Готовый перевод The Solitary Prince Dotes on His Young Scholar / Любимый учёный одинокого князя: Глава 002. Мачеха Хуан

Се Шуанбай всё ещё не понимал, как вообще оказался здесь, когда перед глазами внезапно вспыхнул белый свет.

Его втянуло в отдельное пространство. Оно было огромным и почти совершенно пустым. Неподалёку бил родник с кристально чистой водой.

Он не удержался и сделал глоток. Вода оказалась удивительно сладкой и приятной.

Се Шуанбай обошёл пространство и обнаружил, что, несмотря на его огромный размер, кроме этого источника внутри ничего нет. Стоило ему подумать о возвращении, как он снова оказался снаружи.

Вот это чудо. Что же это такое?

Неужели мало того, что он перенёсся, так Небеса ещё и наградили его отдельным пространством с источником?

Вода такая вкусная. Может, она ещё и укрепляет тело? В любом случае хуже от неё точно не будет.

Неожиданное появление источника обрадовало его, однако положение, в котором он оказался, оставалось крайне скверным.

До переноса Се Шуанбай жил в современном мире и учился на педагогическом. После выпуска он подал заявку на добровольную работу учителем и отправился в небольшую деревню на юге. Проработал там всего чуть больше месяца, а потом, спасая ребёнка во время оползня, погиб. И в результате…

Очутился вот здесь.

В голове у Се Шуанбая снова закружилось, и перед ним один за другим вспыхнули обрывки памяти прежнего владельца тела.

Того тоже звали Се Шуанбай. Ему было шестнадцать лет. Он являлся старшим сыном сюцая Се Чжи из деревни Сяоши, а окружающие называли его молодым сюцаем Се.

Несколько дней назад его отец, Се Чжи, выпил, внезапно воспылал поэтическим вдохновением и непременно захотел подняться на заднюю гору полюбоваться морем облаков. В итоге сорвался со склона и погиб на месте.

Прежний Се Шуанбай и без того был слаб здоровьем. Смерть отца стала для него тяжёлым ударом, а многолетние издевательства мачехи окончательно доконали — он не выдержал и умер.

Женщина, которая сейчас снаружи кричала, что хочет выгнать его, и была его мачехой — госпожой Хуан.

Она вошла в дом через три месяца после смерти родной матери прежнего владельца тела.

Госпожа Хуан была дочерью мясника Хуана из городка. Она уже успела один раз выйти замуж, но из-за своего скверного нрава постоянно скандалила со свекровью, и в конце концов семье мужа не осталось ничего другого, кроме как согласиться на развод.

Вернувшись после развода в родительский дом, Хуан Юйфэнь случайно встретила изящного и красивого Се Чжи и во что бы то ни стало решила за него выйти.

Поначалу мясник Хуан был против, но дочь не переставала устраивать сцены. К тому же он прекрасно понимал, какая теперь за ней тянется репутация, и наконец дал согласие.

Узнав об этом, сюцай Се сначала отказался. Однако сваха приходила снова и снова, а семья Хуан сулила множество выгод: если он согласится, они дадут богатое приданое, будут хорошо заботиться о детях его покойной жены и избавят его от всех домашних забот, чтобы он мог спокойно учиться.

Все думали, что сюцай Се наверняка откажется. Кто бы мог ожидать, что он согласится?

Когда госпожа Хуан только вошла в дом, она ещё грезила счастливой жизнью и некоторое время изображала добродетельную жену. Но постепенно заметила, что Се Чжи постоянно смотрит на неё с неприязнью и что говорить им, по сути, не о чем.

Чем больше она об этом думала, тем сильнее злилась. Но на красивое лицо Се Чжи сердиться ей было жалко, и она начала срывать зло на четырёх детях, оставшихся после его первой жены, госпожи Бай.

Сначала она не заходила слишком далеко. Но потом заметила, что Се Чжи интересуется только своей учёбой и детьми почти не занимается, и с каждым днём позволяла себе всё больше.

После смерти Се Чжи госпожа Хуан сразу же захотела избавиться от пасынка.

Се Шуанбай мысленно вздохнул, думая о прежнем владельце тела. Вот уж действительно несчастный белый цветочек.

Вдруг снаружи раздался ломающийся подростковый голос:

— Матушка, уже поздно. Что бы ни случилось, можно поговорить завтра. Старший брат всё ещё болен.

Госпожа Хуан непонимающе посмотрела на любимого сына, не сразу сообразив, зачем он это говорит. Проследив за его взглядом, она увидела нескольких любопытных жителей, которые пытались заглянуть во двор.

Разозлившись, она направилась к воротам, громкими криками разогнала всех зевак, наглухо закрыла створки и только после этого вернулась.

Она опустила глаза на трёх чумазых девочек, по-прежнему стоявших у её ног на коленях, и снова вспылила. Чтобы выплеснуть раздражение, госпожа Хуан принялась изо всех сил щипать их за руки.

— Чего застыли? Не видите, одежда в тазу уже размокнет! Ещё раз будете лениться — до смерти забью!

Три худенькие девочки, терпя боль, поднялись и пошли работать.

Госпожа Хуан посмотрела, как послушно они двигаются, словно смирные котята, подняла брови и самодовольно фыркнула:

— Ещё чего! Думаете, я с вами не справлюсь? Не будете слушаться — буду бить, пока не начнёте. Хм!

Сказав это, она покачивая крепким телом ушла в дом.

Три девочки дождались, пока госпожа Хуан скроется, и одновременно облегчённо выдохнули.

Хотя они исхудали почти до неузнаваемости, всё равно было видно, что черты лица у каждой хорошие и со временем все трое вырастут красавицами.

Это были дочери первой жены сюцая Се — госпожи Бай.

Самая высокая и худенькая, с круглым лицом, была старшей. Рядом стояла чуть ниже ростом вторая сестра с овальным лицом, а самая маленькая и тощая, с заострённым личиком, была младшей.

Младшая, которую только что били, свирепо уставилась вслед госпоже Хуан и с ненавистью процедила:

— Ядовитая баба! Когда-нибудь я ей всё припомню!

Старшая тут же зажала ей рот и тревожно оглянулась:

— Жить надоело? Услышит — тогда узнаешь!

Младшая потёрла руку, которую ей до боли выкручивали, и скривилась:

— Старшая сестра, неужели она будет издеваться над нами всю жизнь? Сейчас я маленькая и не могу её побить. Вот вырасту — обязательно забью её до смерти!

Старшая посмотрела на младшую сестру. Она знала, какой у той упрямый характер, и тихо вздохнула:

— Сможешь ли ты её когда-нибудь побить — не знаю. Но сейчас старший брат, боюсь…

У младшей, которая только что грозилась кого-то убить, тут же покраснели глаза.

— Всё из-за отца! Зачем ему понадобилось лезть в горы облака смотреть? Теперь мало того, что сам умер, так ещё и брата погубил!

— Младшая! Как бы там ни было, отец уже умер. Какой смысл теперь это говорить? — без радости и без печали отозвалась старшая.

— Когда отец был жив, он видел, как эта ядовитая женщина нас мучает, и всё равно не вмешивался. Ему было важно только своё. Старший брат лучше!

Выплеснув раздражение, младшая замолчала. Вскоре затихли все трое.

Старшая огляделась по сторонам и тихо сказала:

— Ладно. Пока их рядом нет, я схожу посмотрю на старшего брата. А вы обе будьте начеку.

Две сестры кивнули.

Старшая прокралась в комнату, где они жили, словно вор.

Хотя назвать это комнатой было сложно: скорее маленькая деревянная хижина, продуваемая со всех четырёх сторон.

До того как госпожа Хуан вошла в семью, она, её сёстры и брат жили в доме под синей черепицей. Позже госпожа Хуан родила двоих детей, и их переселили. Даже эту разваливающуюся хижину им пришлось буквально выпросить.

Ветхие стены пропускали ветер со всех сторон, а в углу стоял покосившийся старый стол.

На кровати рядом лежал Се Шуанбай.

Он как раз прикрыл глаза и разбирался с нахлынувшей памятью, когда услышал, как дверь осторожно отворилась.

Се Шуанбай медленно открыл глаза.

Увидев, что он наконец очнулся, старшая сестра от волнения вскрикнула, а затем тут же зажала себе рот. Когда она заговорила снова, в голосе звучала нескрываемая радость:

— Брат, ты наконец проснулся! Если бы ты и дальше не приходил в себя, я… я правда не знала бы, что делать!

По её жёлтому, исхудавшему лицу потекли слёзы.

Се Шуанбай на миг застыл, глядя на высокую худенькую девушку, которая уже успела расплакаться.

Мысли быстро пришли в движение. Перед ним стояла старшая из младших сестёр прежнего владельца тела — Се Цюши.

Второй сестры, Се Сячань, и младшей, Се Чуньмяо, рядом не было.

Он попытался заговорить и только тогда понял, насколько пересохло горло.

— Кхе-кхе…

Се Цюши поспешно взяла с ветхого столика чашу с водой и помогла ему выпить.

Прохладная вода смочила пересохшее горло. Се Шуанбай перевёл дух и сказал:

— Не бойся. Раз уж я очнулся… я не позволю, чтобы с вами что-нибудь случилось.

Се Цюши вытерла слёзы.

— Брат, сегодня она хотела тебя выгнать. Я так просила её, что в итоге она тебя пока не выставила.

Она? Се Шуанбай быстро понял, что речь о госпоже Хуан.

Мачеха годами издевалась над сёстрами прежнего владельца тела, поэтому между собой брат и сёстры всегда называли её только «она» или «та женщина» и ни за что не желали произносить слово «матушка». Характер у них был что надо. Се Шуанбаю это понравилось.

Он нахмурился. Мачеха прежнего владельца тела и правда не может подождать даже немного.

— Если она выгонит меня, что будет с вами? — Се Шуанбай сразу ухватил главное. Госпожа Хуан собирается выгнать его, а сёстры?

Се Цюши замерла.

— А? Мы…

Она действительно об этом не подумала. Верно. Если брат уйдёт из дома, что станет с ними троими?

— Она продолжит мучить вас. А когда ей надоест, выдаст вас замуж за старых вдовцов или калек. А может, продаст в…

Слово «бордель» Се Шуанбай так и не произнёс.

Се Цюши и без того побледнела от страха. Она понимала, что брат прав: госпожа Хуан вполне способна поступить ещё хуже.

Теперь испугалась и она. С тревогой посмотрев на Се Шуанбая, девушка спросила:

— Тогда что нам делать, брат?

Се Шуанбай немного подумал, подозвал её и тихо прошептал несколько фраз прямо на ухо.

Се Цюши кивнула, открыла дверь и вышла.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/26901/3277638