хватало духу пойти против его воли, а значит, это наверняка была затея Шэнь Шуму. Не говоря больше ни слова, Шэнь Чун сбросил вызов.

Подумав еще немного, Гу Юньчжи отправил Шэнь Шуму сообщение: Второй брат, отец разозлился.

Отправив СМС, Гу Юньчжи потер переносицу. Его клонило в сон, и он только хотел немного подремать, как пришло ответное сообщение от Шэнь Шуму с велением заходить внутрь.

Поправив воротник, он нашел официанта, который вызвался проводить его на второй этаж в отдельный кабинет.

Поблагодарив сотрудника, Гу Юньчжи осторожно толкнул дверь и вошел.

Очутившись внутри, он обнаружил, что, кроме Второго брата, никого из присутствующих не знает, и был вынужден замереть у порога, на мгновение растерявшись и не решаясь сделать шаг вперед.

Тем временем Шэнь Шуму вальяжно раскинулся на диване, уголки его губ тронула полуулыбка, а острый взгляд изучающе скользил по непрошеному гостю. В то же время Сун Ян и остальные молодые господа с крайним недоумением разглядывали неожиданно заявившегося постороннего — Гу Юньчжи.

— Позвольте представить всем: это мой младший брат, Гу Юньчжи.

Услышав это, Сун Ян и Сюй Сиинь невольно нахмурились. Ничего себе... так это тот самый сводный брат Шуму?

Сун Ян, уже успевший слегка захмелеть, в этот миг мгновенно протрезвел, и на его лице отчетливо проступил гнев.

— Шуму, это еще что такое?

Столкнувшись с всеобщими взглядами, Шэнь Шуму кивком указал на дверь и с досадой произнес:

— Старик дома отдал приказ заставить меня вернуться.

Увидев такое развитие событий, Сюй Сиинь поспешил сгладить углы:

— Шуму, раз уж ты вернулся на родину, тебе действительно стоило приехать домой пораньше.

Однако Шэнь Шуму лишь беспечно покачал головой:

— Не к спеху.

С этими словами он поманил Гу Юньчжи пальцем:

— Подойди.

Услышав зов Второго брата, Гу Юньчжи подавил волнение и сделал шаг вперед, остановившись примерно в трех шагах от Шэнь Шуму.

— А давай-ка так, — в Шэнь Шуму проснулся азарт. Он указал на оставшиеся на столе две бутылки красного вина и поддразнил Гу Юньчжи: — Выпьешь всё, что осталось, и тогда я поеду домой.

http://bllate.org/book/27992/3390312