Готовый перевод Reemployment of a Retired Boss in the Entertainment Industry / Карьера падшего босса: Битва эгоистов в шоу-бизнесе: Глава 6

— А если я скажу, что ребенок от У Фэя? — Голос Чжуан Юйцянь звучал донельзя уверенно.

Услышав это, Гу Фань остановился, как она и желала. Время в больничной палате словно застыло. Глядя на его выражение лица в этот момент, Чжуан Юйцянь испытывала непередаваемую радость и восторг. Она безумно любила такие моменты, когда те, кто стоял на недосягаемой высоте, из-за одного её слова превращались в жалких растерппанных неудачников.

— Что ты сказала?

— Ты же расслышал! — Словно чувствуя, что этого еще недостаточно, чтобы потешить душу, Чжуан Юйцянь продолжила: — Твои деньги тоже работают далеко не круглые сутки. Насильно мил не будешь, как ни крути, а покружив несколько лет, в конце концов он всё равно выбрал меня. И все довольны, а вот кому-нибудь нравится сюжет, где злодеи остаются у разбитого корыта?

Гу Фань обернулся и бросил на нее косой взгляд, в котором читался нескрываемый холод, однако на губах всё же заиграла усмешка. Он тут же нанес ответный удар, не собираясь уступать в красноречии:

— Мне плевать, сладкий тот плод или нет, сорву — и то радость. И мне всё равно, от У Фэя этот ребенок или нет, в конце концов от него останется лишь комок мертвой плоти. Ну а что до спектакля... Если играешь ты, то провал был вполне ожидаем.

Сказав это, он с царственным видом вышел из палаты, не обращая внимания на то, ответил ли кто-нибудь на его слова с больничной койки. Быстрые шаги выдавали сдерживаемую Гу Фанем ярость. Оттолкнув следовавших за ним телохранителей, он в одиночку сел за руль своей машины и, не заботясь об опасности вождения в утомленном состоянии, помчался прочь по дороге к своему апартаменту. В этот момент желание увидеться с У Фэем было невероятно сильным. Прекрасно понимая, что эта женщина лжет на девяносто девять процентов, он всё равно позволил потревожить свое сердце. Гнев заставлял кровь бурлить в жилах, невольно заставляя вспомнить о том дне, когда он впервые предложил У Фэю контракт на содержание.

Можно содержать человека, не требуя от него любви, но взамен необходима его преданность.

***

В две тыщи двадцатом году в Хайши, за рядами высоток в деловом центре, притаился небольшой трехэтажный чайный домик — три этажа над землей и три под ней. Он носил название Сюньсян и как нельзя лучше воплощал в себе концепцию уединения посреди шумного мегаполиса, когда великий отшельник скрывается прямо в толпе. Уровень конфиденциальности здесь был запредельным: на входе требовалось провести карточкой, а внутрь пускали по скану лица. Обслуживающий персонал проходил строжайший отбор, и заведение давно стало излюбленным местом для тайных встреч политической элиты и светских сливок Хайши.

В отдельном кабинете в самом конце коридора на втором этаже чайного дома витал густой аромат чая, а слух ласкали переливы нежной и живой мелодии гуциня. Мастер чайной церемонии в ципао только собиралась прогреть чашки, как у входа раздался звон деревянных колокольчиков — это был сигнал о том, что чайный дом ждет прибытия приглашенных гостей.

И действительно, вскоре швейцар проводил У Фэя и какого-то мужчину средних лет, чьи лица раскраснелись и были влажными от пота. Мужчину звали Тан Мин, он был преподавателем У Фэя по специальности, человеком весьма известным в кругах шоу-бизнеса. Воспитанники, прошедшие через его руки, составляли добрую половину нынешнего поколения молодых актеров, а его имя неизменно красовалось в титрах фильмов и сериалов в качестве преподавателя по актерскому мастерству.

Разумеется, он промышлял и всякого рода посредничеством, говоря проще — сводничеством. Со временем за ним даже закрепилось прозвище Сваха. В каком-то смысле его можно было назвать завсегдатаем Сюньсян.

Тан Мин был одет в традиционный костюм танчжуан, выглядел интеллигентно и солидно, но стоило ему лишь завидеть Гу Фаня, как весь лоск мгновенно слетел. Крайне взволнованный, он настойчиво потащил за собой растерянного У Фэя, любезно приветствуя хозяина, и уже протянул руку, намереваясь пожать его ладонь. Гу Фань ловко перевел тему, предложив обоим присесть, и тем самым успешно избежал рукопожатия с вспотевшей ладонью Тан Мина.

У Фэй в тот момент еще не до конца сообразил, почему тот съемочный персонал, о котором толковал учитель, вдруг оказался тем самым задиристым пареньком. Он-то думал, что придет какой-нибудь бородатый дядька в возрасте, а нынче сотрудники съемочных групп что, тоже подались в актеры, чтобы отнимать хлеб у звезд? Да к тому же с такой неземной внешностью и лицом вечного юноши. Знай он это заранее, ни за что не стал бы огрызаться тогда. Интересно, помнит ли тот случай? Надеюсь, он не злопамятный.

В голове У Фэя пронеслись тысячи мыслей, но, присутствие учителя вынуждало его изображать послушного и невозмутимого пай-мальчика, молча прислушиваясь к их беседе.

Гу Фань, конечно же, не упустил удивления в его глазах, но решил пока не придавать этому значения. Желая сразу поставить дерзца на место, он отвернулся и сосредоточенно уставился на движения мастера чайной церемонии. В тишине кабинета раздавался лишь тихонько побулькивающий кипяток и струились звуки цициня.

После короткого обмена любезностями Тан Мин, будучи стрелянным воробьем с огромным багажом за плечами, быстро смекнул, что Гу Фань тяготится его присутствием. К тому же гостя он доставил в целости и сохранности, поэтому благоразумно нашел предлог и удалился. Чайный мастер, завершив свою работу, по знаку Гу Фаня тоже ушла, прихватив с собой музыканта.

В отдельном кабинете они остались вдвоем. Пространство заполнила странная, неловкая атмосфера. У Фэй видел, что Гу Фань молча потягивает чай, и не смел заговорить первым, поэтому тоже сделал пару глотков.

Гу Фань не любил напускную скованность, да и мысль продемонстрировать свое превосходство не давала покоя. Он опустил пиалу и с легкой усмешкой поинтересовался:

— А ты знаешь, что это за чай?

У Фэй покачал головой. Какие уж тут изысканные сорта со всего света — в обычной жизни он даже не мог отличить растворимый кофе от зернового или уловить разницу между Пепси и Кока-колой.

— Этот чай называется Юйцюн Бие, он считается истинным королем среди элитных сортов Маоцзянь из Синьяна в провинции Хэнань. Каждый год его урожаи становятся всё скромнее, а несколько лет назад на аукционе за него выкладывали баснословную цену в два миллиона семьсот тридцать тысяч за цзинь. Ты же пьешь его так, словно это обычная кипяченая вода.

Слова Гу Фаня прозвучали как гром среди ясного неба. У Фэю показалось, что у него сейчас случится сердечный приступ: он едва не выронил пиалу из пальцев, а чай, только что сделанный глоток, застрял в горле — то ли глотать, то ли выплюнуть. Пришлось сделать вид, будто просто опустил голову и подпер рукой подбородок, а на деле — прикрыл рот, чтобы скрыть неловкость. Казалось, еще чуть-чуть, и он зачитает речитатив в стиле битбокса...

Какое к черту чаепитие, это же настоящее пожирание чужой квартиры! Радости богачей и впрямь превосходят любое воображение.Реакция У Фэя, без сомнения, пришлась Гу Фаню по душе. Тот легко кашлянул, скрывая улыбку, но всё же продолжил подначивать:

— Слышал от Тан Мина, что ты его любимый ученик, вот и думал, будто ты человек бывалый и тебя ничем не смутишь. Почему же ты ведёшь себя как зелёный новичок, впервые выбравшийся в свет? Пришёл сюда — значит, он должен был всё тебе объяснить. С кем-то раньше уже работал? И ещё: какие у тебя требования к контракту?

У Фэй, услышав, что разговор зашёл о деле, быгло сглотнул чай. Ему показалось, что вопросы звучат несколько странно, но он всё же ответил честно:

— Профессор Тан обрисовал ситуацию в общих чертах. Мне кажется, что в первые два года учебы в университете всё же стоит сосредоточиться на самосовершенствовании, поэтому раньше я нигде подрабатывать не брался. А контракт подойдёт самый обычный, никаких особых требований у меня нет.

— Разве для такого дела нужно самосовершенствование? — Гу Фань был сбит с толку. Он слегка приподнял брови, а в воображении уже всплывали яркие сцены из различных фильмов для взрослых.

— Ну конечно! Разве где-то не требуется самосовершенствование? Прогресс рождается из накопленного опыта. Если неудобно разбирать сценарий, можете дать мне какое-нибудь пробное задание, и я сыграю прямо перед вами.

— Не нужно! — в районе висков у Гу Фаня запульсировала жилка. На душе скребли кошки: он испытал невыразимое разочарование. И надо же было так просчитаться — он ведь и вправду купился на это солнечное, честное лицо У Фэя. Неужели нынешние студенты театральных вузов и правда настолько испорчены?

— Насчет выступления... забудь. Раз уж у тебя нет никаких требований к контракту, тогда я озвучу свои. На время действия контракта тебе нужно будет переехать ко мне, а пока ты не получишь степень бакалавра, тебе запрещено брать любые роли. Если тебя всё устраивает, в ближайшие дни выкрои время и пройди полное медицинское обследование. Карманные деньги я буду переводить регулярно, а когда закончишь учебу, я помогу тебе устроиться в любую компанию, какую захочешь.

Чем дальше слушал У Фэй, тем страннее ему всё это казалось. Его брови сошлись на переносице так крепко, что между ними запросто мог бы застрять комар:

— Вы… случайно, ничего не путаете? Я пришёл обсудить актёрский контракт.

— А? Актёрский контракт? Разве Тан Мин тебе ничего не объяснил? Я собираюсь предложить тебе сделку другого рода.

Хотя У Фэй и догадывался о чём-то подобном, услышать это впрямую было всё равно что получить зависший компьютер. Пару дней назад Тан Мин сам вышел с ним на связь и сказал, что исполнитель роли второго плана в ремейке неожиданно слился. Теперь съёмочная группа по всему свету ищет новичков, но режиссёр всех отвергает под предлогом профессионального несоответствия. Тан Мин же высоко оценивает его потенциал, к тому же у него есть особые связи. Так почему же всё свелось к такому сомнительному контракту?

И вообще, этот мужчина перед ним сошёл с ума? Пусть он сам по себе парень не хуже других, но с такой внешностью и фигурой содержать кого-то — это благотворительность или в убыток себе? У него часом нет какой-нибудь неизлечимой болезни, из-за которой он может быть только снизу? Или, может, ему на самом деле по душе жесткие БДСМ-игры?

На одно мгновение голову У Фэя заполнили самые пошлые мысли.

Гу Фань и сам не ожидал, что Тан Мин окажется настолько ненадёжным. Понятия не имея, как тот умудрился заработать хоть какую-то репутацию в кругах шоу-бизнеса, он мог лишь тяжело вздохнуть и признать своё невезение.

Слегка успокоившись, он произнёс:

— Раз уж Тан Мин толком ничего тебе не объяснил, теперь я скажу всё прямо. Кружить вокруг да около мне лень. Меня зовут Гу Фань, и в этих кругах у меня всё же есть определённый вес. Ты мне кажешься интересным, но на ухаживания у меня нет ни времени, ни терпения. Если ты будешь моим, то деньги и связи — всего этого будет вдосталь. Достаточно понятно объяснил?

Дослушав Гу Фаня, У Фэй не раздумывал ни секунды и сразу же вежливо отклонил его предложение:

— Простите, господин Гу. Во-первых, я хотел бы поблагодарить вас за то, что вы нашли меня... интересным. Но я, пожалуй, не смогу согласиться на этот... э-э-э... контракт.

Ответ У Фэя не принёс Гу Фаню удовлетворения. Вернее, недовольство перевесило удивление: спрятанная под столом рука беззвучно отбивала на бедре похожую на симфонию дробь, а взгляд стал жёстким и колючим.

— Почему? Ты должен понимать: с такими условиями, как у меня, многие согласились бы делить со мной постель, даже если бы я не платил ни гроша. Или ты не принимаешь мужчин?

У Фэй не мог постичь причуды богатеев. Шоу-бизнес — мутная водица, и он никогда не тешил себя иллюзиями, будто сможет войти туда чистым и выйти таким же непорочным. Но раз уж ты такой крутой, к чему эти игры с содержанием? Разве нельзя нормально завязать отношения? Содержание что, и вправду куда острее? Деньги что, и вправду карманы жгут?

Однако все эти мысли У Фэю пришлось загнать глубоко внутрь. Он поднял чашку с чаем стоимостью в миллион, осушил её до дна, чтобы набраться храбрости, и продолжил:

— Ваши условия и правда очень заманчивы, я и сам тронут. Если бы у меня не было девушки, я бы непременно согласился. Но...

На самом деле сексуальная ориентация У Фэя не отличалась строгой определенностью — можно сказать, что его не особо волновало, мужчина это или женщина, ведь по-настоящему он еще никого не любил. Но из-за не слишком радостного детства жажда успеха волновала его куда меньше, чем создание уютного семейного очага. Чжуан Юйцянь была красива, умна, происходила из простой семьи, и всё в ней идеально соответствовало его мечтам об идеальной жене. Поэтому, когда она сама сделала первый шаг, он не стал отказываться. Начав встречаться, он изо всех сил старался дать Чжуан Юйцянь всё, чего она желала, и быть для неё достойным парнем.

Отказ от любых соблазнений и верность своей второй половинке, разумеется, были частью этого.

Можно сказать лишь одно: Гу Фань появился совсем не вовремя.

http://bllate.org/book/26377/3157135