Готовый перевод Prehistoric Transmigration: Priest of the Beast World / Шеф-повар в мире зверолюдов: Путь верховного жреца: Глава 1

В просторной и аккуратной гостиной юноша лет пятнадцати-шестнадцати сидел на диване, нахмурив брови.

— Я уже всё обдумал, и заявление в приемную комиссию подано. Даже если ты, папа, не дашь мне денег на учебу, я всё равно не стану сдавать средние школьные экзамены, в худшем случае брошу школу и пойду мыть посуду в какую-нибудь забегаловку на улице.

Напротив юноши стоял суровый на вид мужчина; седина на висках выдавала, что он уже немолод.

Мужчина молча поглядел на сына, наконец тяжело вздохнул, присел рядом с ним и заговорил:

— Что бы ты ни решил, папа во всем тебя поддержит, но запомни одну вещь: твоя жизнь принадлежит тебе, и никогда не делай того, о чем потом придется жалеть всю жизнь из-за желания назло мне.

Юноша опустил уголки глаз, и когда боковым зрением он заметил сеть морщин на лбу отца, его обычно такое острое на язык горло словно свело спазмом.

Все те слова, которыми он так долго собирался яростно упрекнуть и высмеять мужчину, застряли в горле.

Он-то думал, что этот человек, готовый сутки напролет торчать в лаборатории, — какое-то несокрушимое божество? Оказалось, он всего лишь смертный.

Однако в пору бунтарства разве мог юноша так просто сдаться? Он лишь холодно фыркнул, выражая свое недовольство.

— Деньги за обучение я тебе перевел, и на расходы на следующий месяц тоже, — проговорил мужчина, опустив голову и что-то нажимая в телефоне.

Кулинарный колледж тоже был профессиональным учебным заведением, экзамены сдавать не требовалось, и поступить туда можно было в любой момент.

Вот только учиться новичку, пришедшему посреди учебного года, было куда тяжелее.

Услышав это, юноша вмиг рассвирепел.

— Расходы на следующий месяц! Ты что, так отчаянно хочешь, чтобы я побыстрее убрался? Или собираешься в следующем месяце вообще домой не ночевать?

— Ты вечно пропадаешь в своей лаборатории! У мамы случился сердечный приступ, и никто даже не помог, а если бы тетя Ван не пришла готовить, к твоему возвращению ее тело уже наверняка бы провоняло! И в этот раз то же самое — неужели ты хочешь, чтобы в следующий раз, вернувшись домой, ты увидел лежащего на полу собственного сына?

Мужчина опешил, и на его лице промелькнуло растерянность, но юноша не дал ему и шанса объясниться: резко вскочил с дивана, в два счета взбелел по лестнице и с грохотом захлопнул дверь своей комнаты.

Янь Лян резко очнулся, в комнате стояла кромешная тьма.

Он пошарил рукой возле подушки и сообразил, что телефон выключен, а в ушах так и торчат наушники — провод обмотался вокруг шеи в несколько тугих витков, вот почему ему только что показалось, будто нечем дышать.

Да, Янь Лян ни за что бы не признался, что истинной причиной удушья был вовсе не шнур, а тот сон и отец, с которым он не виделся уже больше десятка лет.

Янь Лян страдал бессонницей и каждую ночь засыпал с трудом лишь под убаюкивающую музыку, поэтому, проснувшись посреди ночи, он уже не чувствовал ни малейшей сонливости.

Он приподнялся, включил прикроватную лампу и воткнул провод в телефон.

Три часа сорок пять минут утра.

Зимой на севере до рассвета оставалось еще не меньше трех часов.

Янь Лян сидел, прислонившись спиной к изголовью кровати, и, хмурясь, заставлял себя раз за разом мысленно повторять рецепты блюд, чтобы мысли не уносились куда не следует.

Но даже рецепты, обычно помогавшие сосредоточиться, перед лицом старика почти не действовали.

Постепенно он невольно возвращался к мыслям об этом человеке.

С той ссоры во сне прошло уже почти двадцать лет; быть может, изначально поступая в кулинарный колледж, он и впрямь хотел сделать назло старику, но теперь он твердо знал, как сильно любит свое дело.

Съехав из дома больше двадцати лет назад, Янь Лян в одиночку затеял это противостояние со стариком.

Все эти годы он держался лишь за счет этого, поклявшись доказать старику, что тогдашний выбор не был сиюминутным капризом.

Стоит лишь дождаться рассвета, сходить в Ассоциацию поваров за сертификатом старшего мастера, и он сможет с высоко поднятой головой вернуться в тот дом.

При этой мысли уголки губ Янь Ляна изогнулись, а в груди затеплилось нетерпеливое предвкушение.

Впрочем, чего он ждал сильнее — заветного документа, к которому шел столько лет, или повода пойти на примирение первым — пожалуй, он и сам не знал.

http://bllate.org/book/26684/3196105