Готовый перевод Spring Night / Весенняя ночь: Игры на грани: Глава 3

Когда Чжо Линь, спохватившись, понял, что Лян Чэнь почти не притронулся к изысканным блюдам в его ресторане, зато к простой столовой еде проявил такой жгучий интерес, что объелся до отвала, и выбежал следом, чтобы отчитать парня за отсутствие вкуса, Лян Чэнь уже прыгнул в трехметровый бассейн.

Будучи первоклассной крупной корпорацией города N, высотка группы компаний обладала полным спектром удобств: помимо чайных и комнат отдыха, для сотрудников был оборудован тренажерный зал, куда можно было свободно проходить по пропускам.

Бассейн с подогревом находился прямо рядом с тренажеркой. По сравнению с беговыми дорожками и прочим практичным инвентарем, он существовал скорее для показухи — чтобы посетители или пришедшие на собеседование соискатели ахали от восхищения, а впослеобеденных беседах за чаем и наводненных информацией просторах интернета у компании оставалась репутация, полная хвалебных отзывов.

И вот в этом роскошном, обычно совершенно пустом бассейне Лян Чэнь вздымал каскады брызг, производя шум, подобный ударам бурных волн о берег.

Прибежавший следом Чжо Линь остолбенел:

— Я говорю… Ты бы хоть одежду снял, прежде чем лезть в воду!

То ли не услышав, то ли не желая отвечать, Лян Чэнь продолжал плыть как ни в чем не бывало.

Когда он проплыл пару дорожек туда и обратно и вылез на бортик, Чжо Линь снова сменил выражение лица на серьезное, и в его взгляде, оценивающем Лян Чэня, проступила коммерческая хватка:

— Точно не хочешь подписать со мной контракт? Наша компания как раз ищет ведущего человека в сфере мужской привлекательности, у тебя огромный потенциал.

Ответом Чжо Линю стали брызги, летевшие во все стороны.

Когда Чжо Линь, мокрый с головы до ног, ворча, удалился, Лян Чэнь еще немного неспешно поплескался в воде и лишь потом не торопясь выкарабкался наверх.

В первый рабочий день он не успел подготовить деловой костюм, поэтому был все в том же повседневном. Лян Чэнь отжал рукава и штанины прямо у бассейна, пока с него перестало капать.

Дернув штанину и выпрямившись, Лян Чэнь собрался было пойти поискать в чемодане новую одежду, чтобы переодеться, как, сделав пару шагов, заметил, что на шезлонге у до того пустого бассейна кто-то сидит.

Точнее говоря, лежал. Этот человек, как и Лян Чэнь, был не в строгом костюме: свободные карго в сочетании с раздутым пуховиком делали его лицо не больше ладони.

Хотя лица толком разглядеть было нельзя — тот человек подогнул ноги, полулежа прислонившись к поручню, а на повернутое вправо лицо была положена раскрытая книга, — его губы слегка приоткрывались, судя по всему, он спал.

Спал крепко: Лян Чэнь прошел мимо, а он даже не проснулся.

Разумеется, спящий не заметил, что прошедший мимо замедлил шаги и на мгновение задержал на нем взгляд.

Чэнь Цзинь пропахал все утро, пришел в столовую не в час пик и наспех пообедал. До начала работы во второй половине дня оставалось еще полчаса, и он направился к бассейну, выбрал лежак посредине, улегся и прикрыл лицо захваченной с собой книгой.

Он пришел сюда в обеденный перерыв исключительно ради тишины, пусть даже эти шезлонги, как и сам бассейн, были созданы лишь для вида и лежать на них было жутко неудобно.

Однако это не мешало уставшему человеку погрузиться в сон.

В ушах смутно журчала вода — казалось, кто-то плавает.

У Чэня Цзиня уже не было сил открыть глаза и посмотреть.

Стоило ему закрыть веки, как перед глазами снова всплыл отвратительный взгляд, которым вчера за столом одарил его директор Чжао. Чэнь Цзинь с усилием зажмурился, картинка на миг потемнела, а затем сменилась морщинками в уголках глаз Лян Сяоханя, когда тот смотрел на него. Еще одно мгновение — и вот уже громогромовые пики гор сливаются в бесконечную черту, а внизу простираются мириады расселин и скал.

Это были его родные края — место, окруженное горными хребтами, словно отрезанное от остального мира.

На вторую половину дня было назначено совещание.

Оно касалось планирования проекта элитного жилого комплекса и было посвящено в основном обсуждению проектных решений. Среди прочего мнения собравшихся разделились по поводу ландшафтного озеленения.

Отдел разработки изначально закладывал показатель покрытия растительностью в 60%, однако отдел маркетинга выдвинул встречное предложение — сократить зелень до 45%, особенно газоны, требующие постоянного ухода, чтобы расширить жилую площадь и повысить продажи.

Чэнь Цзинь отвечал за ландшафтный дизайн этого проекта и настаивал на первоначальном варианте:

— Комплекс позиционируется как жилье премиум-класса, и площадь зеленых зон общего пользования на человека должна составлять не менее одного квадратного метра. Если же растительность сократить до сорока пяти процентов при одновременном росте коэффициента застройки, это противоречит изначальному замыслу проекта...

— Проект должен адаптироваться под местные условия, а не слепо следовать правилам, — возразил менеджер отдела маркетинга. — К тому же данный проект ориентирован вовсе не на экологию и зеленые насаждения. Наша целевая аудитория — это блогеры-инфлюенсеры, в эпоху интернета правит трафик. Уверен, наличие поблизости локаций для красивых фото в соцсетях волнует их куда больше, чем процент озеленения вокруг.

Сотрудник, отвечавший за составление текстов, подтвердил, что в рекламных щитах и буклетах конкретные цифры коэффициента застройки не упоминались. Уложившись в верхний предел коэффициента, установленный градостроительным управлением, они не занимались введением в заблуждение и не несли никаких рисков, так что остальные отделы, до этого поддерживавшие проектный отдел, тоже засомневались.

В конце концов, объемы продаж были напрямую связаны с доходами. Перед лицом абсолютной выгоды не подкрепленные законами обещания равнялись пустой болтовне, от которой в любой момент можно отказаться, и пустым посулам, не способным повлиять на общую картину.

Обсуждение продолжалось какое-то время, и ближе к концу все взгляды обратились к Лян Сяоханю в ожидании, пока он, как высшее должностное лицо среди присутствующих, вынесет окончательный вердикт.

За все совещание Лян Сяохань не произнес ни слова, поэтому никто не знал, на чьей он стороне.

Столкнувшись с ожидающими взглядами присутствующих, Лян Сяохань не спешил заговорить. Он неторопливо перевел взгляд в юго-западный угол конференц-зала, где кучно сидели сотрудники инженерного отдела, включая сидевшего на заднем ряду в качестве вольного слушателя Лян Чэня.

Лян Сяохань смотрел на Лян Чэня до тех пор, пока все остальные не повернулись вслед за ним, и лишь тогда заговорил:

— А что думает менеджер Лян? Есть какие-то соображения?

Раньше в компании был лишь один директор Лян, и после этих слов все наконец осознали, что в фирме появился еще один менеджер по фамилии Лян.

Лян Чэнь вышел на работу только в первый день, еще толком не освоился с делами компании и обязанностями отделов, и на совещание его привел менеджер отдела. Парень слушал вполууха, одновременно чиркай что-то на попавшемся под руку бланке анонимных отзывов, который он стащил на ресепшене.

Его вызвали по имени, а он даже не сообразил. Сидевший рядом коллега подтолкнул его локтем, и только тогда Лян Чэнь поднял голову, встретившись взглядом с улыбающимся Лян Сяоханем.

Впрочем, он ни капли не растерялся, прекрасно осознавая свое положение: в такой огромной компании станет ли кто-то прислушиваться к мнению новичка? Он ведь не собирался всерьез воображать себя всемогущим наследником.

Поэтому Лян Чэнь изобразил на лице легкое подобие смущения, но держался непринужденно:

— Разве мне не велели не спешить с погружением в работу? Вот я и не вслушивался особо.

Лян Сяохань все так же улыбался:

— Ты и впрямь принял дежурную вежливость за чистую монету.

Под конец совещания Лян Сяохань так и не выразил своего мнения, лишь поручил инженерному отделу оказать содействие проектному и маркетинговому отделам в подготовке технико-экономического обоснования, а заодно велел Лян Чэню присоединиться к проектной группе и учиться у старших товарищей.

Как ни посмотри, этот шаг Лян Сяоханя выглядел поддержкой и взращиванием Лян Чэня. Если впоследствии проект удастся, Лян Чэню обязательно запишут заслугу, и тогда повышение по службе последует само собой.

Однако Лян Чэнь, казалось, вовсе не оценил этих благих намерения: не сказав ни единого слова благодарности, он принял приказание и удалился.

В шесть часов вечера Лян Чэнь ровно по графику выкатил свой багаж вниз и полез в телефон, собираясь вызвать такси.

Бросив взгляд в сторону, он заметил у ступенек, возле невысокой клумбы, примостившегося на корточках человека в светлом пуховике.

Тот слегка повернулся боком, и Лян Чэнь увидел перед ним остатки небольшого сугроба: обеими руками человек загребал снег, очевидно желая собрать его и запихнуть в стоявший рядом стеклянный стакан.

Жаль только, снега было слишком мало, а таял он слишком быстро. Человек зажал в ладони лишь крошечный комочек, талая вода закапала сквозь пальцы, а в стакане все превратилось в мягкую ледяную кашицу.

Белый снег делал донельзя покрасневшие руки до жути броскими. Лян Чэнь заметил еще и разноцветные ногти на пальцах, подумав про себя, что за пять лет этот человек ничуть не изменился — все такой же странный.

В этот момент из подземного паркинга выехала машина. Не направляясь сразу к выходу, она свернула к парадному входу здания.

Автомобиль остановился прямо перед Лян Чэнем, стекло со стороны заднего пассажирского опустилось, и сидевший там Лян Сяохань продемонстрировал свою фирменную улыбку:

— Домой? Подвезти?

Лян Чэнь инстинктивно хотел отказаться, но увидел, как человек, только что сидевший на корточках и игравший со снегом, резко метнулся к машине. Одним плавным движением обогнув Лян Чэня сбоку, он открыл дверцу и забрался внутрь — всё в один приём.

Столь привычное движение выдавало, что его подвозили уже далеко не в первый раз.

А эта естественность еще ярче подчеркивала неестественную манерность отказа Лян Чэня.

Тогда Лян Чэнь закрыл приложение для вызова такси, потянул за ручку передней пассажирской двери и сел в машину Лян Сяоханя.

Лишь когда автомобиль выехал на главный проспект и влился в вечерний поток машин в часы пик, Чэнь Цзинь заметил, что в салоне появился еще один пассажир.

Тот сидел на переднем сиденье прямо перед ним, и с его места виднелся лишь аккуратно остриженный затылок.

Как обычно, Лян Сяохань завел с Чэнем Цзинем разговор о делах.

Чэнь Цзинь отвечал вяло, почти без энтузиазма. Лян Сяохань с улыбкой поинтересовался:

— Все еще сердишься на меня?

Имелось в виду сегодняшнее дневное совещание, на котором Лян Сяохань не встал на его сторону — пусть он и не высказался определенно, но все уже молчаливо согласились с тем, что ради повышения продаж изначальный проект отвергнут, а предложение Чэнь Цзиня отклонено.

— Нет, — холодно ответил Чэнь Цзинь. — Раз все приняли общее решение, я подчиняюсь установленному порядку.

Как ни послушай, в голосе сквозило скрытое несогласие.

Лян Сяохань же вел себя так, будто ничего не заметил, и кивнул:

— В команде самое главное — это слаженность. Когда поднаберешься опыта, сам все поймешь.

Затем он поинтересовался, как прошла вчерашняя ночь. Чэнь Цзинь ответил все в том же равнодушном тоне:

— Прекрасно.

— Тогда почему в обед ты убежал отдыхать к бассейну? — Лян Сяохань неодобрительно нахмурился. — В следующий раз иди спать в приемную на верхнем этаже, я скажу Сяо Суню, чтобы он оставлял для тебя дверь открытой.

Сяо Сунь был личным помощником Лян Сяоханя.

Чэнь Цзинь не стал отказываться и коротко бросил в ответ:

— Мгм.

Поведение Лян Сяоханя казалось обычной заботой о младшем коллеге, однако все в салоне прекрасно понимали, что это не так.

Чэнь Цзинь держал в руках стеклянный стакан, от талой воды пальцы замерзли, и он невольно чихнул. Лян Сяохань тут же велел водителю прибавить температуру в салоне, после чего протянул руку, чтобы поправить ему не до конца застегнутый воротник.

Не привыкший к подобной заботе, Чэнь Цзинь слегка отпрянул вбок, и его взгляд случайно столкнулся с глазами Лян Чэня в зеркале заднего вида.

Глубокие глазницы с отчетливым двойным вектором, янтарные зрачки и какая-то мягкая, тихая безмятежность, так контрастировавшая с его собственной натурой. И уж тем более они разительно отличались от глаз его дяди: у Лян Сяоханя радужка была угольно-черной, густой, как неразведенная тушь.

Молния куртки была застегнута до самого верху, и пальцы Лян Сяоханя коснулись шеи Чэнь Цзиня. Тот невольно вздрогнул всем телом, а когда поднял глаза снова, сидевший спереди парень уже отвел взгляд и уставился в боковое окно.

Настолько мимолетно, будто их недавний зрительный контакт был всего лишь галлюцинацией.

Поправив одежду Чэнь Цзиня, Лян Сяохань вдруг вспомнил:

— Почему ты не надеваешь новый деловой костюм, который я тебе сшил?

http://bllate.org/book/27722/3365149