Готовый перевод The Golden Glutton's Pampered Guide / Золотая клетка для избалованного принца: Как выжить в мире безумца: Глава 2

Проснуться нагишом в моей постели — тебе нравится этот сюрприз? Лишённый и малейшей теплоты голос, насмешливо-снисходительный тон — всё это выдавало самые дурные помыслы в душе Е Сючэнь. Он намеренно выводил Шэнь Синхуая из себя, мстя за то брезгливое отвращение, что прежний владелец тела некогда испытывал к нему.

В оригинальном сюжете прежний хозяин тела и впрямь взбесился от этой насмешки, потерял рассудок и принял непоправимое, ошибочное решение, заложив мину под собственную трагическую судьбу.

Шэнь Синхуай замедлил дыхание, изо всех сил стараясь обуздать эмоции и заставив себя успокоиться: он ни за что не повторит участь прежнего владельца!

Медленно приподняв ресницы, он перевёл взгляд и невинно уставился на Е Сючэня, смущённо произнеся:

— Откуда ты знаешь, что я без одежды? Ты что, приподнял одеяло и подглядывал, пока я спал?

Е Сючэнь: «……»

Глубокие чёрные зрачки мужчины на мгновение замерли. Секунд с десяток он пристально вглядывался в него, прежде чем на его лице появилась трудночитаемая улыбка.

Грубоватые подушечки пальцев медленно поднялись вверх, большой палец придавил мягкие губы Шэнь Синхуая и принялся тереть их с такой силой, что по коже разлилось жгучее пламя:

— Мало того что подглядывал… Прошлой ночью я касался каждого дюйма твоего тела, пробовал его на вкус… — Голос мужчины звучал мягко, низко и бархатисто, а слетавшие с его губ слова источали вызывающую румянец интимную истому.

Однако в непроглядно-чёрных глубинах его зрачков Шэнь Синхуай не заметил ни капли тепла или близости — лишь пробирающий до костей холодок.

Зловещий взгляд Е Сючэня впился в его лицо, не упуская ни единого малейшего выражения.

Под этим свирепым, давящим взглядом кончики ушей Шэнь Синхуая постепенно покраснели…

Впрочем, он лишь играл роль на публику, а в душе сохранял абсолютную ясность: прошлой ночью Е Сючэнь вовсе к нему не прикасался.

И дело не только в прошлой ночи — судя по сюжету, вплоть до самой смерти прежнего хозяина тела Е Сючэнь никогда не делил с ним постель.

Этот безумец от начала и до конца был асексуалом, бессердечным хладнокровным существом, не способным испытывать хоть какие-то чувства к людям или вещам. В словаре его жизни было высечено лишь одно слово — «разрушение».

Он удерживал прежнего владельца подле себя, подвергая заточению и унижениям, исключительно ради мести — мести как самому хозяину тела, так и собственному заклятому врагу.

Всё потому, что у прежнего хозяина была ещё одна ипостась: он являлся недосягаемой белой луной, по которой сох, но не мог заполучить злейший враг Е Сючэня.

Шэнь Синхуай не испытывал ни малейшего гнева. Он робко и осторожно протянул свои тонкие, изящные, белые и нежные пальцы, мягко и плавно зацепил большую руку Е Сючэня и застенчиво прошептал:

— Значит, прошлой ведь ночью мы… у нас всё было, да?

Он отчётливо почувствовал, как палец, за который он уцепился, на миг оденеменел, но на лице безумца не дрогнул ни один мускул:

— Разумеется, и далеко не один раз.

Черт с два не один раз! Этот сумасшедший завирал на ходу: хоть Шэнь Синхуай и проснулся в его постели голышом, своё тело он знал прекрасно — ничегошеньки между ними не произошло.

Шэнь Синхуай не собирался разоблачать его обман: безумец был непредсказуем, попробуй угадай, в какую секунду у него снова съедет крыша.

Взгляд мужчины опустился на его белоснежное, ослепительно прекрасное личико. Мрачные глаза скользнули по изящным и тонким чертам лица, и, не дождавшись ответа, мужчина улыбнулся ещё холоднее:

— Что же ты молчишь? Наверное, вспоминаешь нашу прошлую ночь?

Румянец на ушах Шэнь Синхуая уже перекинулся на обе щеки, и от этого покрытого розовой дымкой лица он выглядел ещё более соблазнительным. Пряча застенчивый взгляд от глаз мужчины, он легко кивнул, и его голос прозвучал сладко и мягко:

— Прошлой ночью ты был так хорош, братец.

Е Сючэнь: «……» Уголки его губ дернулись. Уставившись на розовато-белое личико Шэнь Синхуая, он сменил насмешку в холодных глазах на испытующий взгляд.

Под этим пристальным взором Шэнь Синхуай приподнял свои стройные белые руки, ласково обвив ими его шею. Смущённые брови и глаза изогнулись красивым полумесяцем, он сладко улыбнулся, и в самом голосе послышались сахарные нотки:

— Братец, теперь я твой. Пожалуйста, относись ко мне хорошо в будущем и не смей обижать.

Прижатый к груди ластящимся объятием, когда в руках оказалось чужое мягкое тело, мужчина застыл, превращаясь в ледяное изваяние: «……»

Шэнь Синхуай остался весьма доволен его неожиданной реакцией и подбросил в огонь ещё хворосту:

— Мм… Если только обижать в постели, тогда можно.

Уже превратившийся в ледяное изваяние безумец на секунду сорвал свирепую маску с лица. Поймав своими чёрными глазами его смущённо-страстный взгляд, он серьёзно переспросил:

— Ты рехнулся?

— От счастья.

Куда уж мне до твоих безумств, не скромничай ты так.

Пару секунд они молча стояли друг напротив друга, застыв на месте, пока мужчина резко не оттолкнул от себя прильнувшее к нему мягкое тело, поднялся с кровати и, возвышаясь над ним с мрачным лицом, принялся бурить его тяжёлым взглядом.

Из-за резкого движения одеяло, прижимаемое Шэнь Синхуаем к груди, соскользнуло, и кожа мгновенно обнажилась перед прохладным воздухом. Его кожа была белой и гладкой, а выступающие ключицычертили плавные, завораживающие линии. Мрачный взгляд мужчины словно обожгло, и он поспешно перевёл его чуть выше.

Шэнь Синхуай подтянул соскользнувшее одеяло повыше, прикрывая свои круглые, красивые белые плечи:

— Братец, когда ты так на меня смотришь, мне становится немного стыдно.

Тучи на лице Е Сючэня сгущались с каждой секундой:

— Ты что, притворялся спящим прошлой ночью? Понял, что я к тебе не прикасался…

На полуслове он вдруг заметил, как розовое облачко смущения на личике Шэнь Синхуая стремительно бледнеет, а глаза подозрительно начинают краснеть — похоже, он собирался… заплакать?!

Е Сючэнь впился взглядом в ту самую грозящую сорваться слезинку на покрасневшем уголке его глаза:

— Ты чего ревёшь?!

Раньше перед ним прежний хозяин всегда держался надменно и холодно, словно ледяной лотос на вершине снежной горы — чистый, неприступный, а во взгляде, кроме отвращения, не было никаких других эмоций.

Но сегодня этот недосягаемый человек из-за одного его слова едва не расплакался.

В уголках глаз Шэнь Синхуая блеснули слёзы, а в мягком голосе послышалась дрожь:

— Ты хочешь застегнуть штаны и сделать вид, что ничего не было? А ведь ты прикасался ко мне!

Е Сючэнь: «……»

Его лицо почернело пуще прежнего, и он в раздражении принялся мерить комнату шагами.

Не найдя выхода бушующей внутри ярости, он в несколько шагов вернулся к кровати, намереваясь схватить этого мастера подделки за воротник и вышвырнуть вон, но на полпути рука замерла.

Шэнь Синхуай был голым, наружу выглядывали лишь тонкая белая шейка да изящные ключицы — хватать было не за что. Боевой настрой Е Сючэня… дал трещину:

— Одевайся нормально, а потом поговорим.

http://bllate.org/book/26619/3187852