Готовый перевод Interstellar Mermaid Dad Little Deer Fairy's Summer / Звездный маршал и его русалочка: папа или муж?: Глава 15

Однако, когда Чао Цзыфэй и Ли Сюнь прибыли, в аудитории мгновенно воцарилась тишина.

Все в упор уставились на них двоих.

Ли Сюню стало не по себе от такого внимания, и он невольно спрятался за спину Чао Цзыфэя.

В этот момент раздался чей-то голос:

— Ваше Высочество прибыл!

Ли Сюнь инстинктивно поднял голову.

Это был русал с морско-синим рыбьим хвостом и морско-синими зрачками. С правильными чертами лица, изысканной и холодной, но в то же время мягкой манерой держаться, он производил впечатление невероятно красивого существа, словно сошедшего со страниц сказки принца.

Позади этого принца-русала находились и другие прекрасные русалы. Но почему-то все взгляды невольно приковывал именно он. Словно луна, окруженная мириадами звезд.

Затем взгляд принца пронзил толпу и устремился прямо на них.

Ли Сюнь невольно затаил дыхание.

Он заметил, как взгляд принца упал на Чао Цзыфэя, в глазах на мгновение мелькнуло удивление, но тут же этот взгляд переметнулся на него самого.

Принц на миг замер.

Ли Сюню показалось, что этот взгляд был чрезвычайно многозначительным и таил в себе нечто невыразимое.

В тот самый момент, когда он только-только попал сюда, он был очень испуган и напряжен, смертельно боясь, что кто-нибудь что-то заметит, а вдобавок хотел проявить себя с лучшей стороны перед новыми родителями, поэтому уже научился подмечать малейшие изменения в чужих лицах.

Совершенно очевидно, что этот принц-русал питал чувства к Чао Цзыфэю.

А потому…

Принц-русал подумал, что у Чао Цзыфэя уже есть пара?

Ли Сюнь уловил в глазах собеседника горечь и даже крошечную капельку враждебности.

Ли Сюнь чувствовал себя ужасно несправедливо обиженным.

Он вовсе не хотел наживать себе врагов.

Ваше Высочество, умоляю, послушайте меня, он же мой папа!

Ой, то есть нет!

Ли Сюнь вдруг вспомнил: разве он не решил давным-давно помочь Чао Цзыфэю избавиться от всех этих преследующих его русалов?

С этими мыслями Ли Сюнь обнял Чао Цзыфэя за руку, придвинулся к самому его уху и шепотом произвел:

— Папа, этот принц всё это время смотрит на нас…

Чао Цзыфэй поджал губы и бесстрастно произнес:

— Ты всё еще хочешь остаться здесь?

— М-м… — Ли Сюнь засомневался.

Он хотел послушать лекцию, но тот, кто её читал, казалось, был полон враждебности к нему…

Пока он колебался, внезапно раздался голос принца-русала. Тот с улыбкой произнес:

— Не ожидал, что Маршал Чао тоже придет послушать мою лекцию, для меня это огромная честь.

Чао Цзыфэй равнодушно ответил:

— Потому что моему русалу захотелось на исторический факультет.

Иными словами, Чао Цзыфэй пришел на лекцию вовсе не ради Пан Вэньлэ, а ради собственного маленького русала.

Окружающие прозрели, и им мгновенно показалось, что атмосфера накалилась до предела.

Сдается мне, этот маленький русал явился сюда нарочно, чтобы продемонстрировать превосходство Вашему Высочеству?

Люди не удержались и бросили на Ли Сюня многозначительные взгляды.

Ли Сюнь ошеломленно моргнул.

Взгляды этих людей… выглядели как-то странно.

Он не успел толком над этим задуматься, как увидел, что Пан Вэньлэ смотрит прямо на него, расплывшись в улыбке:

— Правда? Что ж, надеюсь, после сегодняшней лекции ты, маленький русал, еще больше заинтересуешься историческим факультетом.

Закончив говорить, он снова обратился к Чао Цзыфэю:

— Маршал Чао, на первом ряду еще есть свободные места, садитесь вдвоем туда.

Чао Цзыфэй перевел взгляд на Ли Сюня.

Отказать в такой любезности было трудно, к тому же Ли Сюню и вправду хотелось послушать, какие соображения насчет Ли Бая имеются у этого принца, поэтому он с наигранной застенчивостью кивнул, а затем, обняв Чао Цзыфэя за руку, прошел к первому ряду аудитории и устроился на месте.

Вскоре остальные тоже вернулись на свои места.

Экран позади Пан Вэньлэ ярко вспыхнул, являя взорам крупные символы: «Кто такой Ли Бай?»

Ли Сюнь растерянно захлопал ресницами.

Что такое?

Неужели принц-русал и вправду пришел сюда, чтобы обсудить со всеми, кем был Ли Бай?

Однако его растерянное выражение лица со стороны показалось окружающим признаком того, что он понятия не имеет, кто такой Ли Бай.

Впрочем, это неудивительно: большинство простолюдинов вообще не ведали, что в Хуася когда-то существовала такая историческая личность, как Ли Бай, и лишь элита из элит, поступившая в Столичный университет, имела возможность прикоснуться к подобным страницам прошлого.

Да.

Хотя исторический факультет и не пользовался популярностью, он являлся обязательным предметом.

Потому что Космическая Организация Объединенных Наций оценивала уровень цивилизации каждой отдельной страны.

История и есть цивилизация.

Взять, к примеру, Федерацию Хуася: поскольку она позабыла свою историю и утратила цивилизацию, ей присвоили лишь статус цивилизации третьего уровня. И пусть её технологии совершили колоссальный рывок вперед, пусть её военная мощь ни в чем не уступала многим Цивилизациям второго уровня, она всё равно не могла подняться до уровня Цивилизации второго уровня, не говоря уже о первом!

Это было позором для всего человечества!

Разумеется, прежде Ли Сюнь ничего из этого не знал. Но теперь он был в курсе.

Потому что, прежде чем приступить к доказательству того, кто же такой Ли Бай, Пан Вэньлэ с пылким гневом в голосе поведал о том самом позоре, из-за которого Федерация не может совершить скачок в своем развитии.

Его голос был полон такой заразительной силы, что даже в груди Ли Сюня зажглось пламя.

С тех пор как он осознал, что на самом деле вернулся в Хуася — пусть даже и в Хуася тысячелетней давности, — в нем постепенно пробудились чувство причастности и кровная связь с этой землей. Теперь же, узнав, что его родина столкнулась с подобной бедой, он неожиданно захотел сделать хоть что-нибудь.

Но…

Хотя он и являлся доктором исторических наук, он не был всезнайкой. Будучи в одиночку, разве мог он отыскать всю историю Хуася до последнего кусочка? Стоило помнить, что цивилизация Хуася поистине глубока и необъятна: не говоря уже о мифических персонажах, он физически не был способен удержать в памяти абсолютно всех выдающихся деятелей из каждой династии.

Поэтому…

Да ну, пусть великая миссия спасения мира останется на плечах принца-русала, а он лучше так и останется беспутным тунеядцем.

С этими мыслями Ли Сюнь успокоился и продолжил внимательно слушать лекцию Пан Вэньлэ.

Тот вещал:

— Итак, перейдем к нашей сегодняшней теме — кто такой Ли Бай? Я полистал «Дневник императора-основателя» и обнаружил одно его высказывание. Он говорил: «Когда заходит речь о династии Тан, первое, что всегда приходит на ум — это Ли Бай». Согласно историческим записям, династия Тан была невероятно славной эпохой нашей Хуася. Каких же гигантских успехов должен был добиться Ли Бай в такую эпоху, чтобы император-основатель вспомнил о нем в первую очередь?

http://bllate.org/book/26914/3239297