Готовый перевод The Pregnant Man / Беременный мужчина ✅: Глава 22.2 Вернулся

Чэнь Цзюэ прошел в дом. За эти полгода двор почти не изменился, а вот внутри он кое-что переделал.

Положив тяжелый сверток на квадратный стол, Чэнь Цзюэ посмотрел на дальнюю комнату и задумался: как бы половчее всё это объяснить?

Дальнюю комнату с каном он выбелил известью и завесил двери белым конопляным полотном. За эти месяцы он, сам того не осознавая, оборудовал себе настоящую операционную.

Он не специально, просто само как-то так получилось.

Дядюшка Лю, заглянув сюда однажды, лишь молча покачал головой. Чэнь Цзюэ и без слов понял: «Похоже на склеп с погребальными знаменами». Ткань была белой только потому, что зеленой в продаже не нашлось.

Чэнь Цзюэ опустился на стул и налил себе чаю — за день в горах в горле пересохло.

Сяо Хуа, процокав копытцами, улеглась в свой любимый угол — она тоже набегалась за день.

Хо Линь, похоже, никак не ожидал увидеть в доме козу, которая вела себя здесь полноправной хозяйкой. Заметив его недоуменный взгляд, Чэнь Цзюэ счел нужным пояснить:

— Сяо Хуа здесь просто отдыхает.

Для туалетных нужд она исправно выходила во двор.

С этой козой он вообще ничего не мог поделать. После той операции она привязалась к нему намертво.

А началось всё с того, что она сцепилась рогами с каким-то кривым деревом, не удержалась и кубарем полетела со склона. Начались преждевременные роды, а шейка матки не раскрывалась. Муж Чжан Яня, хоть и был опытным скотоводом, ничего не смог поделать — козлята застряли.

Сначала показалась одна ножка. Как они с Чжоу Дацзяном ни пытались вправить плод, ничего не выходило.

Чжан Янь рыдал в голос:

— Муж, умоляю, придумайте что-нибудь! Она не должна умереть...

Для Чжан Яня эта коза была особенной: муж подарил ее, когда узнал о его беременности. За эти месяцы Чжан Янь привязался к ней как к ребенку, даже шерсть для кисточек Чэнь Цзюэ отдавал со скрипом.

Поэтому, увидев страдания животного, он был сам не свой.

Его собственный страх перед родами слился с жалостью к козе.

Муж пытался его успокоить, но Чжан Янь лишь отмахивался от него.

В панике он метался по двору, хватаясь за живот:

— А вдруг она не разродится? Вдруг умрет?

Он проецировал ее мучения на себя.

Роды для гэров всегда сопряжены с огромным риском, а для него это было впервые. Он так заботился об этой козе, высчитывал дни до окота... Он видел в ней себя.

Услышав жалобное блеяние Сяо Хуа, дядюшка Лю лишь развел руками:

— Тяжелые роды. Тут уж ничего не попишешь.

Чэнь Цзюэ невольно сжал кулаки. Слово «тяжелые роды» всегда вызывало у него тяжелые воспоминания.

Он нащупал за пазухой скальпель и сказал Чжан Яню:

— Оставьте ее мне.

Сейчас Чэнь Цзюэ опустил взгляд и погладил Сяо Хуа по рогам. В тот день дядюшка Лю принес ее прямо в этот дом.

Скальпель был, обезболивающие травы нашлись. Не хватало только бестеневой лампы, поэтому оперировать пришлось прямо в горнице, распахнув настежь двери.

Именно здесь, в этой самой комнате, он провел кесарево сечение козе.

Операция прошла безупречно. На счету Чэнь Цзюэ были сотни сложнейших операций на открытом сердце и в брюшной полости, так что извлечь козлят не составило труда.

В тот вечер закат полыхал точно так же, как сегодня.

Очнувшись от наркоза, Сяо Хуа твердо решила, что теперь это ее дом, и все три дня реабилитации проспала в горнице.

А когда рана зажила, выгнать ее отсюда оказалось уже невозможно.

Глядя на козу, Чэнь Цзюэ незаметно для себя погрузился в воспоминания. На самом деле он просто чувствовал себя не в своей тарелке: они с козой сидели тут как полноправные хозяева, а Хо Линь торчал в дверях, словно незваный гость.

Повисела неловкая тишина. Первой не выдержала Сяо Хуа: цокнув копытцем, она встала и неспешно потрусила к выходу.

Хо Линь посторонился, пропуская рогатую хозяйку положения.

Чэнь Цзюэ не знал, как нарушить молчание. Хо Линь сделал пару шагов вглубь дома, но на пороге дальней комнаты резко замер.

Чэнь Цзюэ понял: дизайн интерьера произвел на него неизгладимое впечатление.

Так и есть. Окинув взглядом импровизированную операционную, Хо Линь наконец перевел тяжелый взгляд на Чэнь Цзюэ.

Он всё так же молчал, но его испытующий взгляд говорил громче слов.

Чэнь Цзюэ отпил чаю. Пусть смотрит. Сейчас он уже успокоился и не обращал внимания на эти сверлящие взгляды. Он не был прежним Чэнь Цзюэ, и Хо Линь рано или поздно всё равно бы это заметил.

Этот человек явно был неглуп: с самого въезда в деревню он обменялся с ним лишь парой фраз, а всё остальное время молча анализировал ситуацию. Он даже не спросил про ребенка — это был явный признак подозрения.

Чэнь Цзюэ не знал, что сказать, поэтому решил вообще ничего не говорить.

Ложь всегда выплывает наружу, да он и не собирался притворяться.

Пусть всё идет как идет. Всё равно он скоро уедет из этой деревни.

Его размышления прервал звонкий голос Чжоу Цинчжу, донесшийся со двора:

— Брат Чэнь! Брат Чэнь! Это правда Хо Линь вернулся?!

Судя по всему, он бежал со всех ног, и дядюшка Лю с Чжоу Циншанем тоже спешили следом.

Чэнь Цзюэ с облегчением выдохнул. Наконец-то спасение.

Сидеть вдвоем в неловком молчании, подозревая друг друга, было невыносимо.

С приходом семьи Лю дом наполнился шумом. Вскоре подоспел и Чжан Янь, поддерживаемый мужем и родственниками. Ему рожать со дня на день, девятый месяц пошел, а он всё туда же — в гущу событий.

Он радовался больше самого Чэнь Цзюэ:

— Хо Линь и вправду вернулся?! Вот это счастье! Братец Цзюэ, как же это здорово!

Дядюшка Лю от избытка чувств сложил ладони в молитвенном жесте:

— Хвала небесам! Я же говорил, что с Да Линем всё будет хорошо!

Чжоу Циншань, забыв про костыли, бросился к Хо Линю. Этот порыв был настолько внезапным, что Хо Линь от неожиданности отшатнулся и инстинктивно напрягся. В его глазах на долю секунды мелькнул холодный блеск, который тут же исчез, но от Чэнь Цзюэ это не укрылось.

Он внимательно наблюдал за Хо Линем, пытаясь понять, нет ли у него симптомов ПТСР.

Кажется, что-то такое всё же было.

У каждого ПТСР проявляется по-своему.

Голос Чжоу Циншаня дрожал от слез. Вцепившись в руку Хо Линя, он всхлипывал:

— Да Линь... Да Линь, это и правда ты! Ты вернулся! Слава богам, ты не погиб!

Он сбивчиво бормотал что-то, похлопывая Хо Линя по плечам и рукам, словно желая убедиться, что тот целый и невредимый.

Хо Линь мягко перехватил его руки:

— Со мной всё в порядке.

В отличие от бурных эмоций Чжоу Циншаня, реакция Хо Линя была ледяной.

Дядюшка Лю, утирая слезы, тоже подошел обнять его, а чета Чжоу с радостными улыбками присоединилась к приветствиям.

Наблюдая за тем, как Хо Линь принимает поздравления, Чэнь Цзюэ заметил, что тот почти не выражает радости. На его лице блуждала вежливая полуулыбка, в глазах читалась явная отстраненность. Если не приглядываться, этого можно было и не заметить.

Тяжелый человек.

С равнодушием констатировал Чэнь Цзюэ.

Ну, раз Хо Линь вернулся, вопрос с ужином решен.

— Пойду-ка я зарублю курицу! — заявил дядюшка Лю и тут же умчался.

— А я надергаю зелени на огороде, наделаем пельменей! — Чжоу Цинчжу, не теряя времени, принялся обрывать грядки.

Чжан Янь тоже не остался в стороне, послав мужа за припасенным вяленым мясом. Наньнань, подпрыгивая от нетерпения вокруг любопытной козы, звонко щебетала:

— Ура! Праздник! Как на Новый год!

— Да какой там Новый год, это в сто раз лучше! — гудел Чжоу Циншань, который обычно и слова не проронит. Сегодня он говорил без умолку.

Ему хотелось столько всего расспросить у Хо Линя, но голос то и дело срывался:

— Да Линь... где же ты пропадал всё это время? Я ведь видел, как тебя саблей полоснули... А потом сказали, что не нашли среди мертвых... Как твои раны, зажили?

Хо Линь слегка замешкался, но ответил:

— Зажили. Не беспокойся обо мне.

Он не стал вдаваться в подробности того, что с ним было после ранения. Видимо, не хотел вспоминать.

Чжоу Циншань, ослепленный радостью, не обратил на это внимания и продолжал повторять:

— Ну и слава богам, слава богам...

— Брат, дай человеку перевести дух! Пусть он умоется с дороги, переоденется. Он же весь в пыли, — вмешался Чжоу Цинчжу, ставя перед братом корзину с зеленью. — На, перебирай пока.

И, повернувшись к Хо Линю, добавил:

— Хо Линь, умойся и переоденься. Братец Цзюэ, проводи его!

Чжоу Цинчжу выразительно подмигнул Чэнь Цзюэ: мол, брат совсем меру потерял, повис на Хо Лине, не дает молодоженам даже словечком перекинуться.

А Чэнь Цзюэ всё это время стоял в сторонке и помалкивал. Непорядок!

Дядюшка Чжоу, выколачивая пепел из трубки, поддержал:

— Верно мыслишь! Пусть умоется, переоденется во всё чистое. А вечером натопим баню, чтоб смыть всю эту дорожную пыль и скверну!

Хо Линь коротко кивнул и поднялся.

Чэнь Цзюэ повел его за одеждой. Он и впрямь упустил этот момент.

Сначала коза, потом эта операционная с белыми занавесками... Бедняга с порога так и стоял на ногах, будто ему и присесть негде было.

Одежду Хо Линя Чэнь Цзюэ засунул в самый дальний угол сундука. Забравшись на кан, он извлек узелок и, развязав его перед Хо Линем, сказал:

— Выбери что-нибудь по размеру. Твоя лучшая рубаха осталась в кенотафе.

Хо Линь удивленно вскинул бровь:

— В кенотафе?

Чэнь Цзюэ кивнул:

— Пару месяцев назад всем сказали, что ты погиб. Завтра пойдешь и раскопаешь.

Раз уж жив, надо могилу срыть, а то плохая примета.

Хо Линь проигнорировал совет насчет могилы и, глядя Чэнь Цзюэ прямо в глаза, спросил:

— Ты не выглядишь особо опечаленным.

Рука Чэнь Цзюэ, перебиравшая одежду, замерла. Он же говорил — у этого Хо Линя глаз как у орла, видит всех насквозь.

Чэнь Цзюэ ответил взглядом на взгляд:

— Так ты же живой вернулся, разве нет?

Хо Линь не отступал:

— Но и радости я в тебе тоже не вижу.

Его голос звучал ровно, без эмоций, но в нем явно читался вызов.

Чэнь Цзюэ внимательно посмотрел на него. С момента их встречи этот человек ни разу ему не улыбнулся. Он постоянно бросал на него оценивающие взгляды, полные скрытого удивления. Хоть он и старался это скрыть, от Чэнь Цзюэ ничего не утаишь.

К тому же, он так ни разу и не спросил о ребенке. Ни малейшего интереса к собственному чаду.

Ясное дело, он сомневается, его ли это ребенок.

Чэнь Цзюэ прокручивал в голове разные варианты их встречи: как будет биться с ним за опеку, как будет пытаться договориться по-хорошему или как они рассорятся в пух и прах. Но такого поворота он не предвидел.

В душе Чэнь Цзюэ рассмеялся, и на его лице действительно появилась легкая улыбка:

— От счастья забыл порадоваться.

Сказав это, он вышел из комнаты.

Раз нет доверия, то и говорить не о чем.

Чжоу Цинчжу, увидев, как быстро он вернулся, в отчаянии топнул ногой:

— Брат Чэнь, ну что ж ты не помогаешь ему?!

Чэнь Цзюэ бросил на него спокойный взгляд:

— И без меня справится.

Мало того, что этот Хо Линь подозревает его в неверности, так Чэнь Цзюэ еще и не его настоящий фулан. С какой стати ему прислуживать?

Чжоу Цинчжу закатил глаза, Чжан Янь прикрыл рот рукой, пряча улыбку. Чэнь Цзюэ не стал ничего объяснять, а просто спросил:

— Пельмени лепить будем? Помощь нужна?

Сам он лепить не умел, и, глядя, как Чжоу Цинчжу остервенело рубит мясо, решил, что ужина им ждать еще долго.

Дядюшка Лю уже хлопотал на кухне, ощипывая курицу. Услышав Чэнь Цзюэ, он с улыбкой отозвался:

— Сегодня у нас и курица, и пельмени! Хорошее угощение требует времени. Братец Цзюэ, ты, небось, проголодался? Сейчас куриная ножка сварится, я тебе первую дам.

Чэнь Цзюэ удовлетворенно кивнул. Вот это другой разговор. Его беременный желудок требовал еды строго по часам.

— Я пока печь растоплю, — вызвался Чэнь Цзюэ, усаживаясь перед топкой. Это было единственное, что у него получалось хорошо.

Дядюшка Лю с нежной улыбкой посмотрел на него:

— Вот и славно, братец Цзюэ. Хо Линь вернулся, теперь тебя никто в обиду не даст.

Чэнь Цзюэ равнодушно пожал плечами:

— Меня и без него никто не обижал.

Дядюшка Лю усмехнулся: и правда. С того дня, как Чэнь Цзюэ вырезал ту надпись на надгробии, староста Чжоу и заикаться перестал о возвращении в девичью семью.

Но дядюшка Лю всё равно радовался:

— Вдвоем-то всё веселее и ребенка поднимать легче будет.

Вспомнив подозрения Хо Линя, Чэнь Цзюэ лишь едва заметно усмехнулся. Похоже, отвоевать ребенка будет куда проще, чем он думал.

В древности тестов ДНК не было. Раз сомневается — так тому и быть.

http://bllate.org/book/26735/3661704