Готовый перевод Amnesia Flight ABO / Полёт в забвение: Оковы судьбы: Глава 5

Должно быть, это был очень привлекательный мужчина ростом метр восемьдесят семь, в строгом костюме, с широкими плечами и длинными ногами. Из-за приглушенного света половина его лица тонула во мраке. Чи Юэ неподвижно всматривался в него с полминуты, и мужчина, почувствовав это, встретился с ним взглядом.

Черные как смоль глаза, высокий прямой нос... Его волосы немного отрасли, и одна небольшая прядь упала на лоб. Губы были плотно сжаты, а выражение лица — бесстрастным. Если бы пришлось подбирать определение, то лучше всего подошло бы неприступный. Верхняя пуговица рубашки под черным костюмом была расстегнута, а галстук исчез бесследно. Посмотрев на Чи Юэ пару мгновений, он наконец холодно отвернулся.

Чи Юэ всегда думал, что его жизнь расколота надвое. Поворотной точкой стали двадцать два года: его существование разделилось на две части. Слева осталась бурная, невыносимая боль, о которой он не мог и вспоминать, а справа — тихая, размеренная жизнь, которой можно было жить дальше. Однако теперь он понял, что его жизнь целостна, потому что кто-то грубо и решительно вмешался, накрепко связав двадцатидвухлетнего Чи Юэ и два-тисемилетнего Чи Юэ воедино.

Он наконец вспомнил, почему так тревожился: сегодня утром перед выходом он случайно бросил взгляд на календарь-ежедневник. Там было написано: благоприятно — истоки не сложатся; неблагоприятно — истоки не сложатся.

Глава 4. Ветивер

Пять лет назад.

Июль в Юйчэне выдался сезоном дождей. Духота смешивалась с сыростью, и казалось, что само дыхание пропитано этой неприятной липкой влагой. Сырость просачивалась в класс через оконные рамы и дверные щели, окутывая каждого густым туманом. Свет в аудитории не горел, царил полумрак, и лишь фигура преподавателя высшей математики проецировалась на белый экран у доски.

Мысли Чи Юэ уже давно витали далеко от доски. От жары спина покрылась потом, а сидевшие позади однокурсники тихонько обсуждали ночную трансляцию игры. Вся доска была исписана сложными, непонятными формулами; он изо всех сил старался сосредоточиться, но чувствовал, что голова уже переполнена тяжелым, знойным воздухом.

Это была последняя лекция по высшей математике перед финальным экзаменом, на ней должны были разобрать все ключевые темы. По идее, это занятие обладало бы наибольшей ценностью за весь семестр, но его напрочь испортила эта проклятая погода. Знания влетали в одно ухо и вылетали из другого. Чи Юэ отрешенно смотрел на то, как открывает и закрывает рот профессор перед трибуной, а в голове почему-то всплывал образ умирающей рыбы на берегу моря.

Кто-то сзади ткнул его в плечо. Чи Юэ обернулся — это была Чэнь Цзяцзя из соседнего потока.

Чэнь Цзяцзя протянула Чи Юэ записку и тихо спросила:

— Чи Юэ, сегодня вечером тусовка, пойдешь?

Чи Юэ развернул записку, бросил взгляд на содержание, а затем смял ее в комок и зажал в ладони. Он задрал голову и перевел взгляд на парней, спавших на последних рядах аудитории, после чего непринужденно переспросил:

— Кто еще идет?

— Да почти весь наш поток. Тема вечеринки — финальный отрыв перед экзаменами, понимаешь о чем я?

В аудитории стало еще темнее, над головой прокатились раскаты глухого грома. Пот, выступивший на ладони Чи Юэ, быстро размочил бумажный комок. Чэнь Цзяцзя ждала довольно долго, но в ответ Чи Юэ лишь кивнул и сказал, что понял.

Казалось, кто-то на последнем ряду поднял голову, но Чи Юэ в этот момент как раз отвернулся, поэтому ничего не заметил.

Снова грянул гром. Чи Юэ повернулся и бросил взгляд на окно, думая о том, когда же наконец прольется этот дождь, собиравшийся уже несколько дней.

Мероприятие было назначено на шесть вечера. Вернувшись в общежитие, Чи Юэ обнаружил, что все его сожители-беты вовсю наряжаются и прихорашиваются. Увидев входящего Чи Юэ, они тут же закричали, призывая его оценить их образы:

— Чи Юэ! Мне так нормально?!

— Чи Юэ, Чи Юэ! Эта белая рубашка лучше или синяя?!

— Чи Юэ! Мне брызнуться парфюмом с древесным ароматом или цитрусовым?!

— Какой еще парфюм?! — хохоча и издеваясь, перебил Юй Тунчжоу. — Думаешь, альфы на вечеринке учуют твой парфюм? Им бы чужие феромоны омег перенюхать!

— Тц... — презрительно фыркнул Линь Цзэюй. — Кто может быть так уверен? Вдруг мне в объятия случайно врежется какой-нибудь слепой альфа!

Юй Тунчжоу засмеялся еще громче:

— С какой стати слепому альфе врезаться в твои объятия, а не в объятия Чи Юэ?!

— Мои дорогие братишки... — Чи Юэ, который до этого не произнес ни слова, совершенно невинно попал под перекрестный огонь. — Я же вообще ничего не сказал.

— А теперь скажи.

Чи Юэ с улыбкой прислонился к стене:

— Все, что нужно было сказать, вы уже сказали. Что мне еще добавлять?

— Ты ведь идешь сегодня вечером?

— Не факт.

— В чем дело? Есть дела?

Кондиционер в комнате не работал, и ветер, залегавший в дверь, приносил с собой волну духоты. Чи Юэ покачал головой, поднимаясь и направляясь к шкафу:

— Кажется, собирается дождь, а мой зонт сломался еще несколько дней назад, так что я не уверен, что смогу пойти.

Эта отговорка звучала даже менее правдоподобно, чем «я сейчас не могу болтать, мне нужно в душ». Линг И, единственный, кто до этого молчал, наконец с досадой произнес:

— Ты теперь так небрежно от нас отмахиваешься?

— Не говори глупостей, — вся верхняя половина туловища Чи Юэ была засунута в шкаф, из-за чего его голос звучал так же глухо, как раскаты грома за окном. — Я очень серьезно от вас отмахиваюсь.

— Ты правда не пойдешь?

— Идите первыми. Если дождя не будет, я подойду.

Когда Чи Юэ открутил кран в ванной, за окном сверкнула яркая молния. От испуга он взмахнул рукой и выдавил полфлакона геля для душа. Собиравшийся несколько дней ливень разразился точно по расписанию. Шум за окном вмиг стал в несколько раз громче. Чи Юэ запрокинул голову и утер лицо, в этот момент уже не разбирая, где шум воды в ванной, а где грохот бушующего на улице дождя.

— Как же я не хочу, чтобы шел дождь... — пробормотал Чи Юэ, но его слова тут же потонули в завываниях непогоды.

Дверной замок ванной комнаты тихо щелкнул. Чи Юэ в белой футболке вышел наружу, шлепая тапочками. Видимо, вытирался он слишком спешно, так что в ямочке на ключице еще блестели мелкие капли воды. Кожа человека, только что распаренного горячим паром, порозовела даже в уголках глаз, а яркий свет лампы накаливания под потолком делал легкий румянец на щеках Чи Юэ еще менее заметным.

Телефон, стоявший на зарядке у письменного стола, непрерывно вибрировал. Левой рукой вытирая волосы, Чи Юэ взял аппарат правой и нажал на экран, чтобы подсветить его.

http://bllate.org/book/26668/3194480