Лёгкий туман окутывал шумный городок, и на старинных улицах одна за другой зажигались тусклые жёлтые фонари.
Уже смеркалось, когда в туманной дымке чей-то алый силуэт промелькнул по вымощенной булыжником улочке, торопливо проходя мимо переулка, где притаилась лавка благовоний.
Шёл тот человек так быстро, что стоявший у дверей лавки Тянь Сяолунь почти ничего не разглядел. Лишь когда они разминулись, до него донёсся лёгкий, на удивление приятный запах благовоний.
Пока Тянь Сяолунь соображал что к чему, незнакомец уже исчез.
— Эти бумажные деньги тебе ещё нужны? — хозяин лавки помахал большим пакетом с золотыми слитками и ритуальной бумагой. Наверное, он торопился закрыть лавку, а заметив, что Тянь Сяолунь никак не реагирует, тут же нахмурился и повысил голос: — Эй!
Тянь Сяолунь очнулся от задумчивости, пропустил недовольство продавца мимо ушей и, даже не спросив цену, достал телефон, чтобы найти QR-код для оплаты, одновременно с глуповатым видом переспросив: — Человек, который только что прошёл здесь, местный? У него был довольно странный наряд.
— Динь! — Оплата по QR-кому прошла успешно. Из-за слабого сигнала страница перевода ещё не загрузилась, но Тянь Сяолунь услышал озадаченный голос хозяина: — Какой ещё человек? Кого это ты тут видишь?
Тянь Сяолунь опешил: — А?
В панике подняв голову, он указал на переулок, где только что скрылся человек в красном: — Только что! Он прошёл отсюда. Такой заметный, неужели ты не заметил?
Хозяин лавки посмотрел в указанном направлении — там было абсолютно пусто. Когда он снова перевёл взгляд на Тянь Сяолуня, в его глазах читалось выражение человека, столкнувшегося с умалишённым. Держать лавку благовоний — значит больше всего опасаться подобной чертовщины, совсем не так, как в книгах или сериалах, где все вокруг смотрят на подобное с пренебрежением. Плевать они хотели на это пренебрежение! Если бы не лёгкие деньги на продаже поминальных бумажек, кто бы стал заниматься этим мрачным ремеслом Конечно, при любой возможности стараешься держаться от такого подальше.
В итоге Тянь Сяолунь под гневные крики хозяина был с позором выдворен из лавки вместе с пачкой бумаги и слитков.
Его толкнули так, что он чуть не шлёпнулся на землю. Стоя у порога, Тянь Сяолунь сорвал с лица защитную маску, намереваясь выругаться, но тут же вспомнил, кем является, поспешно и таинственно водрузил её на место и уныло поплёлся в сторону деревеньки на севере городка.
*
Сун Цзинхан шёл на запах крови, так и отыскавший путь к деревне Чэньцзя. Хотя он прожил в этом городке уже двадцать лет, покинуть его пределы он не мог, а деревня Чэньцзя как раз находилась за чертой зоны его досягаемости. Поэтому он то и дело кружил туда-сюда на безлюдном перекрёстке, делая шаг вперёд и тут же с испугом отступая назад.
При каждом таком движении на его лодыжке проступала золотая цепь — казалось, она тянулась издалека, из самого городка, и доходила до места, где он стоял.
— С виду такой послушный, сама безобидность, а людей путать — мастер на все руки.
С этими словами он изогнул тонкие губы, но вместо гнева лишь усмехнулся, вспомнив того, кто его запер, и покачал головой.
И что тут поделаешь? Ребёнок, которого он сам вырастил, пусть даже и бунтует, бить его всё равно рука не поднимается. Остаётся только делать вид, что уступаешь, ублажать обманом, а когда у мальчика пройдёт дурь, попытаться прощупать почву — вдруг удастся сбежать.
Сун Цзинхан вздохнул про себя, думая о том, как же тяжело ему приходится.
В этот самый момент до его слуха донёсся надрывный женский крик, доносившийся из глубин деревни Чэньцзя.
Крик принадлежал женщине, и в мертвенной тишине ночной деревни он прозвучал настолько пронзительно, что потревожил сидевшую на ветке ворону. Та с карканьем взмыла в воздух, напугав Тянь Сяолуня, который как раз переступил порог деревни — от неожиданности его телефон вывалился из рук.
Аппарат продолжал вести прямую трансляцию, и в момент падения на землю успел запечатлеть перекошенное от паники лицо Тянь Сяолуня.
Широко расставив ноги и руки, он растерянно крутился посреди деревенской площади, шаря глазами по сторонам, а во взгляде плевался чистейший ужас.
Ледяной порыв ветра дунул ему в спину, заставляя и без того вспотевшую спину покрываться мурашками. Ощущение было такое, будто кто-то за шиворот ему закинул кусок льда, и этот пронизывающий холод тотчас породил в голове предательскую мысль о бегстве.
http://bllate.org/book/26422/3163175
Сказали спасибо 0 читателей