Готовый перевод The Substitute's Betrayal / Замена: Цена любви, которой не было: Глава 12

Сяо Линъи не стал уворачиваться и прямо посмотрел на него: он был уверен, что Чжань Юй не посмеет тронуть его.

Солнце отбросило длинную тень от стен Императорского кабинета. Сяо Линъи стоял на залитом светом участке, и даже его ресницы казались золотистыми в лучах солнца. Чжань Юй стоял в тени здания, и граница между светом и тенью пролегла четкой линией.

Эта линия оставляла Чжань Юя в тени; на самом деле он мог бы с легкостью ее перешагнуть, но по-настоящему его останавливало то, что вчерашний брак уже стал свершившимся фактом.

Он мог как угодно третировать заложника из Дунъе, но теперь был обязан соблюдать правила приличия между деверем и невесткой по отношению к княгине Хуай.

Поместье князя Хуай обладало огромной сдерживающей силой, и раз Сяо Линъи теперь принадлежал к нему, он наотмашь порвал все видимые связи с Восточным дворцом.

Чжань Юй сдержанно убрал руку и бросил свирепый взгляд на толпившихся неподалеку придворных чиновников.

Придворные немедленно отступили на почтительное расстояние, отвернулись и спрятали глаза, а евнухи и стражники у дверей Императорского кабинета дружно опустили головы.

В Имперской столице все знали, что этот заложник поддерживал тесные связи с Восточным дворцом, и даже ходили слухи, что Сяо Линъи был тайным фаворитом наследного принца.

Вчера во время свадьбы в поместье князя Хуай вся Имперская столица только и ждала возможности поглазеть на расстроившуюся помолвку, но церемония прошла гладко. Никто и не думал, что самое интересное развернется здесь, у стен Императорского кабинета.

— Княгиня, вы, похоже, забыли о нашей договоренности.

Согласно заранее составленному плану, вчера Сяо Линъи должен был покончить с собой в знак протеста против брака, тогда сегодня на утреннем докладе приближенные к Восточному дворцу цензоры обвинили бы Чжань Чэня в доведении до самоубийства. Репутация поместья князя Хуай оказалась бы безнадежно испорчена, а Министерство ритуалов естественным образом перешло бы в руки наследного принца.

Сяо Линъи же полностью перевернул эту тщательно расставленную шахматную доску, сбив весь темп, и в сердце Чжань Юя запылал пожар, который он так и жаждал выплеснуть наружу.

— Его Высочество наследный принц пришел вершить сул? — Сяо Линъи нарочно задрал подбородок, показывая Чжань Юю оставшиеся от пальцев синяки.

Брови Чжань Юя нахмурились:

— Кто тебя придушил?

Подобное участие и беспокойство в прошлой жизни заставляли Сяо Линъи слепо верить ему во всем, но теперь, когда пелена спала, это казалось лишь смешным.

— Вчера я чуть не погиб от рук Ань Циин, разве Его Высочество наследный принц заботится о том, жив я или нет?

Чжань Юй поспешно произнес:

— Я ничего об этом не знал, к тому же резиденция маркиза не посмела бы причинить тебе реального вреда.

— Поместье маркиза Юнъань всегда держалось нейтралитета. Почему Ваше Высочество так уверены, что они не посмели бы лишить меня жизни? Неужели резиденция маркиза на самом деле подчиняется Восточному дворцу?

Чжань Юй: «……»

Сяо Линъи продолжил:

— Я столько лет был рядом с Вашим Высочеством, но вы никогда не говорили мне, что в вашем лагере есть еще и поместье маркиза Юнъань. Вы мне не доверяли? Или молчаливо поощряли все эти годы издевательства Ань Циин надо мной?

Вопросы загнали Чжань Юя в тупик, отступать было некуда. Если бы он отрицал, что резиденция маркиза подчиняется Восточному дворцу, то вчерашний поступок Сяо Линъи, разорвавшего помолвку, выглядел бы вполне объяснимым; но если бы он признал союз между поместьем маркиза и Восточным дворцом, то многолетнее презрительное отношение маркиза к Сяо Линъи автоматически означало бы молчаливое согласие Восточного дворца, и тогда Чжань Юй окончательно потерял бы доверие Сяо Линъи.

Тщательно взвесив все слова, он произнес:

— Ань Циин — единственный сын маркиза Юнъань, я не мог не считаться с лицом маркиза Юнъань. Линъи, ты должен смотреть на общую картину и проявить понимание.

В глазах Сяо Линъи застыло такое холодное равнодушие, что у Чжань Юя тревожно ёкнуло сердце. Чжань Юй бросил взгляд на плотно закрытые двери Императорского кабинета:

— Ты ступил ногой в поместье князя Хуай, и твое сердце тоже последовало туда? Чжань Чэнь видит в тебе лишь бледную тень Юй Байюэ, а я — тот самый человек, кто искренне любит тебя.

Он даже не понизил голос; судя по всему, окружающие у стен Императорского кабинета прекрасно все расслышали, просто не подавали виду.

Будь Сяо Линъи женщиной, подобный поступок Чжань Юя уже толкнул бы его в пучину всеобщего осуждения. К счастью, он был мужчиной — в этот мире к мужчинам издавна относились снисходительнее, но мог ли низкий статус Сяо Линъи сулить ему хоть что-то хорошее?

Прожив эту жизнь заново, он вовсе не дорожил своей репутацией. Раз уж Чжань Юй сам напросился, упустить шанс и не втянуть его за собой в грязь было бы непростительно.

— Конечно, я знаю, что Его Высочество наследный принц — единственный, кто искренне ко мне добр. — Сяо Линъи обвел Чжань Юя манящим взглядом, а его голос прозвучал мягко и вкрадчиво: — Вчера, находясь на краю гибели, я потерял рассудок и помутился рассудком, вот и угодил в поместье князя Хуай по глупости. Теперь уже поздно сожалеть, но я думаю, что, находясь в поместье князя Хуай, смогу еще лучше расчистить путь Вашему Высочеству от преград.

Он прямо дал понять Чжань Юю, что готов стать шпионом Восточного дворца, внедренным в окружение Чжань Чэня.

Испытав трогательное умиление, Чжань Юй радовался, что Сяо Линъи не заподозрил его в неладном:

— Но это дело непростое.

Сяо Линъи ответил с беспредельной искренностью:

— Я готов ради Вашего Высочества пройти сквозь огонь и воду, лишь бы вы верили мне.

За последние пять лет Сяо Линъи действительно во всем ставил Чжань Юя на первое место, перенеся ради него бесчисленное множество тягот и унижений, поэтому сегодняшние слова легко заставили Чжань Юя поверить ему.

Ветер растрепал длинные волосы Сяо Линъи, и черные пряди заискрились золотом в лучах солнца. Чжань Юй пробормотал:

— Ты ради него собрал волосы.

Сяо Линъи слегка нахмурил брови, дотронулся до синяка на шее и тихо произнес:

— Больно.

У Чжань Юя дрогнуло сердце, и он протянул руку, желая коснуться синяка на его коже.

Стоило только Чжань Юю протянуть руку и дотронуться, как у Сяо Линъи нашлся бы способ сделать так, чтобы все языки в Имперской столице заговорили о дурных помыслах наследного принца по отношению к жене собственного брата.

Хотя одно лишь подобное прикосновение вызывало у Сяо Линъи жуткое отвращение.

В самый миг перед касанием чья-то рука перехватила запястье Чжань Юя прямо в воздухе. Сяо Линъи замер и перевел взгляд.

Неизвестно когда вышедший из Императорского кабинета Чжань Чэнь крепко сжал запястье Чжань Юя и, словно цыпленка, отбросил его на расстояние вытянутой руки от Сяо Линъи.

Чжань Юй пошатнулся назад и чуть не упал, но подоспевшие вовремя стражники поддержали его.

Сяо Линъи не ожидал от Чжань Чэня такой грубой силы и на мгновение остолбенел:

— Ваше Высочество? Вы... когда вы вышли?

— В тот момент, когда ты заявил, что готов ради него пройти сквозь огонь и воду.

Сяо Линъи: «……»

Вот теперь вышло поистине крупное недоразумение.

Стоило князю Хуай появиться, как министры у входа в павильон тут же повернулись и принялись вполне открыто глазеть на зрелище; даже стражники и евнухи украдкой приподняли головы.

Почувствовав, что подобный бросок начисто лишил его лица, Чжань Юй гневно выпалил:

— Чжань Чэнь! Да как ты смеешь меня толкать!

— Брат просто учит тебя манерам.

— Каким еще манерам! Я всего лишь сказал пару слов заложнику!

— Вчера твои слова были вполне уместны. Но сегодня... — Чжань Чэнь крепко обхватил запястье Сяо Линъи и притянул его к себе в объятия с таким видом, будто заявлял исключительные права на свою вещь: — Ты должен называть его не иначе как императорской невесткой.

http://bllate.org/book/27106/3274659