Готовый перевод The Unnamed Case Files: Two Branches of Wheat / Архив забытых дел: Две стороны одной медали: Глава 15

Слышал, что этот трагически погибший студент Вэй Миндэ, — студент Вэй Миндэ, — отличался примерным поведением и успехами в учебе, он — опора будущего нашей родины, и руководство школы, и я сам глубоко опечалены. Прошу капитана Фу непременно докопаться до правды, чтобы утешить дух студента Ли на небесах.

Заместитель ректора Чжан закончил произносить дежурные любезности, кивком велел стоявшему рядом секретарю указать на недалекое место и произнес: Видишь, как горько плачет тот младшекурсник? Живо отправь новостное агентство сделать пару снимков.

Заместитель ректора Чжан поправил очки: Кстати говоря, сделайте специальный выпуск о студентах нашей школы, преуспевших в морали и искусстве и ушедших из жизни в расцвете лет. Главными героями должны стать погибшие в прошлом революционные мученики и те, кто за последние годы после окончания учебы внес особый вклад в развитие государства, ведь скоро начнется сезон найма.

Слушаюсь, слушаюсь, я сию минуту все устрою, — поклонившись, ответил секретарь.

Фу Любе не обратил внимания на их разговор, лишь почувствовал, что плач, доносящийся до его ушей, кажется смутно знакомым. Проследив за направлением пальца заместителя ректора Чжана, он увидел виновника рыданий: захлебывающийся слезами молодой человек вовсе не был студентом Университета Цзянчэн — это был прибывший на место на следующий день и возложивший на себя несбывшиеся надежды Юань Цзиньшуя новоиспеченный офицер полиции Бай Чжи.

Стоявший в стороне Бай Чжи вовсе не догадывался, что из-за него в Университете Цзянчэн едва не затеяли новый спецвыпуск. Он просто-напросто испытывал угрызения совести: вчера, подробно во всем разобравшись, он, как и остальные полицейские, счел разговоры о проклятии полнейшим абсурдом. Вэй Миндэ снова и снова умолял о защите, но никто не отнесся к этому всерьез, и в конце концов, после неоднократных заверений самого Бая, Вэй Миндэ со спокойной душой покинул полицейский участок.

Его терчало еще и горькое сожаление: ему самому еще столькому нужно было научиться у следственной группы и в самом процессе раскрытия преступлений, но ведь среди стольких людей в холле студент Вэй Миндэ обратился за помощью именно к нему! Стать хорошим полицейским, который, подобно капитану Фу и офицеру Ян, собственной жизнью отвечает за поддержание государственной и гражданской безопасности, было его давним стремлением и идеалом. В первый же день он оказался окружен столь острой потребностью в себе и чувствовал, что стал на шаг ближе к мечте, но, увы, счастье зачастую так мимолетно.

Ему было еще и тяжело на душе: вчера во время беседы Вэй Миндэ так много рассказывал о своем прошлом. Что за невероятно безупречный человек! Уважает старших и учителей, дружен с сокурсниками, обладает добрейшим сердцем. Его уход станет невосполнимой утратой для всей страны, нет, для всего человечества! Думая об этом, он предавался целой смеси чувств, отчего заплакал так сильно, что из его носа надулся пузырь.

Сбор улик на месте происшествия подходил к концу. Подойдя к Фу Любе внизу, Е Цзя произвел выкладки: Это здание расположено на отшибе, но пользуется огромной популярностью у студентов, то и дело собирающихся на крыше. Следов и вещей там полно, всё перепутано, так что извлечь нужную информацию довольно сложно, да и проверять ее муторно.

Я понял это, едва поднявшись наверх, — здесь многое напоминает наш старый Корпус криминалистики возле озера Чжэнци. Разве мы в свое время точно так же, до смерти устав днем от занятий и строевой подготовки, не бегали тайком по ночам на крышу уединяться?

Взгляд Е Цзя слегка дрогнул, словно в памяти всплыли какие-то неприятные воспоминания, и Фу Любе поспешил сменить тему. На данный момент главная зацепка — это следы на лице Вэй Миндэ. Удастся ли извлечь чужий кожный жир и кровь, чтобы добыть ДНК?

Е Цзя с некоторым смущением перевел разговор: Вэнь Цзюньжэнь и Ло Мэн объявлялись? Фу Любе покачал головой: Народу на месте полно, но если только они не прячутся намеренно, от моего глаза это бы не укрылось.

Е Цзя нахмурился: В общежитии никого нет, на звонки оба не отвечают. Если бы они были с кем-то еще, вести бы уже дошли. Чем дольше они не появляются, тем хуже развивается ситуация. Он посмотрел на тропинку вдали, ведущую к излюбленному месту свиданий влюбленных — на остров посреди озера Цинъюй: Сегодня вы сначала возвращайтесь приводить информацию в порядок, а я покручусь здесь поблизости.

Фу Любе подозвал Юань Цзиньшуя. Поскольку дело могло быть связано с убийством, школьное руководство отнеслось к нему с исключительным вниманием, усложнив всевозможные процедуры по меньшей мере вдвое. Во второй половине дня тому предстояло помогать Е Цзя со всеми бумагами, и только завтра можно будет официально приступить к опросам. Внезапно он указал на Бай Чжи и пригрозил Юань Цзиньшую: Присмотри за ним, если случится еще хоть что-то — спрошу с тебя! Переживая за свою годовую аттестацию, Юань Цзиньшуй поспешно оттащил Бай Чжи к себе.

Избавившись от временной головной боли, Фу Любе, не тратя лишних слов, первым покинул университет. Он испытывал к Е Цзя естественную симпатию и доверие. Среди множества людей, пытавшихся намеренно угодить ему и сблизиться, лишь к студенту Е — столь же мягкому и теплому, словно весенний бриз, но на деле хранящему легкую отстраненность со всеми — он протянул правду руку.

В конференц-зале Отдела по расследованию тяжких преступлений они вновь принялись упорядочивать информацию по текущему делу: Время смерти Вэй Миндэ — сегодняшняя полночь, между двенадцатью и двумя часами ночи, причина смерти — падение с высоты. Из-за особенностей места происшествия на самом здании и близлежащих дорожках камеры видеонаблюдения отсутствуют, а единственная камера на крыше сломалась некоторое время назад. На камерах, установленных чуть дальше, после первичного осмотра пока ничего обнаружить не удалось.

Проживание в общежитиях Университета Цзянчэн контролируется не слишком строго, поэтому проверять версию чисто по тем, кто отсутствовал в комнатах, довольно сложно.

Один из полицейских взял слово: Я считаю, в первую очередь нужно выяснить, почему Вэй Миндэ так поздно оказался в лабораторном корпусе. Учитывая его трусливый характер, я склоняюсь к тому, что кто-то назначил ему встречу. Другой полицейский добавил: Считаю, это была крайне веская причина.

Вчера вечером Вэнь Цзюньжэнь узнал обо всем происходящем: его девушка мертва, а сам он едва не стал очередной жертвой проклятия. Вчера ночью я заметил, что во взгляде, которым он одарил Вэй Миндэ, читалась ярость. Возвратившись в университет, он не совладал с собой, решил придраться к Вэй Миндэ, и они сцепились, после чего в ходе потасовки он со зла столкнул Вэй Миндэ вниз — звучит вполне правдоподобно, — продолжил рассуждения следующий.

Это лишь одна из возможных версий. Думаю, необходимо также сосредоточиться на проверке тех, с кем у Вэй Миндэ были личные счеты в университете. Не исключено, что кто-то, воспользовавшись царящей суматохой, решил половить рыбу в мутной воде и совершил убийство собственными руками, пытаясь свалить всё на проклятие.

Обсуждение затянулось до полудня. Капитан, — раздался голос полицейского, — есть две новости: заместитель капитана отыскал Вэнь Цзюньжэня, сейчас он находится в том же вчерашнем допросном кабинете, и еще... — полицейский запнулся, — результаты экспертизы готовы: кожные чешуйки и следы крови, обнаруженные на ранах погибшего Вэй Миндэ, принадлежат Вэнь Цзюньжэню.

Когда Фу Любе вошел в допросную, прошло всего сутки, но сидевший перед ним человек осунулся еще сильнее. Растрепанные волосы, ввалившиеся глазницы, а былой задор и бравада сменились пеплом на лице. В отличие от Вэй Миндэ, который нарочито изображал невозмутимость, Вэнь Цзюньжэнь выглядел донельзя спокойным. Даже когда ему сообщили о гибели Вэй Миндэ, его ресницы лишь едва дрогнули, не вызвав ни единой ряби на поверхности. Это было не равнодушие к другим — просто всё на свете потеряло значение, включая его собственную жизнь.

http://bllate.org/book/27471/3337751