Первая глава: Молодой господин семьи Ли
Весна в Яньши всегда холоднее, чем на юге. Город расположен в центральной части, и хотя погода, казалось бы, начала теплеть, внезапные весенние заморозки застают врасплох. Людям не остается ничего другого, кроме как послушно кутаться в пальто, спасаясь от пронизывающего ветра.
Такие избалованные роскошью молодые господа, как Шэнь Минчэн, холода обычно не замечали. Сейчас он сидел в уютной ложе с комфортной температурой, обнимая Му Яня, который, густо покраснев, вжался в его грудь. Кожа юноши была такой белой, что казалась светящейся. Время от времени Му Янь склонял голову, приглушая звуки, и плотно сжимал губы, чтобы не издать лишнего шума.
Шэнь Минчэн отстранился, вытащив правую руку, которой только что ласкал любовника, и лениво поднялся. Взяв бокал, только что наполненный официантом, он перевел взгляд на центр зала, где проходила вечеринка. На его губах играла сдержанная улыбка — одновременно развязная и вежливая.
Бросив небрежный взгляд, Шэнь Минчэн увидел Ли Юньхэ, сидевшего на мягком диване у окна. Тот выглядел холодно и отстраненно: черная рубашка, рукава небрежно закатаны, в длинных изящных пальцах зажата дымящаяся сигара. Его облик, окутанный холодным белесым дымом, источал высокомерие, но это не мешало окружающим тянуться к нему, словно мотыльки на свет.
Нельзя не признать, что его друг детства был чертовски хорош собой. Неудивительно, что в свое время за Линь Му охотилось столько людей, но он не выбрал никого — ни мужчин, ни женщин, — а на балу предпочел именно Ли Юньхэ, который просто проходил мимо.
Даже самого Шэнь Минчэна тот человек отверг настолько прямо и безжалостно, что не оставил никакой надежды.
Размышляя об этом, Шэнь Минчэн перестал улыбаться. Его пальцы замерли, взгляд внезапно потемнел, а мысли сосредоточились на человеке, который сейчас находился далеко за океаном.
Он осушил бокал одним махом, повернулся и снова запустил руку под рубашку Му Яня, поглаживая его нежную, гладкую кожу, словно это был отрез дорогого шелка. Му Янь мягко прислонился к его плечу, слегка прикусив губу, и выглядел при этом до жалости беззащитным.
В ложе царил полумрак, а свет постоянно менялся. Группа бизнесменов и молодых наследников собралась здесь ради развлечений и деловых разговоров. Звуки их голосов сливались в единый гул, который дополняла тихая музыка в исполнении певца, сидевшего в углу. В комнате было шумно, и лишь двое держались особняком, выглядя совершенно иначе.
Ли Юньхэ выдохнул дым. Облако поднялось вверх и выплыло в окно. Тускло поблескивали его темные кожаные туфли. Даже молодой парень, сидевший на корточках у его ног, чьи глаза, казалось, светились преданностью, не вызывал у него ни малейшего интереса.
Прошлой ночью они долго предавались утехам, и утром, когда он уходил, парень всё еще ластился к нему, хватая за руку. Ли Юньхэ лишь мельком взглянул на него, но тут же отвел глаза. Разве этот человек мог сравниться с тем ребенком, что ждал его дома?
Видя, что на него не обращают внимания, парень покорно остался лежать у ног.
Ли Юньхэ усмехнулся, слегка наклонив голову. Его взгляд, глубокий и непроницаемый, как темная бездна, нес в себе естественное давление. Холодным голосом, от которого тело собеседника невольно вздрогнуло, будто от ледяного ветра, он произнес:
— Ступай. Тебе здесь нечего делать.
— Господин Ли… — В глазах юноши мелькнуло замешательство, он опустил голову, и его красивое юное лицо исказилось от обиды. Любой другой на месте Ли Юньхэ пожалел бы его, но только не он. Ли Юньхэ больше не проронил ни слова и даже не взглянул на парня снова.
С легким пренебрежением он затушил сигару в пепельнице и повернулся к сидевшему рядом Цзян Ли, который с улыбкой обсуждал предстоящий проект. Тон обоих собеседников был одновременно серьезным и непринужденным.
— Ты уверен, что справишься с этим проектом в одиночку?
Цзян Ли был одет в белую рубашку и выглядел крайне интеллигентно, однако в его голосе сквозила холодность:
— Разумеется. Я не хочу, чтобы мой никчемный младший брат снова отхватил кусок пирога. Если бы он был хоть немного поумнее, я бы еще потерпел, но он слишком глуп и лишь мозолит мне глаза.
Он медленно выпустил колечко дыма и расслабился. Его бледное лицо казалось болезненным, а взгляд был тяжелым и исполненным какой-то необъяснимой печали.
Цзян Ли был на два года младше Ли Юньхэ. Они вместе учились с самого детства и провели бок о бок почти двадцать лет. Лишь на четыре года их пути разошлись, когда Цзян Ли уехал за границу за высшим образованием.
Однако за это время он изменился: характер стал более строптивым, а внешность — еще более утонченной. Незнакомцам он казался дружелюбным, но близкие люди легко попадали в его сети.
Ли Юньхэ вздохнул:
— Что ж, тебе виднее. Сейчас вся работа в вашей семье держится на тебе.
— Угу, — Цзян Ли продолжал улыбаться. Он отбросил прочь лишние мысли и вдруг перевел взгляд на коленопреклоненного юношу, в его глазах блеснул интерес.
Каждый раз, выходя в свет с Ли Юньхэ, он знал, что увидит что-то занимательное. Интересно, какую сцену он разыграет на этот раз? Будет ли это упорство или глубокая привязанность?
http://bllate.org/book/27155/3284064