Фан Цзиньчэн приподнял брови, и на его лице промелькнуло самодовольство: Сегодня на работе сразу несколько коллег спросили меня, какой марки этот шарф.
Они переглянулись и улыбнулись, после чего Янь Сюй проводил Фан Цзиньчэна к самому дальнему и единственному пустому столу и спросил: С какой начинкой ты хочешь?
В его забегаловке не было меню, потому что все цзяоцзы он лепил вручную сам. Из-за нехватки времени и сил он ежедневно продавал всего три вида начинки, причем ассортимент менялся.
По утрам он выписывал три сегодняшних вкуса на грифельной доске и вместе со светящимся напольным указателем выставлял ее у входа, чтобы заходящие посетители могли сразу же с ними ознакомиться.
Фан Цзиньчэн не обратил внимания на эту вывеску. Бросив беглый взгляд вокруг и не найдя меню, он спросил: А с креветками есть?
Янь Сюй на мгновение замер — конечно же, в заведении их не было. Себестоимость креветок была высока, так что и цена не могла быть низкой. Большинство людей, обедавших у него, были простыми работягами с окрестных строек, и вряд ли кто-то из них решился бы потратиться на порцию пельменей с креветочной начинкой. И всё же сегодня они действительно были в наличии, но предназначались в качестве особой благодарности для Чи Е.
Если нет, тогда...
Есть, — Янь Сюй прикусил губу и перебил Фан Цзиньчэна. — Я сейчас сварю. Он ушел на кухню: закладывая цзяоцзы для Фан Цзиньчэна, он одновременно открыл приложение доставки и заказал еще свежих креветок.
Только закончив варить пельмени, Фан Цзиньчэн зашел на кухню. Сняв пальто и шарф, он закатал рукава свитера и спросил: Нужно ли в чем-нибудь помочь?
Янь Сюй с улыбкой покачал головой: Не нужно, тут не так уж хлопотно.
В этот час и впрямь было не слишком хлопотно, просто сам он не сидел без дела. Цзяоцзы были слеплены еще во второй половине дня, и ему оставалось лишь забросить их в кипящую воду, сварить и подать гостям на стол, а вот после их ухода предстояло приняться за мытье посуды и уборку столиков.
Тогда я побуду твоим помощником, можно подавать цзяоцзы? — предложил Фан Цзиньчэн.
Видя, что тот уходить не собирается, Янь Сюй беспомощно улыбнулся: Ладно.
Бульон в кастрюле бурлил и клокотал, пока пельмени один за другим не всплыли на поверхность. Янь Сюй выловил их шумовкой и переложил в миску, но одна капля горячего бульона брызнула ему на тыльную сторону ладони, и он невольно вскрикнул от ожога.
Фан Цзиньчэн тут же схватил его за руку и потащил к раковине под струю холодной воды: Болит? Есть какое-нибудь лекарство?
Янь Сюй поднял глаза и в упор посмотрел на нахмурившиеся от тревоги брови Фан Цзиньчэна. На душе у него стало сладко-сладко, и, не удержавшись от улыбки, он ответил: Не нужно, не болит. Такие мелкие ожоги неизбежны, это совсем несерьезно, до мазей дело не доходит.
Фан Цзиньчэн помрачнел и неодобрительно произнес: Дома обязательно должны быть базовые лекарства на непредвиденный случай, через пару дней я принесу тебе пару тюбиков мази от ожогов.
Хорошо, — Янь Сюй отдернул руку и кокетливо приподнял брови. — Тогда не мог бы ты, пожалуйста, отнести эту миску с цзяоцзы вон тому полному брату за пятым столом?
Фан Цзиньчэн с улыбкой кивнул: Слушаюсь, босс Янь.
Глядя на то, как Фан Цзиньчэн осторожно несет тарелку с пельменями, Янь Сюй нашел эту картину забавной. Он потер запястье, которое только что сжимал собеседник, и его уши запылали.
Фан Цзиньчэн быстро вернулся на кухню. Времени прошло немного, прежде чем он, стоя рядом с Янь Сюем и долго о чем-то раздумывая, наконец заговорил: Сяо Сюй, тебе одному тянуть эту лавку слишком тяжело, ты не думал о том, чтобы устроиться на нормальную работу в компанию?
Рука с половником замерла. Янь Сюй чуть тронул губы улыбкой и ответил: Пока не думал, со своей лавкой свободнее.
А не думал сменить обстановку на что-то получше? — Фан Цзиньчэн шагнул ближе. — Это место глухое, неблагополучное, тут всякий сброд околачивается, много людей с низкими моральными устоями.
Янь Сюй невольно нахмурился и, несколько раз собираясь что-то сказать, но так и не решившись, тихо произнес: У меня нет образования, вряд ли я смогу делать что-то еще.
Поскольку Янь Сюй стоял к нему спиной, Фан Цзиньчэн не заметил, как у того медленно опустились уголки губ, и продолжил: Со мной тебе не о чем беспокоиться, я устрою тебя в нашу компанию на подходящую должность.
Янь Сюй вовсе не обрадовался. Подавив недовольство, он произнес: Мне очень нравится эта маленькая лавка. Хоть здесь и устаешь, но чувствуешь свободу тела и духа. К тому же я уже привык к здешнему окружению.
Сяо Сюй...
Фан Цзиньчэн хотел сказать что-то еще, но Янь Сюй резко повернулся и оборвал его: Я поднимусь наверх за кое-какими вещами.
Фан Цзиньчэн заметил в глазах Янь Сюя отторжение и уныние. Тихо выдохнув, он сказал: Прости, я...
Ничего не ответив, Янь Сюйпрямиком направился наверх.
Больше Фан Цзиньчэн эту тему не поднимал. Он быстро доел цзяоцзы и принялся вовсю помогать Янь Сюю с уборкой.
Янь Сюй одновременно почувствовал облегчение и легкую вину. О смене работы Фан Цзиньчэн заводил речь еще перед отъездом за границу, а находясь за рубежом, они говорили об этом по телефону — и вот теперь уже в третий раз. Первые два раза ему удавалось замять разговор и отделаться общими фразами, но сегодня он впервые четко выразил свою позицию: он не хочет закрывать лавку ради легкой работы.
Он знал, что Фан Цзиньчэн желает ему добра, и не был неблагодарным — просто трезво оценивал себя и понимал, что из-за отсутствия образования не сможет ни преуспеть, ни адаптироваться к жизни офисного планктона с девяти до пяти.
К тому же он хотел зарабатывать больше. Хотя держать пельменную было тяжело, доходов она приносила гораздо больше, чем обычная работа по найму, поэтому расставаться с ней он не хотел.
В девять часов вечера последние посетители разошлись.
Помо Kов Фан Цзиньчэн помог Янь Сюю навести порядок на столах, он наконец надел пальто и сказал, что пора возвращаться. Заметив, что Янь Сюй развязывает фартук, собираясь проводить его, он остановил его жестом: На улице ветрено, не выходи, еще простудишься.
Ладно, тогда аккуратнее за рулем.
Мгм, как доеду домой — позвоню.
Крутя ключи от машины на пальце, Фан Цзиньчэн вышел из лавки. Стоило ему завести двигатель и собраться уезжать, как прямо у входа в пельменную остановился знакомый мотоцикл. Сидя в салоне и опершись лотем о край окна, он согнутым указательным пальцем подпер кончик носа и стал молча смотреть, как Чи Е слезает с мотоцикла, снимает с багажного сиденья ящик с инструментами и заходит внутрь.
Поколебавшись немного, он отстегнул ремень безопасности.
Когда Чи Е вошел, Янь Сюй как раз достал телефон. Увидев его, он поспешил навстречу: Я как раз собирался тебе звонить.
Чи Е снял нейлоновые перчатки: Прости, задержался немного по делам.
Янь Сюй торопливо замахал руками, объясняя: Нет, я не то имел в виду, даже если дверь не чинить — ничего страшного, я просто переживал, не случилось ли у тебя чего.
http://bllate.org/book/26526/3175437