Готовый перевод Rebirth: My Beloved Empress, My Life's True Love / Перерождение: Искупление для моей королевы: Глава 11

Когда Бай бросился на Лестера в лобовую атаку, Констант предпочел зайти сбоку, чтобы заблокировать противнику нижний уровень, когда тот потеряет равновесие, и тем самым ограничить его движения, создав для Бая благоприятные условия для удара.

Однако реальность оказалась вовсе не такой, какой он себе представлял. Заметив краем глаза готовящегося к атаке Константа в тот момент, когда он сам отступил на шаг назад, Лестер резко отпрыгнул назад, когда тот бросился на него, и мгновенно применил прием захвата.

Между трутнями и Самками-зергами изначально существовали огромные различия в физических данных и силе, но Констант смог быстро вырваться из захвата Лестера и контратаковать, используя рефлексы, которым его тело поневоле научилось во время побега в прошлой жизни.

Бай в этот момент уже собирался продолжить атаку, но другие трутни, до этого окружавшие Лестера, тоже начали контратаковать.

И в этот самый момент чрезвычайно властный голос прервал завязавшуюся между десятком с лишним человек драку. Сразу после этого голоса все прекратили свои движения: никто не смел ослушаться этого звука, ведь этот человек был связан с их будущей карьерой в легионе...

Якоб Гарсия, капитан девятнадцатого легиона Имперского легиона, некогда возглавлял военных самочек девятнадцатого легиона Расы зергов в воздушных боях на территории Мэнфлая. Из-за той битвы мошкомухи полностью оторвали ему левую ногу, и Империя в награду за его доблесть специально перевела его в Главное командование легиона на должность инструктора по тактике, однако, несмотря на это, он всё равно предпочел вернуться в учебный центр и добровольно занять пост инструктора по тактической подготовке.

— А ну построиться! Все вы, кто участвовал, марш ко мне!

Раса зергов сегодня занимала первое место в звездном пространстве именно благодаря высочайшей степени дисциплины. К любой военной самочке, будь то её изначальное социальное положение или армейский ранг, относились с должными привилегиями — в знак признания заслуг перед Империей.

Поэтому, после того как капитан Гарсия отдал приказ, все участники инцидента — до единого — выстроились перед ним.

Каждый прекрасно понимал, что́ их теперь ждет.

— Капитан Гарсия, это они... — Лестер не успел договорить, как удар хлыста пришелся ему прямо по лицу.

— Не желаю слышать никаких оправданий. — Для Гарсии кулаки годились только для борьбы с внешними врагами. — Если вы не способны себя контролировать, катитесь отсюда к черту. Здесь воспитывают будущих командиров, которым предстоит вести войска в бой, и я советую такому глупцу, как ты, ищущему защиты у родни ради бахвальства в легионе, убираться подобру-поздорову.

— А ты... — Будучи военной самочкой, побывавшей на поле боя, Гарсия слегка замер, увидев Бая, а затем нахмурился: — И ты тоже, Бай Натт, тебе здесь не место.

Натт — эта фамилия, которую можно было назвать гордостью Империи, заставила всех военных самочек вздрогнуть при одном её произнесении.

Неудивительно, что только что, когда Лестер назвал свою фамилию, эта суб-самочка даже не шелохнулась и, пожалуй, посмотрела на Лестера с явным презрением.

— Место, где мне находиться, я должен выбирать сам. — Бай, без сомнений, испытывал глубочайшее уважение к стоявшему перед ним капитану Гарсии, но хотя прошлое поведение этого человека вызывало у него восхищение, это вовсе не значило, что он согласится с каждым его словом.

С тех пор как он отчетливо осознал, насколько славна его фамилия, он дал себе зарок: он никогда не позволить этой славе кануть в лету в потоке истории. Его отец был первым генералом-суб-самочкой Империи, который вел Расу зергов сквозь преграду за преградой и в конце концов при содействии другого генерал-майора полностью забрал все ресурсы световой энергии, добытые в Дифлае. Но даже такая непобедимая на поле боя военная самочка всё равно не смогла избежать участи замужества. В качестве компенсации этому имперскому генералу Бай унаследовал фамилию своего отца и благодаря этому получил больше любви и заботы, чем его старший брат.

Из-за этого старший брат частенько издевался над ним, прикрываясь своим благородным статусом трутня...

Пока Гарсия и Бай противостояли друг другу, Констант продолжал размышлять над тем, каким образом залечить сломанное ребро, прервавшее их стычку, до наступления месячного отпуска: если Натаниэль из-за этого засомневается в нем, то все его дальнейшие планы, боюсь, пойдут прахом.

— Рядовой Эйрлекс, выйти из строя!

Возможно, не желая открытого конфликта с Баем, а возможно, ценя его решительность, Гарсия не стал продолжать насмешки в адрес последнего, а повернулся и окликнул Константа по другому имени.

— Так точно, капитан! — Констант мгновенно отреагировал и шагнул вперед.

Из-за слишком близкого расстояния черные зрачки собеседника холодно смотрели прямо на него. Спустя мгновение тот наконец заговорил:

— Считаю, что тот глупец был совершенно прав: Раса зергов должна испытывать глубочайший стыд оттого, что среди них есть такая хилая и никчемная самка-зерг, как ты.

В словах Гарсии не было ни капли тепла.

— Если не умеешь защитить себя, даже не смей надеяться дожить до того дня, когда сможешь принести свою верность в жертву Империи!

Глава 7. Подписание соглашения

Выйдя из карцера, Констант поравнялся с Баем, который тоже выходил из соседней комнаты, и поздоровался, хотя на его лице застыла несколько натянутая улыбка.

Сломанное ребро после осмотра врача встало на место, но резких движений по-прежнему совершать было нельзя. Однако тренировки никто отменять из-за его травмы не собирался.

На арене для рукопашного боя —

Словно по злому умыслу инструктора, сегодня прямо напротив него стоял тот самый Лестер, с которым у них недавно вышел конфликт. Сейчас он глядел на него с лицами, полными злорадства.

По команде нападавший расплылся в улыбке. А следом за этим на него обрушился кулак...

— Сегодня я тебя точно покалечу.

— Неплохая мысль. — Благодаря тренировкам последних дней физическая форма Константа заметно улучшилась: пусть он и не мог тягаться в силе с другими самками-зергами, но он уже умел дополнять свои прежние навыки побега контратаками, и только благодаря этому был уверен, что не превратится окончательно в боксерскую грушу для противника.

В разгар схватки оба врезались в стоящую неподалеку кристаллическую колонну. Желая подавить Константа, Лестер распустил свои Костяные Крылья, ощетинившиеся шипами, чтобы не дать Константу воспользоваться моментом и вырваться из зоны его атаки.

http://bllate.org/book/27712/3364200