Готовый перевод The Obsessive Top's Sickly White Moonlight Gave Up / Белый лунный свет решил уйти на покой: Глава 8

Жуань Тан не без сарказма произнес:

— Разве ты уже не отправил Ли Цзя в компанию? К чему эти вопросы ко мне?

Ся Жоу ответила:

— Разве тетушка не о тебе беспокоится... Кстати, тебе сейчас неудобно, да и Цзи Шао занят на работе, так почему бы не позволить твоей маме и мне помочь вам организовать свадьбу?

Как раз в этот момент Жуань Тан пролистывал смс-сообщения на телефоне: в тот самый момент, когда они с Цзи Шаоюем ходили регистрировать брак, прошла крупная денежная переводная операция на сумму в несколько миллионов.

Мать Жуань знала пароль от банковской карты прежнего владельца тела.

...Если подумать, долги Мать Жуань по большей части были созданы Ся Жоу, и кто знает, возможно, сама Ся Жоу тоже погрязла в долгах. Он наконец понял, какова была цель этого звонка: Ся Жоу заполучила и деньги, и компанию, а теперь пришла похвастаться.

Жуань Тан посмотрел на свое бесстрастное отражение в зеркале и сказал:

— Тети Ся, сейчас компанией управляет Ли Цзя, а мои деньги вы все равно забрали на покрытие дыр в бюджете, так что ежемесячные выплаты вам, боюсь, придется прекратить.

С этими словами он сразу же повесил трубку.

— Эй? Что за манера общения у этого ребенка, мы же тут свадьбу обсуждаем... К тому же, разве ты оставлял те деньги не для того, чтобы проявить сыновнюю почтение к нам! — услышав короткие гудки, пробормотала Ся Жоу. — Совсем от рук отбился, подумаешь, взяла у него немного денег!

Прежний владелец был святошей, а вот Жуань Тан — нет.

Семья Жуань никогда не относилась к нему хорошо. С самого детства его отдали на воспитание в семью бабушки, и лишь когда в старшей школе бабушка умерла, они приехали заботиться о нем. Мало того что они подвергали его всевозможным притеснениям, так еще и требовали выполнения сыновнего долга.

Если уж на то пошло, приемные родители потратили на прежнего владельца всего около ста тысяч, но тот давно вернул всё сторицей, в тысячекратном размере. Настоящий Жуань Тан уже умер, а нынешний Жуань Тан вступил в брак по расчету, и с семьей Жуань было покончено раз и навсегда.

Что же касается компании, то она принадлежала семье его деда со стороны матери, и перед смертью бабушка завещала ее внуку. Прежний владелец был очень умлен, и хотя приемные родители уже давно заглядывались на бизнес, он не позволил им завладеть им. Но теперь, когда Жуань Тан оказался в уязвимом положении, они воспользовались моментом для грабежа, решив добить его в беде.

Жуань Тан перевел оставшиеся на банковской карте деньги, гарантируя, что Мать Жуань больше не сможет посягать на его активы, и наконец вздохнул с облегчением.

Выйдя из туалета, он как раз вовремя заметил входящего из спальни Цзи Шаоюя. Мужчина загородил ему дорогу, и инвалидная коляска не могла проехать.

Жуань Тан перевел дыхание и как можно более непринужденно произнес:

— Господин Цзи, я могу отправиться спать?

— Конечно. — Цзи Шаоюй, казалось, только сейчас заметил его, развернулся, подкатил к кровати и аккуратно перенес его на нее.

Жуань Тан теребил край одеяла и тихо произнес:

— Моя тетушка только что сказала, что она и моя мама хотели бы помочь с организацией свадьбы. Она хочет навестить меня завтра, что ты думаешь об этом?

Ся Жоу не была близка с Жуань Тан, и цель подобных слов была очевидна — урвать свой кусок пирога. Впрочем, Жуань Тан не стал возражать: в конце концов, у прежнего владельца была репутация круглого дурака со свихнувшимися родственниками, и даже изменения нужно внедрять постепенно. Наверняка он идеально справляется с этой ролью?

Взгляд Цзи Шаоюя скользнул по Жуань Тану. Не отвечая на вопрос, он просто укрыл его одеялом, точно маленького ребенка:

— Я ухожу, ложись спать.

Судя по всему, это означало отказ, и никакой свадьбы, скорее всего, не будет. Подумав, что так и должно быть, Жуань Тан произнес:

— Господин Цзи, не мог бы ты включить мне телевизор? Когда тебя нет дома, мне хочется, чтобы с телевизором вокруг было поживее.

— Что ты хочешь посмотреть? — Цзи Шаоюй посмотрел на Жуань Тана.

За те дни, что прошли с момента паралича ног, Жуань Тан заметно осунулся. Его некогда ясные глаза постепенно становились все красивее, но при этом казались совершенно безжизненными, парализованные ноги выглядели невероятно тонкими, а сам он производил впечатление хрупкого до предела человека.

— Я люблю документальные фильмы, особенно В мире животных. — Жуань Тан слегка склонил голову. Только что, когда Цзи Шаоюй поднимал его, он не обратил внимания, но теперь заметил, что округлые уши мужчины слегка покраснели.

В мире животных таилась подлинная и жестокая прелесть: естественный отбор и выживание сильнейших. К тому же документальные фильмы отлично помогали уснуть.

Пока Цзи Шаоюй включал телевизор, Жуань Тан воспользовался моментом и спросил:

— Господин Цзи, уже так поздно, куда ты снова собираешься?

Цзи Шаоюй ответил:

— Нужно провести экстренное совещание.

В мыслях Жуань Тана промелькнула догадка. Чем именно в последнее время был занят Цзи Шаоюй, он точно не знал, но был уверен, что одной из его задач непременно было одно — как сокрушить и уничтожить семью Жуань.

Если дело обстояло так, то это полностью совпадало с его собственными целями.

Изначально он вовсе не планировал как-либо расправляться с семьей Жуань, но раз уж они довели до смерти прежнего владельца, а теперь еще и полезли к нему самому...

Жуань Тан опустил глаза, скрывая мрачный взгляд. В голове роились тысячи мыслей, а черные, как крыло ворона, ресницы отбрасывали длинные тени на его бледное личико. Хрупкая фигурка прижалась к изголовью кровати, выглядя невероятно послушной.

Цзи Шаоюй переключил канал на документальный, выбрав В мире животных, положил пульт рядом с рукой Жуань Тана и произнес:

— Маленький господин Жуань, я слышал, что некоторым птицам подрезают языки, чтобы они могли говорить.

— О чем стоит говорить, а о чем нет — всему этому приходится учить дрессировкой.

Более того, Цзи Шаоюй собирался вырастить, приручить его и запереть трепещущего от страха юношу в надежной клетке брака.

Лишить его свободы и власти, постепенно превратив в канарейку, которая способна лишь зависеть от своего хозяина, жить, заглядывая тому в лицо, и выпрашивать ласку за счет привлекательной внешности ради развлечения и забавы окружающих.

Маленький питомец даже не смел прямо посмотреть Цзи Шаоюю в глаза, и от этого у Цзи Шаоюя едва не просыпалось сочувствие, однако он намеревался действовать строго по плану. Хищник, почуявший запах крови, именно так себя и ведет.

Словно уловив скрытый смысл в его словах, Жуань Тан сглотнул слюну и тихо попытался прощупать почву:

— Это же майна. Если тебе так интересно, я знаю много зоомагазинов и птичьих рынков, могу подсказать.

— Неинтересно. — Цзи Шаоюй взял с вешалки синий пиджак в тонкую полоску и непринужденно надел его. Верхние две пуговицы его белой рубашки по-прежнему были расстегнуты. Стоя перед зеркалом в прихожей и поправляя манжеты, он бросил взгляд на Жуань Тана, в уголках его глаз заплясала легкая улыбка, и он небрежно бросил: — В конце концов, у меня уже есть своя канарейка.

Жуань Тан бросил взгляд на мужчину и тут же ослеплен был его безупречным стилем: ну просто красавчик-гусь! И этот красавчик-гусь только что носил его на руках! Поняв это с опозданием, Жуань Тан почувствовал, как к лицу приливает жар, и невольно опустил голову, касаясь щек.

Перед уходом Цзи Шаоюй удовлетворенно окинул взглядом притихшего Жуань Тана и с усмешкой произнес:

— Спи спокойно, завтра ты сможешь увидеться со своей тетушкой.

Сначала как следует ударить кнутом за плохое поведение, а потом дать пряник — классический метод дрессировки питомцев.

Как только дверь за Цзи Шаоюем закрылась, с его лица мгновенно исчезло всякое выражение, и от каждого черточки его лица повеяло ледяным холодом.

http://bllate.org/book/26712/3199447