Управляющий тут же отступил на несколько шагов:
— Такая дистанция подойдет, молодой господин Су Чэнь?
Су Хуэй опустил голову:
— Прости за беспокойство.
Управляющий мягко улыбнулся:
— Никакого беспокойства, молодой господин Су Чэнь. Вы так и не сказали мне, что бы вы хотели съесть.
Су Хуэй немного подумал и тихо произвел:
— Я бы хотел кашу из риса и нежирного мяса с вековыми яйцами, можно?
Управляющий:
— Конечно мо…
Юй Хуайбай внезапно заговорил, прерывая управляющего:
— Ты ведь раньше говорил, что терпеть не можешь вековые яйца.
Эти слова были обращены к Су Хуэю.
Су Хуэй на мгновение замер.
Юй Хуайбай сделал глоток апельсинового сока и неторопливо продолжил:
— Ты еще говорил, что тебя тошнит при одном виде вековых яиц.
Лицо Су Хуэя окаменело, и лишь спустя некоторое время он попытался оправдаться:
— Вкусы людей имеют свойство меняться.
Юй Хуайбай вытащил салфетку, чтобы вытереть рот, но отвечать ему не стал. Вместо этого он повернулся к управляющему:
— Приготовь.
Управляющий:
— Слушаюсь.
Су Хуэй был совершенно сбит с толку, и наконец Юй Хуайбай соизволил одарить его мимолетным взглядом, вот только этот взгляд по-прежнему оставался ледяным.
Юй Хуайбай произнес:
— Я перепутал. На самом деле ты никогда не говорил мне, что не любишь вековые яйца.
По правде говоря, за всё время между ним и Су Чэнем едва ли набралось несколько фраз.
Су Хуэй: «……»
Алые губы сжались в тонкую линию. Су Хуэй понял, что Юй Хуайбай начал подозревать неладное и намеренно проверяет его.
Су Хуэй опустил голову и принялся есть, решив прикинуться мертвым.
Вскоре виски и лоб юноши снова покрылись испариной.
А кондиционер в комнате, между тем, работал на полную мощность.
Юй Хуайбай с холодным блеском в глазах задумался на секунду и тихонько отодвинул свой стул немного назад.
Грудь юноши плавно вздымалась и опускалась — это было движение облегчения, когда человек наконец может свободно вздохнуть.
Даже холодный пот выглядел слишком правдоподобно, вряд ли это была игра.
Юй Хуайбай потер зеленый нефритовый перстень на большом пальце левой руки и вдруг подумал, что завтрашнюю операцию по сокрушению семьи Су можно пока отложить. Сперва ему нужно было разобраться, что же в конце концов творится с этим Су Чэнем.
Вскоре перед Су Хуэем поставили пиалу с источающей жар кашей из риса и нежирного мяса с вековыми яйцами.
Су Хуэй машинально потянулся за пиалой, но, обжегшись о край, тут же вжался пальцами в собственные уши, чтобы остудить их.
Уголки губ юноши приподнялись в наивной и чистой улыбке.
Это была первая улыбка, которую Су Хуэй показал с момента попадания в книгу, и причиной ей стала тарелка ароматной каши.
Су Хуэй был в отличном настроении. Поколебавшись пару секунд, он осторожно подвинул пиалу ближе к середине стола и, набравшись смелости, спросил Юй Хуайбая:
— Хочешь… попробовать немного?
Голос юноши по-прежнему оставался тихим и робким, но на этот раз предложение поделиться кашей выглядело вовсе не подлизыванием, а… чистым, наивным ребяческим порывом — когда находишь что-то вкусное и искренне хочешь разделить это с другим.
Юй Хуайбай поднял взгляд на управляющего и равнодушно бросил:
— Наложи и мне порцию.
Управляющий поспешно кивнул:
— Сию минуту.
После еды обеденный стол был аккуратно убран.
Они еще не успели подняться с мест, как управляющий принес целую стопку документов и обратился к Юй Хуайбаю:
— Господин Юй, всё это вице-президент Цзяо велел передать вам через своего ассистента. Перенести их в ваш кабинет?
Юй Хуайбай бросил взгляд на Су Хуэя и постучал пальцем по столешнице:
— Оставь здесь.
Управляющий опустил бумаги на стол и протянул ручку:
— Хорошо, вот ваша ручка.
Юй Хуайбай снял колпачок с ручки и, прямо на глазах у Су Хуэя, с самым невозмутимым видом принялся за работу.
Эти бумаги лежали всего в трех чи от Су Хуэя, но тот даже не поднял головы. Повернувшись, он тихо спросил управляющего:
— Где я буду спать сегодня?
Управляющий перевел взгляд на Юй Хуайбая.
Рука Юй Хуайбая, державшая ручку, на мгновение замерла, но он даже не поднял головы:
— Рядом со мной.
Нежные побелевшие пальцы тут же судорожно сжались. Су Хуэй глубоко вздохнул, пытаясь договориться с Юй Хуайбаем:
— На самом деле я могу лечь в гостевой спальне или прямо на диване.
Юй Хуайбай отложил ручку, наконец поднял на него взгляд, и его голос прозвучал ледяно:
— Сегодня день нашей свадьбы. Если ты спишь не со мной, то с кем?
Эти слова прозвучали крайне фривольно и неуважительно.
Су Хуэй недовольно поджал губы и машинально посмотрел на левую руку Юй Хуайбая.
У Юй Хуайбая были длинные, искусно очерченные пальцы с четкими суставами. На большом пальце левой руки красовался нефритовый перстень глубокого императорско-зеленого цвета — судя по качеству, весьма дорогой. Помимо него, на левой руке не было абсолютно ничего.
В то время как на безымянном пальце его собственной левой руки поблескивало платиновое кольцо — их с Юй Хуайбаем обручальное кольцо.
Су Хуэй снова недовольно скривил губы:
Какой же он невыносимый, даже обручальное кольцо не носит, а еще требует, чтобы я спал с ним!
Юноша не умел скрывать свои мысли, и все эмоции были написаны у него на лице.
Проследив за взглядом Су Хуэя, Юй Хуайбай бросил короткий взгляд на собственную левую руку. Его пальцы едва заметно шевельнулись, и из его груди вырвался внезапный короткий смешок:
— Хм. Дядя У, принеси-ка мне обручальное кольцо.
Управляющий мгновенно выпрямился и тут же отправил кого-то принести обручальное кольцо, которое всё еще оставалось на руке манекена.
Надев кольцо, Юй Хуайбай снова склонился над работой.
Су Хуэй по-прежнему сидел напротив, опустив голову и боясь шелохнуться.
Спустя несколько минут Юй Хуайбай холодно бросил:
— Собираешься глазеть на то, как я работаю?
Су Хуэй в панике вскочил на ноги и, закружившись по гостиной, словно потерявшая голову муха, наконец был вынужден остановиться. С несчастным, жалким видом он обратился за помощью к управляющему:
— Я…
Куда ему теперь идти?
Не дожидаясь ответа управляющего, Юй Хуайбай постучал ручкой по столу:
— Иди в мою спальню.
У Су Хуэя перекосило рот, он чуть не расплакался.
Поздней ночью, после душа и в новой пижаме, купленной для него управляющим, Су Хуэй стоял в самом дальнем углу комнаты, не смея пошевелиться.
К тому моменту прошло уже три часа с тех пор, как Юй Хуайбай велел ему войти в спальню.
Сам Юй Хуайбай уже тоже принял душ, сидел на кровати и похлопывал ладонью по месту рядом с собой:
— Садись.
Су Хуэй закусил изнутри нижнюю губу, предпринимая последнюю попытку сопротивления:
— Я правда могу спать на диване.
— Скоро полночь, — Юй Хуайбай посмотрел на него холодным, пронзительным взглядом. — Не трать мое время.
Су Хуэй глубоко вздохнул, подковылял к краю кровати, откинул одеяло и вытянулся по струнке.
По правде говоря, Юй Хуайбай в книге был человеком довольно честным: он никогда не преступал закон и тем более не принуждал других к подобным вещам.
http://bllate.org/book/27644/3360445
Сказали спасибо 0 читателей