Готовый перевод Save the Little Wretch / Спасти несчастного: Миссия по обожанию: Глава 7

пришедшего.

Жань Ся знала о работе Жань Ту, так как во время обычных разговоров Жань Ту всегда рассказывал ей о том, как идут дела на службе. Хотя он и сообщал только хорошие новости, стараясь не волновать мать, по тем крупицам информации, которые Жань Ту ненароком проговаривался, Жань Ся так или иначе кое-что понимала.

Глава 8

Услышав это, Жань Ту на мгновение замер, и если бы всё это время Жань Ся не следила за ним самым пристальным образом, то вряд ли смогла бы заметить.

Мам, тебе не нужно беспокоиться обо мне. Мой работодатель в последнее время — ума не приложу, что с ним случилось, — будто заново родился. У него стал просто замечательный характер, он больше не свирепствует по пустякам, как бывало раньше.

Жань Ту и не подозревал, что когда заходит речь о Вэнь Шихэ, уголки его губ сами собой поднимались в улыбке, скрыть которую было совершенно невозможно. Жань Ся заметила это и мысленно с облегчением выдохнула: судя по всему, Жань Ту не лгал и не приукрашивал действительность ради неё, как это бывало прежде.

Тогда я спокойна. За эти годы тебе пришлось несладко.

В глазах Жань Ся плескались глубокая вина и жалость, эмоции, казалось, ускользали из-под контроля, и на ресницах заблестели слёзы.

Услышав это, Жань Ту вмиг покраснел до самых корней волос, но всё же сдержал подступавшие слёзы и с улыбкой сказал матери: Мам, всё в порядке, мне вовсе не трудно. Всё это — лишь то, что я и должен делать. Вот увидишь: как только мы расплатимся с долгами, я подкоплю ещё немного денег, чтобы ты могла покупать лекарства получше и получать более качественное лечение. А когда ты поправишься, мы заживём по-настоящему счастливо.

Видя, как рассудителен её сын — хотя она и понимала, почему Жань Ту стал таким, — Жань Ся ощутила в груди щемящую боль и нежность. Однако виду она не подала, не желая огорчать его, сглотнула слёзы и с улыбкой ответила: Хорошо, я буду ждать, пока мой малыш устроит мне хорошую жизнь.

Обязательно наступит такой день! — тихо, но твёрдо произнёс Жань Ту, глядя на маму, которая, несмотря на долгую болезнь и бесконечные уколы, сохранившую свою прежнюю красоту и женственность, выглядела такой хрупкой и измождённой. С этими словами он протянул Жань Ся почищенное яблоко.

То ли он утешал её, то ли самого себя.

Жань Ся приняла яблоко и не стала говорить ничего, что могло бы охладить его пыл. Хотя в глубине души она прекрасно понимала: сколько бы ни вкладывали в лечение её тела, жить ей осталось от силы пару лет — порой женское предчувствие бывает поразительно точным.

Затем она ловко сменила тему и принялась рассказывать забавные истории, происходившие в больнице. Разумеется, всё это поведала ей Тетя Ли, а Жань Ся бережно держала в памяти, чтобы поделиться с Жань Ту.

Возможности видеться и вдоволь поговорить у матери с сыном выпадали нечасто: Жань Ту работал, а у Жань Ся слабое здоровье. Даже если у Жань Ту выдавалось время заглянуть к ней, Жань Ся либо ещё спала, либо, стоило ей проснуться, снова погружалась в сон.

По сути, им особо не о чем было беседовать: кроме обсуждения её состояния, Жань Ту рассказывал о своей работе, а Жань Ся просто слушала. В свою очередь, она делилась больничными байками, о которых он ничего не знал. Они словно дополняли друг друга, стремясь не растратить впустую эти драгоценные мгновения встречи.

Они проговорили довольно долго, пока на лице Жань Ся не проступила усталость и веки не начали тяжело опускаться. Только тогда Жань Ту умолк и сказал: Мам, мы уже столько наговорили, ты наверняка устала. Поспи немного.

Жань Ся со спокойным сердцем закрыла глаза.

Жань Ту поднялся, опустил спинку кровати, тщательно поправил одеяло, тяжело вздохнул и лишь после этого тихонько направился к выходу из палаты.

У дверей он как раз столкнулся с вернувшейся Тетя Ли.

Госпожа Жань уже спит? — поинтересовалась Тетя Ли.

Угу, уснула. Я больше не буду тревожить маму, пожалуй, пойду. Тетя Ли, пожалуйста, продолжайте присматривать за ней, — шёпотом произнёс Жань Ту.

Тетя Ли махнула рукой. Женщина была уже в возрасте, дети выросли, устроены и очень заботливы, но усидеть на месте она не умела, а потому устроилась сиделкой, чтобы подзаработать лишнюю копейку. Ей очень нравился и сам мальчик Жань Ту, и его мама Жань Ся: оба они были хорошими людьми, вот только судьба с ними обошлась жестоко, оба такие несчастные. Особенно Жань Ся, к которой она относилась как к собственной дочери, а Жань Ся была для неё словно внучка.

Сяо Жань, оставь всё на меня и не беспокойся, — сказала она. — Что за глупости насчёт трудностей? Разве ты ещё не доверяешь Тете Ли?

Конечно, я доверяю Тете Ли! Я просто косноязычен и не умею красиво говорить, простите меня, Тетя Ли, — поспешно оправдался Жань Ту. Тетя Ли и вправду была невероятно доброй женщиной, и они с мамой уже получили от неё столько заботы и помощи.

Денег у него было немного, и платил он Тете Ли не так уж много, но это было пределом того, что он вообще мог себе позволить. И тем не менее Тетя Ли ни капли не брезговала этим, а то, что она делала для Жань Ся и Жань Ту, далеко превосходило рамки её скромного жалованья.

Ишь ты, парень, я же просто пошутила, а ты уже извиняться вздумал! Ладно-ладно, Тетя Ли знает, что тебе ещё работать надо, семью кормить, ступай давай, а то опоздаешь, и хозяин станет ругать.

С этими словами Тетя Ли слегка подтолкнула Жань Ту и, не дожидаясь его ответа, вошла в палату, осторожно притворив за собой дверь.

На душе у Жань Ту разлилось тепло — как же всё-таки повезло ему встретить на пути столько хороших людей!

...

Дальнейшая жизнь словно вернулась в привычную колею: Жань Ту продолжил выполнять обязанности домработника, а Вэнь Шихэ превратился в настоящего трудоголика, порой даже ночуя прямо в офисе. Родители были бесконечно рады таким переменам.

Прежде Вэнь Шихэ, при всей своей одарённости, отличался ужасной леностью, дурным нравом и наотрез отказывался вникать в дела. К любым отчетам и документам он относился лишь как к повинности: закончил дело — и махнул рукой на всё остальное, разве это шло в сравнение с нынешним усердием и самоотдачей?

Но разве могли они знать, что в теле этого Вэнь Шихэ уже давно поселился совершенно другой человек?

Жань Ту уже несколько дней не видел Вэнь Шихэ, отчего в душе зародилось странное чувство непривычки — ведь всё то время, пока он отлёживался дома, Вэнь Шихэ возвращался каждый вечер.

Теперь же подобное расписание казалось ему необычным.

Размышляя об этом, Жань Ту как раз мыл пол. Сознав, сколь неуместны его мысли, он мгновенно пришёл в себя: хозяином здесь был Вэнь Шихэ, а вовсе не он сам, чтобы ожидать его возвращения. Естественно, тот волен возвращаться тогда, когда ему заблагорассудится.

Какое-то неловкое, тягостное чувство зашевелилось в груди Жань Ту, и лишь спустя время он сообразил, что уже добрых пять-шесть раз возит тряпкой по одному и тому же месту, даже не сдвинувшись с точки.

Он тут же приказал себе выбросить из головы всякую чепуху и принялся прилежно домывать полы.

Дом Вэнь Шихэ был огромным, и наводить в нём порядок — задача поистине титаническая. К тому же у Вэнь Шихэ обнаружился пунктик на чистоте: его глаза не выносили ни единой соринки. В результате, закончив уборку, Жань Ту насквозь промок — одежда прилипла к телу от потного труда.

На его чистом лице чернели разводы пыли, но они не могли скрыть ни раскрасневшихся щёк, ни тяжёлого дыхания.

Однако отдыхать было рано: ему сначала предстояло привести в порядок себя самого, и только потом браться за остальное. Стоило бы Вэнь Шихэ вернуться и застать его в таком виде, как хозяин непременно разгневается.

Подумав об этом, Жань Ту вдруг вспомнил, что Вэнь Шихэ изменился, и теперь не был уверен, станет ли тот сердиться из-за подобных мелочей. Но как бы то ни было, сколь бы усталым он ни чувствовал себя, Жань Ту послушно отправился мыться.

Он не мог позволить себе расслабиться лишь потому, что нынешний господин Вэнь смягчился. К тому же, только что убравшись в таком огромном особняке и перепачкавшись с ног до головы, разве можно было приступать к другим делам?

Комплект сменной одежды Жань Ту ничем не отличался от его рабочей формы горничной — таковой была давняя привычка Вэнь Шихэ.

Благодаря упорному труду за последнее время Вэнь Шихэ наконец разобрался со всеми делами в компании. Отбросим в сторону личностные качества прежнего владельца тела, но его деловая хватка действительно заслуживала искреннего восхищения.

Хотя внешне прежний хозяин казался равнодушным к судьбе фирмы, на самом деле он держал в уме все хитросплетения интересов и скрытые связи, что и позволяло ему единолично контролировать весь бизнес. Как бы ни ленился он в повседневной жизни, никто не смел ему перечить.

Стоило помнить: чем крупнее корпорация, тем мутнее в ней воды и тем больше нитей в неё вплетено, так что методы прежнего хозяина были поистине впечатляющими.

Вэнь Шихэ закрыл глаза и растёр переносицу, пытаясь снять накопившуюся усталость.

Именно в этот момент Ци Линлин наконец нашёл удобный момент подать голос: [Хозяин, ты часом не забыл, что у тебя вообще-то есть задание? QAQ Если так пойдёт и дальше, то когда ещё мы сумеем изменить судьбу маленького домработника и принести ему счастье? QAQ]

Вэнь Шихэ невозмутимо остался сидеть с закрытыми глазами и произнёс: Разве ты сам не говорил, что главные несчастья маленького домработника исходили именно от «меня»? Вот я и стараюсь как можно реже попадаться ему на глаза. Не увольнять же его в самом деле, ты же прекрасно знаешь положение дел в его семье.

Ци Линлин задохнулся от возмущения и продолжил убеждать с ещё большим жаром: [Хозяин, твой ход мыслей в корне неверлен! Подумай сам: нынешний сюжет уже совсем не тот, что был изначально, а значит, мы должны уметь подстраиваться под обстоятельства. Вдруг на стороне маленького домработника произойдёт что-то такое, чего в оригинальном сюжете не было? Поэтому я настоятельно рекомендую тебе почаще навещать его. К тому же, что хорошего в этой работе? Разве тебе самому не хочется взглянуть на мир, совершенно не похожий на твою реальность...]

Ци Линлин затянул долгую песню исключительно ради того, чтобы уговорить Вэнь Шихэ проводить больше времени с Жань Ту и держать того под неусыпным контролем.

Услышав это, Вэнь Шихэ приоткрыл глаза, и в их глубине мелькнул странный, нечитаемый отблеск: Если подумать, в твоих словах и правда есть смысл. Ладно, пожалуй, я вернуюсь прямо сейчас, так пойдет?

Ци Линлин тут же возликовал, решив, что это он сумел убедить Вэнь Шихэ, и потому пропустил мимо ушей тот многозначительный подтекст, что сквозил в голосе хозяина.

...

Закончив мыться, вымыв и высушив феном волосы, Жань Ту тут же принялся за приготовление ужина — он не позволял себе праздности ни на минуту.

Пусть он и не знал, вернётся ли сегодня Вэнь Шихэ, ужин готовился каждый вечер без исключений, чтобы не суетиться в спешке, если хозяин вдруг объявится неожиданно.

Готовил Жань Ту великолепно — сказывалось то, что он практиковался с самого детства. Помимо покладистости, трудолюбия и молчаливости, это было, пожалуй, его главным достоинством.

Поэтому, переступив порог дома, Вэнь Шихэ сразу же увидел на обеденном столе роскошный ужин, а из кухни доносились звуки возни — по всему было слышно, что Жань Ту продолжает хлопотать.

Поскольку угодить Вэнь Шихэ было куда труднее, чем обычному человеку, и капризов в еде ему было не занимать, все продукты доставлялись самолётом прямиком с органических ферм и пастбищ. Блюд подавалось великое множество, и то, что не съедалось за день, на следующие сутки безжалостно выбрасывалось.

Жань Ту каждый раз обливался кровью от такого транжирства, но поделать ничего не мог — приходилось строго следовать вкусам Вэнь Шихэ. Раньше, когда Вэнь Шихэ ночевал дома ежедневно, ему приходилось готовить полный набор блюд, а потом исподтишка доедать остатки, пока хозяин не видит.

Теперь же, когда Вэнь Шихэ отсутствовал, всё это великолепие целиком и полностью доставалось ему, оседая в его желудке.

В первый день отсутствия Вэнь Шихэ он объелся до боли в животе. На второй день Жань Ту тайком сократил количество блюд, а излишки приберег для себя. На третий и четвёртый день он и вовсе осмелел: готовил лишь то, что быстро портилось, а продукты длительного хранения оставлял про запас.

Благодаря этому ему удалось изрядно сэкономить на покупке продуктов. Деньги, ясное дело, надо беречь, когда можешь. Дураком он не был, и капелька житейской смекалки у него всё-таки имелась.

Жань Ту с радостью вынес из кухни последнюю тарелку, как вдруг, подняв голову, столкнулся взглядом с Вэнь Шихэ, который уже снял верхнюю одежду и сидел за обеденным столом. От неожиданности он едва не выронил блюдо из рук и замер на месте, боясь пошевелиться.

Глава 9

Заметив остолбеневшего и застывшего в нелепой позе Жань Ту, Вэнь Шихэ с улыбкой поманил его рукой: Чего замер? Иди сюда.

Лицо Жань Ту залилось краской до самой макушки. Он подбежал к столу и поставил тарелку.

После чего робко и боязливо спросил: Господин Вэнь... вы вернулись?

Разве ты мне не рад? — стоило Вэнь Шихэ увидеть раскрасневшееся лицо Жань Ту, как в нём просыпалось непреодолимое желание подразнить юношу. Ну надо же было родиться на свет человеку, который так легко краснеет, при том что он ведь ещё ничего толком не сделал!

Жань Ту покраснел ещё сильнее, испуганно замахал руками и принялся громко оправдываться: Конечно нет! Это же дом господина Вэня, господин Вэнь может возвращаться тогда, когда захочет!

Но... — Жань Ту вдруг сообразил, что говорит слишком громко, и ослабил голос, перейдя на шёпот. Украдкой бросив взгляд на блюда, расставленные на столе, он так и не договорил фразу, виновато опустив голову.

Вэнь Шихэ проследил за его взглядом и посмотрел на ужин. Сначала он даже не сообразил в чём дело — еды на столе и впрямь было немало, — но в следующую секунду в его памяти всплыли нужные воспоминания. Он мгновенно понял, о чём думает Жань Ту и почему тот испытывает такое чувство вины.

Блюд приготовлено много, но вдвоём мы всё равно всё это не осилим. Впредь готовь на пару порций меньше.

Услышав первые слова и поняв, что господин Вэнь вовсе не собирается его ругать, Жань Ту с облегчением выдохнул, но тут же уловил конец фразы. Его глаза от удивления распахнулись шире некуда — он решил, что ослышался.

Господин Вэнь... вы хотите сказать, чтобы я составил вам компанию за ужином?

http://bllate.org/book/26396/3159275