Готовый перевод The Day I Regretted Breaking Off My Engagement with Little Husband / Раскаяние после разрыва: Мой муж из прошлой жизни: Глава 12

Это ж какой убёжище без совести понаставил тут охотничьих капканов! Совсем, мать его, забыли, голодный нынче год или нет, и творят такие мерзкие дела! — Фу Бинъюань выругался сквозь зубы и машинально заслонил ладонью глаза Е Сюю, который стоял за его спиной, боясь, что тот испугается увиденного.

Кто же знал, что Е Сюй подастся вперед первым. Увидев лежащего на боку лекаря Ли — с плотно закрытыми глазами, пепельным лицом и редким, тяжелым дыханием, — он почувствовал, как у него защемило сердце. Пальцы судорожно переплелись, а ладони покрылись горячим потом.

Сердце Е Сюя пропустило удар, и он инстинктивно вцепился в рукав Фу Бинъюаня, словно за соломинку, способную вернуть ему душевное спокойствие. Голос его дрожал:

— Чт... что же делать?

Почувствовав замешательство и страх человека, стоявшего рядом, Фу Бинъюань похлопал Е Сюя по руке и мягко успокоил:

— Чего боишься? Я же здесь.

Е Сюй слегка задрожал и ничего не ответил, но от слов Фу Бинъюаня его метавшееся во все стороны сердце странным образом успокоилось.

Он заметил, как Фу Бинъюань опустился на корточки возле лекаря Ли, и дважды негромко позвал:

— Дядя Ли! Дядя Ли!

Веки лекаря Ли чуть затрепетали, но открывать глаза он не собирался. Его единственная способная двигаться рука, словно ястребиная лапа, внезапно вцепилась в руку Фу Бинъюаня, и ногти едва не вонзились в плоть.

Фу Бинъюань поморщился от боли, подумав про себя: человек ранен так тяжело, а хватка все равно мертвая... Превозмогая боль, он поднял факел и внимательно осмотрел правую ногу лекаря Ли, зажатую в капкан. Ращелина в скале была слишком узкой, а нога застряла намертво — свободного пространства для маневра не оставалось вовсе. Сначала нужно было вытащить лекаря Ли из этой расщелины и перенести на ровное место.

Он плюнул на ладони, яростно потер их друг о друга и оттащил в сторону все камни, которые удавалось сдвинуть вокруг лекаря Ли, стараясь освободить побольше места в каменном разломе.

Е Сюй не стал стоять сложа руки: он воткнул факел в землю неподалеку, засучил рукава и принялся помогать перетаскивать валуны. Когда с этим было покончено, они вдвоем подхватили лекаря Ли — один за верхнюю часть туловища, другой бережно поддерживая за ноги. По команде Фу Бинъюаня они поднатужились, задержали дыхание и рывком вытянули неподвижного лекаря Ли из каменного плена.

Лицо Е Сюя покраснело от напряжения, и от одного этого усилия он пропотел насквозь. Фу Бинъюаню пришлось не легче: как ни крути, лекарь Ли был крепким взрослым мужиком, но, к счастью, силы у обоих было не занимать, так что им удалось вытащить человека за один присест.

Они уложили лекаря Ли плашмя на землю, и тут Фу Бинъюань озадаченно застыл перед зверинымпканом, защемившим его ногу. В этой глухой дикой глуши где сыщешь инструмент, чтобы перекусить капкан? К тому же лекарь Ли был так тяжело ранен.

Заметив, что с самого начала Фу Бинъюань не разглаживает хмурых бровей и беспрестанно вздыхает, Е Сюй понял, что дело скверно, и нерешительно предложил:

— Может, позовем дядю Гуансяна? Наверное, у него найдется выход!

Услышав это, Фу Бинъюань покачал головой. Неизвестно, сколько лекарь Ли пролежал здесь, но кровь, капавшая из расщелины на землю, все еще была свежей. Сейчас стояла глухая ночь — самое время для наибольшей активности хищников в лесу. Едва ли деревенские успеют прийти на помощь, как стая диких волков сбежится на запах крови.

Взвесив все обстоятельства, они поняли, что в нынешней ситуации рассчитывать приходилось только на себя. Впрочем, Е Сюй был прав в одном: лишняя пара рук лучше, чем если бы они возились вдвоем... Взгляд Фу Бинъюаня сам собой упал на Дахуана. Эту собаку он специально взял с собой в горы: пёс отлично знал дорогу и обладал удивительным умом. Сами они пойти за людьми не могли, а вот Дахуан вполне справился бы.

Он оторвал от одежды лекаря Ли окровавленную полоску ткани, привязал ее к ошейнику Дахуана и крепко потрепал пса по голове:

— Иди, найди деда. Приведи сюда деда.

Дахуан издал тихое «уу-уу» и закрутился вокруг них волчком, словно не до конца доверяя своим хозяевам.

— Не до сентиментальностей, беги скорее за дедом, дело срочное, — Фу Бинъюань похлопал собаку по голове и указал на тропинку, по которой они поднимались в гору.

Дахуан словно понял его слова, прижался головой к его ладони, круто развернулся и вихрем помчался вниз с горы, исчезнув из виду в мгновение ока.

Е Сюй все еще тревожился:

— А это точно сработает?

— Не переживай, в критический момент Дахуан очень надежен, — ответил Фу Бинъюань и принялся озираться по сторонам. — А Сюй, нам нужно срочно найти что-нибудь, чтобы разжать этот капкан. Если медлить дальше, ногу дяди Ли уже не спасти.

— Понял-понял, — Е Сюй отвел взгляд и принялся шарить по кустам вместе с ним.

Отыскав толстый, с черенок лопаты, древесный корень, Фу Бинъюань примерил его к ноге лекаря Ли и счел идеальным. Заметив в его корзине водяной бамбук, он набрал несколько стеблей и истолок их острым камнем до выделения сока.

— Ты это зачем делаешь? Это же обычный водяной бамбук, мы его вечно в сыром виде едим или жарим, — с любопытством спросил Е Сюй, сосредоточенно наблюдавший за его манипуляциями.

— Эта трава не просто съедобная дикоросная зелень. Лекари в лавках часто используют ее, чтобы останавливать кровотечения и снимать воспаления у пациентов, — терпеливо объяснил Фу Бинъюань.

В глазах Е Сюя промелькнуло удивление: он никак не ожидал, что человек, который в его представлении палец о палец не ударит и злаков от травы не отличит, разбирается еще и в лекарском деле. Увидев, что Фу Бинъюань собрал истолченный водяной бамбук в сторонке и приготовил к использованию, он протянул ему найденную развилку и, одновременно объясняя и показывая жестами, произнес:

— А Сюй, как только я раздвину капкан, ты должен в самый подходящий момент вставить этот корень поперек его концов, чтобы заблокировать его.

Е Сюй прижал корень к груди и тупо кивнул, продолжая тайком тревожиться. Фу Бинъюань хоть и выглядел крепким парнем сплошных мускулов, но он же видел, какой зверской силой обладал этот капкан. Что, если тот ненароком покалечится? Как им быть?

Надвинулась глухая ночь, бледный лунный свет скудными лучами пробивался сквозь переплетение густой листвы. Вокруг стояла мертвая тишина — казалось, даже цикады и птицы замолкли. Время от времени налетал прохладный ветерок, заставляя сухую листву шуршать, отчего на душе становилось совсем не по себе.

Фу Бинъюань потер руки о штанины, стирая пот с ладоней. Опустившись на колени по обе стороны от тела лекаря Ли, он крепко ухватился за оба конца капкана, крепко стиснул зубы и затаил дыхание. Издав глухое рычание, он резко напрягся изо всех сил: мышцы на его руках мгновенно налились сталью, вздулись толстые вены, а со лба сорвались крупные капли пота.

Капкан, впившийся в ногу лекаря Ли, чуть-чуть подался в стороны. Тело лекаря судорожно задергалось, из груди вырвался стон боли — агония разрываемой плоти была такова, что он едва не потерял сознание.

Завидев это, Е Сюй торопливо вставил заготовленный корень поперек капкана, преградив путь его острым, блестящим на холоде зубьям.

Благодаря толстому корню, застрявшему посередине в качестве распорки, нога лекаря Ли получила хоть какую-то свободу. Фу Бинъюань ослабил хватку, вытер со лба обильный пот и, обхватив окровавленную икру лекаря Ли, осторожно вытащил ее из капканных тисков. Подняв брови, он знаком велел Е Сюю подать истолченный бамбук.

Накладку из бамбукового сока он приложил прямо к ране на ноге лекаря Ли, а затем наскоро перевязал её полосой ткани, сорванной с пояса, кое-как остановив кровь.

Пока они искали рычаг, он попросил Е Сюя принести несколько прямых веток и обломать с них боковые побеги. Приложив эти лубки по обе стороны от раздробленной ноги лекаря Ли, Фу Бинъюань с трудом стянул с себя верхнюю одежду и, прокусив ткань зубами, разорвал ее на полосы. Е Сюй подскочил на помощь, и вместе они накрепко примотали ветки к окровавленной ноге.

Закончив с повязкой, Фу Бинъюань шумно выдохнул, тяжело опустился на корточки и перевел дух. Бросив взгляд на лекаря Ли, который по-прежнему лежал с закрытыми глазами без малейших признаков жизни, он произнес:

— Пока что останется так. Нам нужно бегом спускаться с горы: дядя Ли не вынесет долгого ожидания, надо срочно показать его лекарю в городском лавке.

Е Сюй с шумом втянул носом воздух, выравнивая дыхание, и на цыпочках заглянул в темноту горной тропы, откуда они пришли. Дахуан ушел уже довольно давно, но внизу по-прежнему не было видно ни души, и неизвестно, разыскал ли пес Фу Юляна и остальных. Фу Бинъюань был прав: им действительно следовало поторопиться вниз.

Немного передохнув и восстановив силы, Фу Бинъюань полуприсел и взвалил лекаря Ли себе на спину. Горная тропа была крутой и извилистой, и чтобы раненого не трясло по дороге, он крепко привязал его поврежденную правую ногу к своему туловищу. Е Сюй собирался предложить поменяться и нести по очереди, но Фу Бинъюань наотрез отказался, лишь сунул ему в руки корзину лекаря Ли, велел взять факел и неотступно следовать за ним. Шаг за шагом они двинулись вниз с горы.

Прошло около четверти часа, как в темном и безмолвном доселе лесу замерцали редкие огоньки. Неподалеку один за другим зазвучали крики сельчан, к которым примешивался приближающийся тревожный лай Дахуана. Фу Бинъюань чуть выше подкинул на плечах прильнувшего к его спине лекаря Ли и переглянулся с шедшим рядом Е Сюем — оба тяжело и облегченно выдохнули.

Эта непредсказуемая ночь наконец-то подходила к концу.

Глава 12

◎А почему бы мне не позабавить тебя этой мелочью?◎

В мгновение ока дата свадьбы приблизилась вплотную, и в доме Фу закипела еще более бурная суета.

Если подумать, в жены брали всего-навсего омегу, и в обычных семьях из-за такого не стали бы устраивать свадебных церемоний, максимум — поклонились бы небесам и земле в знак уважения. Где уж им было вести себя так хлопотно, как чета Фу Юляна, которые даже свадебный паланкин заказали из самого города, заранее договорились о рослых скакунах для свадебного кортежа, не говоря уже о том, что назанимали у соседей целую кучу широких восьмиугольных столов в расчете на то, что в день свадьбы сыновей созовут всю деревню погулять на славу.

Фу Бинъюаня привлекли к работам наравне со всеми: Фу Юлян ежедневно гонял его по хозяйству, заставляя хлопотать то перед свадьбой, то с подготовкой к поминовению предков. Ли Эрхуа тоже бдительно следила за каждым его шагом, так что, подсчитав на пальцах, Фу Бинъюань понял: со дня их спуска с задней горы прошло уже несколько дней, а он за все это время так и не смог повидаться с Е Сюем.

Наконец ему выпала возможность смотаться в городок за фруктами, и он тайком заглянул во двор к Е Сюям. Там как раз застал Е Сюя — тот надевал обувь у порога, закинув за спину заплечную корзину:

— А Сюй, ты куда-то собрался?

Е Сюй снял с крючка под стрехой соломенную шляпу, поправил волосы, водрузил ее на голову и прищуренно посмотрел на залитого полуденным солнцем Фу Бинъюаня:

— Иду в город, надо отнести вышивку.

Услышав, что Е Сюй тоже направляется в город, Фу Бинъюань втайне обрадовался. В два шага перемахнув через забор во двор, он услужливо пристроился рядом:

— А Сюй, матушка как раз велела мне купить фруктов в городке. Пойдем вместе, в дороге веселее и безопаснее.

Е Сюй поджал губы, на его лице промелькнуло колебание. Еще утром Сю Нян перед уходом наказала ему держаться от Фу Бинъюаня подальше в преддверии свадьбы: где это видано, чтобы жених с невестой до бракосочетания целыми днями околачивались вместе? Если односельчане увидят, засмеют ведь.

http://bllate.org/book/27534/3347701