Готовый перевод Transmigrating into the Villain’s Sickly Childhood Friend / Перерождение в хрупкого друга детства злодея ✅: Глава 23.1

Свернув за угол, Цяо Вэнь остановился. Пробежали они всего ничего — метров десять, не больше, — а он уже задыхался, как после марафона.

До чего же хилое это тельце, качество ни к черту!

Чэнь Цзянань протянул руку, стер испарину с его лба и серьезно сказал:

— Сяо Цяо, не бойся. Я не позволю брату Фэю тебя обидеть.

Цяо Вэнь, тяжело дыша, поднял голову.

Последний луч солнца, пробившийся сквозь лабиринт высоток и проводов, упал на красивое лицо Чэнь Цзянаня, высветив его суровое и решительное выражение.

Неужели он и вправду решил, что я так испугался Цинь Юньфэя?

Цяо Вэнь перевел дух и с улыбкой ответил:

— Да не боюсь я его. Просто не хочу связываться.

На самом деле, бояться Цинь Юньфэя было нормально — как-никак, он был «Красным шестом» в «Хэсин» и творил в Коулуне всё, что ему заблагорассудится. Но Цяо Вэнь уже не был тем забитым мальчишкой. К тому же он прекрасно знал: по сравнению с главным злодеем, роль которого уготована Чэнь Цзянаню, Цинь Юньфэй — всего лишь мелкая сошка, пушечное мясо.

Случись что, будущий босс мафии станет для него отличным щитом.

Впрочем, одно дело — книжный сюжет, а другое — реальность, которую он уже изменил своим появлением. Что будет дальше — загадка. Поэтому лучше держаться подальше от неприятностей и не дразнить гусей, чтобы не спровоцировать непредвиденные проблемы.

К счастью, хотя «Хэсин» и контролировал Коулун, они называли себя наследниками Хунмэнь, а значит, у них были свои строгие законы. Одно из правил запрещало беспричинно притеснять простых жителей города-крепости. Пока у Цинь Юньфэя нет на него компромата, он вряд ли посмеет силой увести его к себе, даже если и положил глаз на его смазливую мордашку.

Подумав об этом, Цяо Вэнь мысленно вздохнул. И угораздило же прежнего владельца родиться с такой внешностью!

Этот инцидент не отбил у Цяо Вэня желания работать. Вернувшись домой, он достал две бухгалтерские книги и при тусклом свете лампы погрузился в расчеты.

Бабушка видела, что внук занят делом, и не мешала. Она лишь поставила на стол пиалу с питательным бульоном и напомнила, чтобы он не забыл его выпить.

Цяо Вэнь с улыбкой кивнул и велел ей ложиться спать.

Он находился в этом мире меньше двух недель, но чувствовал, что благодаря хорошему питанию и отдыху его хилое, болезненное тело начало постепенно крепнуть. Впрочем, радоваться было рано: иммунитет ни к черту, и догнать Чэнь Цзянаня в выносливости ему вряд ли удастся. Для него и два пролета лестницы без одышки — уже победа.

Сегодняшний день был особенным: первый рабочий день! А по особым случаям Чэнь Цзянань имел обыкновение, подобно летучей мыши, залезать через окно и спать с ним на одной кровати.

Эта ночь не стала исключением.

Не успел Цяо Вэнь закрыть гроссбухи и лечь в кровать, как Чэнь Цзянань проскользнул в комнату.

Они лежали рядом на узкой деревянной кровати. Старый вентилятор скрипел, с трудом нагнетая легкий ветерок, но на душе было спокойно, и жара не так донимала.

Закинув руки за голову, Чэнь Цзянань спросил:

— Ну, как работа? Не обижали?

Цяо Вэнь усмехнулся:

— Всё отлично. Вот только рабочие там в основном люди в годах, и молодого босса ни в грош не ставят.

Чэнь Цзянань презрительно скривился:

— Этот очкарик вообще на босса не тянет. Был бы я на его месте, вмиг бы заставил их уважать себя. Добрым словом не поймут — кулаками вколочу. Иногда только кулаки и работают.

Цяо Вэнь рассмеялся:

— Вот тут ты прав. Пожалуй, скоро мне придется одолжить твои кулаки.

Он не шутил. Весь вечер после работы Цяо Вэнь обдумывал, как решить проблему с фабрикой. Играть в кошки-мышки с У Идуном у него не было ни времени, ни желания. Это препятствие нужно было устранить быстро и решительно, а для этого без применения силы вряд ли обойтись.

Поболтав еще немного, парни прижались друг к другу и уснули крепким сном.

На следующее утро Чэнь Цзянань, не раздумывая, снова собрался провожать Цяо Вэня до выхода из Коулуна. Цяо Вэнь лишь с улыбкой покачал головой. Взрослый парень, а опекает его, как дитя малое. При том, что, по сути, девятнадцатилетний Чэнь Цзянань сам еще был ребенком.

В итоге, после долгих уговоров, Цяо Вэнь отправился на работу один.

Линь Цзыхуэй, как и вчера, прислал за ним машину. Цяо Вэню было немного неловко каждый день кататься на машине босса, будучи всего лишь секретарем. Но молодой господин настаивал, и Цяо Вэнь решил не упрямиться и с благодарностью принял эту привилегию.

Всю ночь Линь Цзыхуэй, судя по всему, корпел над планом по управлению фабрикой. Утром он встретил Цяо Вэня с черными кругами под глазами, но вид у него был весьма решительный и серьезный.

Едва Цяо Вэнь сел в машину, Линь Цзыхуэй заявил с непроницаемым лицом:

— А-Вэнь, я решил. Сегодня утром соберу всех рабочих и объявлю о своих планах по развитию фабрики.

— Я тебя поддержу, — кивнул Цяо Вэнь.

Вот только пройдет ли это собрание гладко?

Воодушевленный его поддержкой, Линь Цзыхуэй всю дорогу увлеченно излагал свои идеи.

Цяо Вэнь слушал и про себя отмечал: «Главный герой, конечно, хорош, но пока еще слишком наивен».

По прибытии на фабрику их ждал всё тот же радушный прием от У Идуна: горячий чай и любимые Линь Цзыхуэем яичные тарты — целых две коробки!

К тому же, видимо, решив, что телевизора молодым людям недостаточно, У Идун позаботился и о чтиве — на столе стопкой лежали развлекательные журналы с полуобнаженными красотками на обложках.

Но Линь Цзыхуэй, настоящий герой-аскет, как и положено по законам жанра, до самого финала и гибели главного злодея был поглощен лишь карьерой, не обращая внимания на женщин.

Увидев журналы, он отпрянул, словно от ядовитой змеи, и отшвырнул их подальше, будто один взгляд на обложку мог осквернить его чистую душу.

Цяо Вэнь мысленно покрутил пальцем у виска.

Впрочем, его самого эти картинки тоже не интересовали, поэтому глянцевые журналы быстро отправились пылиться в угол.

Выпив чаю и собравшись с духом, Линь Цзыхуэй обратился к Цяо Вэню:

— Идем, пора на собрание.

Они направились в кабинет У Идуна.

Увидев их, управляющий расплылся в подобострастной улыбке:

— Молодой господин Хуэй, чем могу служить?

— Соберите всех рабочих на площадке перед цехом. Я проведу собрание, — распорядился Линь Цзыхуэй.

У Идун:

— Скажите, что нужно передать, я всё устрою. Зачем вам самому утруждаться?

Лицо Линь Цзыхуэя посуровело. Впервые он говорил так жестко:

— Вы считаете, что я не имею права разговаривать с собственными рабочими, дядюшка Дун?

У Идун опешил, не ожидая такого отпора, и нервно усмехнулся:

— Что вы, что вы! Я сейчас же всё организую.

Просторный двор фабрики легко вместил все триста человек. Рабочие выстраивались нехотя, гул голосов не смолкал — казалось, они собрались не на официальное мероприятие, а поболтать с соседями. Большинству из них молодой человек, стоящий перед ними, не внушал ни капли уважения.

Только после окрика У Идуна толпа немного притихла.

Линь Цзыхуэй выпрямился, откашлялся и начал:

— Я собрал вас сегодня, чтобы мы познакомились. Думаю, многие уже знают, кто я, но всё же представлюсь. Меня зовут Линь Цзыхуэй, я сын господина Линя. Он поручил мне управление фабрикой «Минъюэ». Знаю, что многие из вас работают здесь давно и опыта у вас больше, чем у меня. Я здесь человек новый, поэтому прошу вашей поддержки. — Он сделал паузу и представил Цяо Вэня: — Это секретарь Цяо. Вместе с ним и дядюшкой Дуном мы будем управлять фабрикой. Надеюсь, нашими общими усилиями дела «Минъюэ» пойдут в гору!

Речь была подготовлена заранее и произнесена с чувством.

Но не успел он закончить, как по рядам прокатился шепоток, перешедший в откровенные смешки.

О том, что на фабрику прислали молодого босса, знали все, но в лицо видели немногие. А теперь перед ними стоял какой-то студент в очках, да еще и с юнцом в качестве секретаря. Многие восприняли это как нелепую шутку и всерьез их не воспринимали.

К тому же, слухи о том, что Линь Цзыхуэй — всего лишь незаконнорожденный сын, наверняка уже облетели всю фабрику. В глазах рабочих этот статус был ничем по сравнению с авторитетом У Идуна, отдавшего компании двадцать лет.

Видя, что порядок нарушен и его откровенно игнорируют, Линь Цзыхуэй растерялся. Он кашлянул и посмотрел на У Идуна, ожидая, что тот вмешается.

Но У Идун, словно внезапно ослепнув и оглохнув, продолжал стоять с улыбочкой, никак не реагируя на призывный взгляд молодого босса.

Цяо Вэнь прищурился. Было ясно, что У Идун делает это намеренно.

Похоже, пришло время секретарю спасать репутацию босса.

http://bllate.org/book/26834/3382178