Готовый перевод Trapping Him in a Gentleman's Game / Ловушка для джентльмена: Игра на выживание: Глава 15

Один из друзей подсел к Шао Кану и что-то шепнул ему на ухо, отчего во взгляде Шао Кана промелькнула искра.

Вскоре Шао Кан вернулся на своё место, а вот друг назад не вернулся.

Не прошло и двух минут, как на сцену поднялся ведущий бара.

— Привет всем, посмотрите сюда! Наступило время нашей традиционной барной игры. Давайте-ка угадаем, кого сегодня выберет наша камера?

Как только ведущий договорил, среди знающих завсегдатаев поднялся шум и радостный гул.

Синь Чунь слегка растерялся и повернулся к Кэ Хану:

— Что за игра?

Кэ Хан покачал головой:

— Я и сам не знаю, раньше никогда не бывал в этом баре.

В этот момент большой экран за спиной ведущего внезапно зажглся. На нем замелькали лица посетителей бара: камера скользила по залу, и бесчисные лица то появлялись на экране, то исчезали.

Ведущий повысил голос:

— Давайте все вместе крикнем: три, два, один!

Многие подхватили:

— Три, два, один, стоп!

Под последние слова вращающаяся камера наконец остановилась, и картинка замерла на трех людях. На трех мужчинах.

Синь Чунь с удивленным выражением лица уставился на собственное отражение на экране. По обе стороны от него сидели Оуэн и Шао Кан — все трое в этот момент отчетливо красовались на большом экране.

Увидев, что на экране оказались трое мужчин, каждый по-своему красивый и привлекательный, особенно учитывая, что один из них был метисом, бар мгновенно огласился таким диким свистом и криками, что, казалось, крышу сорвет.

Ведущему пришлось пару раз крикнуть в микрофон, чтобы хоть немного унять эту шумиху:

— Кхе-кхе, похоже, нас ждет классический выбор из двух вариантов: те, кого выберет камера, должны поцеловать друг друга.

— Ну что же, юный красавчик посередине, выбирай: поцелуешь ли ты красавца-метиса слева от себя или красавца в рубашке справа?

— Поцелуй, поцелуй!

Посетители бара хлопали в ладоши и подначивали их.

Кэ Хан выругался:

— Черт, ну и идиотская игра.

С одной стороны от Синь Чуня сидел его начальник, с другой — Шао Кан. Если уж действительно выбирать, кого целовать, Синь Чунь ведь не мог выбрать своего начальника... иначе как им потом вместе работать? Это было бы так неловко.

Было общеизвестно, что Шао Кан придерживается гомосексуальной ориентации и неравнодушен к Синь Чуню. Если бы Синь Чунь поцеловал его, а потом всё бы объяснил, такой выбор был бы куда лучше, чем если бы Синь Чунь поцеловал своего шефа.

Так думал не только Кэ Хан, но и все остальные, невольно бросая взгляды в сторону Шао Кана.

Друг Шао Кана преследовал ровно ту же цель.

Ситуация вынуждала: не поцелуешь — не обойдешься.

Синь Чунь поднялся с места, и камера последовала за его движением.

Сначала Синь Чунь бросил взгляд на Шао Кана. Взгляд Оуэна был глубоким и темным, но не успел тот отреагировать, как Синь Чунь перевел глаза на него и тихо произнес:

— Прости, Оуэн, надеюсь, ты не против.

Неизвестно когда Синь Чунь вытащил из кармана темно-зеленый клетчатый платок — тот самый, которым ему перевязали ладонь в лесу. Платок плавно скользнул вниз, заслоняя обзор Синь Чуню и Оуэну.

Медленно платок опустился на лицо Оуэна, и тут же к нему наклонилось другое тело, повеяло чужим дыханием.

Сначала Оуэн ощутил шелковистость ткани, пахнущей свежестью после стирки, а затем на губах постепенно стала ощущаться тяжесть — это Синь Чунь приник в поцелуе.

Синь Чунь собирался сразу же отстраниться, едва коснувшись губ через платок, но стоило им соприкоснуться, как кто-то крепко перехватил его запястье. В следующее мгновение запястье резко дернули, и платок сорвало прямо из промежутка между их губами.

На этот раз они соприкоснулись вплотную, интимно и без каких-либо преград.

Раздавшиеся вокруг восторженные крики, казалось, готовы были снести крышу.

Однако Синь Чунь и Оуэн выглядели так, будто существовали в каком-то своем собственном мире — никто из них не закрыл глаза.

Глаза Оуэна, казалось, отливали темно-зеленым блеском звериных зрачков, жадно впившихся в кролика, уже ступившего на край ловушки.

Поцелуй быстро закончился. Под голос ведущего камера отвернулась, изображение на большом экране погасло. Если не считать всё еще бушевавшего вокруг веселья, атмосфера за столиком Синь Чуня, Оуэна и Шао Кана казалась довольно странной.

Однокурсники переглядывались, не зная, стоит ли им дальше шутить и подначивать друзей или лучше продолжить пить.

Синь Чунь между своим боссом и старшим товарищем Шао Каном в конце концов выбрал поцеловать начальника... Старший Шао Кан проиграл. Судя по всему, Синь Чунь действительно не желал иметь ничего общего с Шао Каном, раз предпочел даже смириться с будущей неловкостью при встречах с шефом.

В полумраке бара Оуэн перехватил запястье Синь Чуня на внутренней стороне диванчика, и никто ничего не заметил, решив лишь, что Синь Чунь просто не удержал платок и тот соскользнул сам.

Синь Чунь не стал возвращаться на место. Бросив короткое:

— Я пойду, — он направился к выходу из бара.

Шао Кан попытался встать, но Оуэн одной рукой навалился ему на плечо, и в этом движении чувствовалась тяжесть, с которой нельзя было не считаться. Шао Кан нахмурился — он словно прирос к месту. Подняв голову, он на мгновение встретился взглядом с этими темно-зелеными глазами.

Не дожидаясь, пока Шао Кан разглядит смысл во взгляде Оуэна, тот тоже развернулся и ушел.

Кэ Хан на ходу бросил:

— Я провожу их, — и быстрым шагом последовал за Оуэном.

— Пожалуйста, подождите, — окликнул Оуэна Кэ Хан.

Оуэн остановился.

Они уже вышли из бара, но поблизости Синь Чуня не было видно. Кэ Хан бросил взгляд вдаль и, заметив под уличным фонарем одинокую фигуру — это был как раз Синь Чунь, — мысленно облегченно выдохнул.

Тогда он сказал Оуэну:

— Не принимай близко к сердцу выбор Синь Чуня. Шао Кан открыто ухаживал за ним еще в университете, и тогда это доставило Синь Чуню немало хлопот. Даже когда он дал прямой отказ, Шао Кан не отступился.

Поэтому в институте Синь Чунь постоянно бегал от Шао Кана, избегал при любой возможности, не желая даже показываться ему на глаза. Он действительно не хочет иметь с Шао Каном ничего общего.

Может, может, Синь Чунь думает, что ты иностранец и более либерально смотришь на такие вещи, ха-ха.

Под конец Кэ Хан неловко рассмеялся. Он и сам не понимал, почему Синь Чунь выбрал Оуэна, но, возможно, всё было именно так, как он сказал: Синь Чунь посчитал, что раз Оуэн иностранец, то не станет придавать этому значения.

Что же до Шао Кана, то ему Синь Чунь не собирался давать ни малейшей надежды.

Оуэн ответил:

— Я не в обиде.

Тон был ровным, без тени раздражения.

Услышав это, Кэ Хан успокоился:

— Вот и отлично, главное, чтобы этот инцидент не испортил твои отношения с Синь Чунем.

http://bllate.org/book/27895/3381369