Готовый перевод The Biased Eye: White Bones Buried in Green Hills / Предвзятость: Горький вкус родного дома: Глава 13

Чи Е стоял чуть позади Янь Сюя, всё это время опустив голову и разглядывая нейлоновые перчатки в руках. Стоило ему услышать, как Янь Сюй представляет его, как он тут же поднял голову.

Уличный фонарь отбрасывал на землю конусообразный пучок света, укрывая им всех троих.

Ещё в тот момент, когда Фан Цзиньчэн выходил из машины, Чи Е окинул этого мужчину оценивающим взглядом с ног до головы. Он заметил сшитый по фигуре деловой костюм, спрятанный под шерстяным пальто, разглядел строгий и аккуратный галстук на шее, блестящие туфли и ту самую неуловимую атмосферу элиты, которая так сильно отличалась от его собственной.

Заведя левую руку с зажатыми в ней нейлоновыми перчатками за спину, Чи Е несколько неестественно протянул Фан Цзиньчэну правую руку и произнес:

— Здравствуйте, я Чи Е.

Фан Цзиньчэн на мгновение замер, после чего коротко усмехнулся. Пожав сухую и мозолистую руку Чи Е, он ответил:

— Здравствуй, меня зовут Фан Цзиньчэн, я… — он бросил взгляд на Янь Сюя и продолжил, — сводный брат Сяо Сюя.

Чи Е почувствовал, как его лицо вспыхнуло — одновременно от боли и жара. Впрочем, он и сам не мог разобрать, была ли эта неловкость, похожая на пощечину, вызвана словами «сводный брат», той короткой усмешкой или чем-то еще.

Хотя он понимал, что в этом смешке не было злого умысла, в глубине души он отчетливо осознавал: причиной насмешки стал его собственный промах. Медленно скосив глаза влево, он попытался проверить, не смеется ли над его оплошностью сам Янь Сюй.

Янь Сюй не смеялся и даже не смотрел на него — он неотрывно глядел на Фан Цзиньчэна. Но стоило Янь Сюю, почувствовав чужой взгляд, повернуть голову в его сторону, как Чи Е тут же поспешно отвел глаза.

— Волосы растрепались, — заметив сбившиеся пряди на лбу Янь Сюя, Фан Цзиньчэн безо всякого смущения принялся их поправлять. — На улице холодно, давай зайдем в помещение?

Чи Е, одновременно сгорая от неловкости и пытаясь осмыслить родственные связи, скрывавшиеся за этим «сводным братом», услышав такие слова, машинально выдал:

— Я тогда не пойду внутрь.

Как только эти слова сорвались с губ, он погрузился в совершенно новый уровень неловкости, сообразив, что это «давай» могло его вовсе и не касаться.

Свет был слишком тусклым, поэтому Янь Сюй не заметил покрасневшей до самых корней шеи Чи Е. Он лишь спросил:

— Выпьешь чашку горячего чаю, чтобы согреться перед дорогой?

— Нет, если вернусь слишком поздно, помешаю отдыхать товарищам по работе, — Чи Е уже уселся на мотоцикл и бросил Янь Сюю: — Спасибо за сегодня.

Раз уж человек сам так сказал, Янь Сюй не стал настаивать и, взмахнув рукой, попрощался.

Войдя вместе с Фан Цзиньчэном в магазин, Янь Сюй сначала заварил горячий чай и только потом произмолвил:

— Посиди пока минутку, я поднимусь наверх за вещью.

Стоило ему повернуться, как его запястье перехватили.

Фан Цзиньчэн скривил губы, с легкой обидой в голосе произнеся:

— Я примчался сюда сразу после работы и ждал тебя всё это время.

Сообразив в чем дело, Янь Сюй удивленно выдохнул:

— Ты еще не ужинал? Почему не позвонил мне?

— Телефон разрядился и отключился, а зарядку непонятно куда запрокинул, — Фан Цзиньчэн с обреченным видом пожал плечами.

Янь Сюй почувствовал укол совести:

— Тогда я приготовлю тебе поесть. Жареный рис с яйцом подойдет? Или хочешь чего-нибудь другого?

— Пельмени есть? Я еще не пробовал пельмени твоего приготовления, — глубокие, полные нежности глаза Фан Цзиньчэна неподвижно застыли на лице Янь Сюя.

Янь Сюй с трудом выдержал этот взгляд и, отведя взор в сторону кухни, уточнил:

— Подойдет свинина с кукурузой? Тебе жареные на сковороде или отварные?

— Давай вареные в бульоне, хочется выпить чего-нибудь горяченького.

Сняв пальто, Янь Сюй направился на кухню, и Фан Цзиньчэн, тоже избавившись от верхней одежды, последовал за ним.

Скользнув взглядом по безупречно скроенному костюму Фан Цзиньчэна, Янь Сюй произнес:

— Погости лучше снаружи, здесь полно копоти и масла, испортишь одежду.

— Пустяки, — Фан Цзиньчэн опустил глаза и принялся расстегивать пуговицы пиджака. — На днях проходила итоговая конференция по проекту, обязательно было надеваться в костюм. Сегодня собрание наконец закончилось, к тому же завтра выходной.

Зная, что переубедить его не выйдет, Янь Сюй больше ничего не сказал и, опустив голову, принялся за работу.

Подойдя совсем близко, Фан Цзиньчэн поинтересовался:

— Почему без фартука? Свитер испачкаешь, потом замучишься отстирывать.

Опустив взгляд на собственный пояс, Янь Сюй только сейчас вспомнил об этом. Он уже приоткрыл рот, собираясь сказать: «Не…», как чья-то рука неожиданно протянулась сзади к его животу.

Правой рукой Фан Цзиньчэн прихватил хлопчатобумажный фартук, просунув его в зазор между Янь Сюем и столешницей, а левой обогнул его с другой стороны и подцепил тесемку. Отыдя на полшага назад, он перехватил концы за спиной Янь Сюя и аккуратно завязал их красивым бантом.

В какой-то момент их поза стала донельзя близкой: Янь Сюю показалось, будто Фан Цзиньчэн обнимает его со спины. Он оцепенело выпрямился, задержав дыхание и боясь выдать себя малейшим вздохом. Лишь когда Фан Цзиньчэн закончил с фартуком и отступил на прежнее место рядом, Янь Сюй исподтишка перевел дыхание, возвращая себе самообладание.

Повернув голову и бросив взгляд на покрасневшие мочки ушей Янь Сюя, Фан Цзиньчэн с улыбкой спросил:

— Тот Чи Е — это и есть твой друг, который подарил массажер для шеи?

Вода закипела, и Янь Сюй, забрасывая в кипяток пельмени, ответил:

— Угу, он самый.

Фан Цзиньчэн задумчиво кивнул и снова задал вопрос:

— Он тоже держит ресторанчик поблизости? Просто когда мы пожимали руки, мне показалось, что у него очень грубые ладони, совсем не похожие на руки человека, выполняющего тонкую работу.

— М-м… — неопределенно промычал Янь Сюй и, выдержав двухсекундную паузу, пояснил: — Нет, он работает на стройке неподалеку.

— Осторожнее с руками! — заметив, что Янь Сюй пытается погрузить пельмени в бульон прямо с помощью палочек вместо шумовки, Фан Цзиньчэн поспешно перехватил его запястье. — Это же палочки, а не ложка, смотри не ошпарься паром. Дай-ка я взгляну, не обжёгся?

Придя в себя, Янь Сюй позволил Фан Цзиньчэну внимательно осмотреть его запястье, после чего тихо ответил:

— Нет, не обжегся, спасибо.

Фан Цзиньчэн потрепал его по макушке:

— Виноват, не стоило тебя отвлекать.

Он действительно замолчал, после чего просто и безмолвно наблюдал за действиями Янь Сюя.

Когда пельмени всплыли на поверхность, Янь Сюй плеснул в кастрюлю немного холодной воды. Дождавшись, когда вода закипит во второй раз, он накрыл кастрюлю крышкой, немного подержал так, а затем разложил пельмени по тарелкам.

Они уселись за обеденным столом. Подождав, пока еда немного остынет, Фан Цзиньчэн зачерпнул белой фарфоровой ложкой пельмень, аккуратно надкусил половину, проглотил и, подняв глаза, похвалил:

— Очень вкусно, всё тот же знакомый вкус.

http://bllate.org/book/26526/3175435