Готовый перевод The Young Master Was Seduced by a Yandere / Соблазн для маленького господина: Глава 3

Более серьезные раны он даже не обрабатывал, подумаешь, мелочь какая. Только изнеженные особы могут устраивать панику из-за маленького пореза.

Словно умрет, если не оказать помощь.

Бар «Мицзинь».

Лу Юньчэн толкнул дверь отдельного кабинета.

Под одобрительные возгласы присутствующих Цзян Чэнь подошел к нему, непринужденно взял под руку и украдкой попытался переплести их пальцы:

— Лу-гэ...

Не успел Цзян Чэнь договорить, как услышал холодный голос Лу Юньчэня:

— Ты задел мою рану.

Еще болит?

Цзян Чэнь на мгновение растерялся, но в его голосе тут же зазвучали тревога и беспокойство:

— Рану? Лу-гэ, где ты ранился? Сильно? Как ты вообще умудрился пораниться на ровном месте?

Лицо Лу Юньчэня было холодным как лед. Он повернулся и посмотрел на Цзян Чэня, чье лицо выражало искреннюю тревогу и испуг. Раньше он этого не замечал, но теперь, в сравнении, Цзян Чэнь казался ему невыносимо глупым, а его глаза — вовсе не такими, как у Гу Аньбэя, в чей взгляд хотелось погрузиться с головой.

Странно. Еще до сегодняшнего дня он был вполне доволен Цзян Чэнем, а теперь вдруг почувствовал невыносимую пресность.

Под таким взглядом Лу Юньчэня Цзян Чэню стало не по себе, и он рефлексов сжал его руку еще крепче.

Немного растерянно он спросил:

— Чт... что такое?

Лу Юньчэнь нахмурился и, наконец потеряв терпение, поднял руку, которую сжимал Цзян Чэнь:

— Видишь?

В баре царил полумрак, повсюду вспыхивали и кружились разноцветные огни цветомузыки. Разве Цзян Чэнь мог что-то разглядеть? Он растерялся еще сильнее:

— Чт... что видеть? Лу-гэ, что с тобой сегодня? Почему ты ведешь себя так странно?

Лу Юньчэнь глубоко вздохнул. Он уже окончательно вымотался и не хотел ничего объяснять, поэтому лишь бросил одно слово:

— Кровь.

— Кровь? Где? Где?!

Цзян Чэнь наконец отпустил руку Лу Юньчэня и обхватил его лицо ладонями:

— Лу-гэ, где ты ранен? Ой, ах, и правда! Лу-гэ, у тебя на лице кровь! Как ты умудрился пораниться? Эй, кто-нибудь, позовите личного врача!

Лу Юньчэнь с раздражением смахнул руки Цзян Чэня со своего лица. Его переполняло нетерпение.

Цзян Чэнь опустил взгляд на собственную ладонь и испуганно ахнул:

— Почему у меня на руке тоже кровь? Лу-гэ, здесь столько крови! У тебя такая тяжелая рана!

Лу Юньчэнь поднял пострадавшую руку:

— Изначально рана была плестяковой. Это ты ее расковырял.

Цзян Чэнь: ……

Смущенный и пристыженный Цзян Чэнь тут же извинился:

— Прости, Лу-гэ, я не знал, что ты ранен. Я велел позвать личного врача, он сейчас во всем разберется.

Лу Юньчэнь молча опустился на диван. Настроение было испорченным, и он плеснул себе в горло бокал стоявшего перед ним алкоголя, отчего его сексуальный кадык нервно задергался вверх-вниз.

В тусклом свете бара его отрешенное выражение лица во время питья излучало холодное презрение к миру — такое отстраненное, но при этом невероятно притягательное.

Наблюдая за ним, Цзян Чэнь послушно устроился рядом и тут же повернулся к кому-то из присутствующих:

— Вызвали личного врача? Почему так долго? Ступай поторопи их, разве рука моего Лу-гэ — это то, чем можно пренебрегать? Пусть немедленно катятся сюда!

Личный врач примчался в мыльном пузыре спешки, но, бегло осмотрев рану, подумал, что если бы он задержался еще немного, царапина и вовсе успела бы затянуться.

Впрочем, связываться с этими молодыми господами из богатых семей он не смел, а потому тщательно продезинфицировал и обработал повреждение.

Лу Юньчэнь сегодня явно перебрал. Цзян Чэнь, прикрываясь заботой и беспокойством, преследовал совсем другие цели и настойчиво вызвался отвезти его домой.

Машина остановилась у ворот особняка.

— Осторожнее, Лу-гэ.

Цзян Чэнь поддерживал Лу Юньчэня, но в следующую секунду тот оттолкнул его.

Впрочем, Цзян Чэнь не рассердился и снова поспешил подхватить его зашатавшуюся фигуру.

Дверь отворилась, и Цзян Чэнь затащил Лу Юньчэня в спальню, бросив следовавшему за ними дворецкому:

— Можете все свободны, дальше за ним ухаживать буду я.

— Это... неуместно...

— Плёт! — раздался звонкий звук.

Не успел дворецкий договорить, как получил увесистую пощечину.

— Убирайся вон! В комнате столько народу, дышать нечем!

С этими словами Лу Юньчэня вытошнило.

Цзян Чэнь вздернул подбородок еще выше:

— Из-за вас Лу-гэ стало плохо. Чего стоите, вон отсюда!

— Идите все вниз.

В этот момент раздался слабый, но холодный голос.

Цзян Чэнь обернулся и увидел, как дворецкий уводит слуг, а в комнату входит высокий и красивый мужчина, от которого исходило болезненное ощущение хрупкости.

Казалось бы, такой слабый, но когда на непрошеных гостей пал его взгляд — подобный темным и холодным водам глубокого омута, — от него повеяло леденящей, удушающей опасностью.

Цзян Чэнь поднялся на ноги, и от неуверенности его голос зазвучал еще громче и пронзительнее:

— Ты еще кто такой? Почему ты находишься в доме Лу-гэ?!

Гу Аньбэй еще не успел ответить.

Цзян Чэнь уже вышел из себя от ярости. Он бросился к лежащему на кровати Лу Юньчэню и отчаянно затряс его, засыпая вопросами:

— Лу-гэ, кто он такой? Почему в твоем доме прячется этакая красотка? Лу-гэ, ответь мне, приди в себя!

Лу Юньчэня, только что вырвавшего и свалившегося на кровать, мутило от каждого движения. Желудок горел от жуткой тошноты, а в голове вертелась лишь одна раздраженная мысль: неужели в том клубе кто-то подсунул паленку или намешал такого пойла, что ему стало так плохо?

Его продолжали трясти, отчего голова шла кругом и снова подступала тошнота. В следующее мгновение он снова свесился с края кровати, продолжая безрезультатно плеваться желчью, из-за чего выглядел жалко и беспомощно.

Цзян Чэнь с брезгливостью отпрянул назад.

Гу Аньбэй тяжело вздохнул, взял таз с теплой водой и полотенце:

— Уважаемый господин, будьте добры, подвиньтесь.

Цзян Чэнь перевел взгляд с согнувшегося над кроватью, морщащегося от боли и пьяной тошноты Лу Юньчэня на этого незнакомца, от которого исходила странная, давящая аура.

Он резким движением вскочил на ноги, попытался выхватить таз с водой и со злости оттолкнул Гу Аньбэя в сторону.

Судя по болезненному виду Гу Аньбэя, от подобного удара со всей силы он должен был как минимум отлететь к противоположной стене.

Однако Гу Аньбэй остался невозмутимо стоять на месте, таз в его руках даже не дрогнул и не сместился ни на сантиметр.

Цзян Чэнь разъярился еще сильнее. Его побелевшие от напряжения пальцы впились в края таза.

Не может же этот полудохлый чахлик превосходить его по силе!

Цзян Чэнь поднатужился, вложив в толчок всю оставшуюся злость, но тут до него дошло, что что-то здесь не так. Он поднял взгляд и вперил в Гу Аньбэя глаза, готовые метать искры.

— Ты... ты ведь притворяешься больным?! А-а-а!!

http://bllate.org/book/27812/3373404