Готовый перевод My Villainous Junior Brother Secretly Loves Me / Младший брат-злодей тайно в меня влюблен: Глава 10

Сюэ Лан со жуткой гримасой на лице уставился на этот толстый фолиант и проскрежетал зубы:

— Это ты такой. Дай мне хоть полмесяца, и то не зазубрю!

— Если говорить обо мне, — вежливо ответил Мэн Чэнь, — то мне, пожалуй, хватило бы пары-тройки часов.

Он обладал способностью запоминать всё с первого взгляда, поэтому на зубрежку никогда не тратил много времени.

Сюэ Лан: «…»

Глядя на невыразительное выражение лица юноши, Мэн Чэнь тихонько кашлянул и произнес:

— Хм… Экзамен уже через три дня, может, начнем прямо сейчас?

Сюэ Лан не сразу сообразил:

— Мы?

— Угу. — Мэн Чэнь мягко улыбнулся и ласково добавил: — Я составлю тебе компанию.

***

— Опять неверно.

— Неправильно.

— Начинай сначала.

Сюэ Лан взорвался и яростно захлопнул книгу:

— Я не могу это выучить!

Опасаясь мешать учебе остальных адептов, они покинули Книгохранилище и ушли в ближайшую тихую беседку. Поначалу, услышав в книжном зале мягкий тон Мэн Чэня, Сюэ Лан решил, что это будет какая-то особая методика совместного повторения, позволил затуманить себе разум и последовал за ним сюда, после чего подвергся бесчеловечным духовным истязаниям.

Заблудился в одной букве — учи всё заново, запинаешься — учи сначала, не уловил сути — снова заучивай всё с нуля!

Разве так поступают люди?!

— С меня хватит! — Сюэ Лан взмахнул рукавом, запрыгнул на перила, уселся боком, скрестил руки на груди и холодно усмехнулся: — Подумаешь, какой-то паршивый экзамен по уставу, и что с того, если не сдам? Спорим, ты просто нарочно ищешь повод поиздеваться над моим незнанием!

Мэн Чэнь чинно восседал за каменным столом в самом центре беседки и невозмутимо посмотрел на него:

— Ты уверен, что не хочешь учить дальше?

— Уве-рен! — Сюэ Лан задрал подбородок и с вызовом бросил: — И что ты мне сделаешь?

— Ничего особенного, — еще ласковее ответил Мэн Чэнь. — Но поскольку я твой старший брат, то чувствую ответственность за твою успеваемость. Поэтому, если ты откажешься учить, я просто пойду за тобой в Обитель Падающей Сосны, сяду рядом, пока ты ешь или ложишься спать, и буду раз за разом повторять тебе содержание Устава.

Сюэ Лан: «…………»

То ли от злости, то ли по какой-то другой причине его красивое лицо залилось краской. В ночной темноте это было не так заметно, но при ярком свете покраснение проступило бы куда сильнее.

Мэн Чэнь с улыбкой постучал костяшками пальцев по столу и наконец дождался, пока этот сердитый волчонок спрыгнет с перила, с мученическим видом плюхнется на каменный табурет, раскроет книгу и с несчастным выражением лица принялся читать.

Мэн Чэнь больше не шумел и не мешал ему, лишь тихонько сотворил несколько заклинаний, чтобы отогнать от юноши докучливых летних комаров.

***

Три дня спустя незаметно подоспел день экзамена.

На просторной Площади Умиротворения аккуратными рядами стояла тысяча столов. Площадь разделили на дюжину секторов, и в каждом за порядком следил один из старейшин. Адепты с разных пиков расселись вперемешку, а поскольку все изучали разное, содержание свитков с заданиями у соседей спереди, сзади и по бокам различалось, что на корню пресекало любые попытки подсмотреть или списать друг у друга.

Сюэ Лан сидел на своем месте и краем уха слышал, как две старшие сестры с Пика Изумрудной Зари тихонько переговариваются впереди:

— Кто у нас принимает экзамен?

— Не знаю, надеюсь, не старейшина Бу. Он ужасно строгий.

— Старейшина Юй Нянь любит подремать во время досмотра, вот бы попался он… Ой, мамочки, старший брат Мэн!!

Все адепты увидели, что к ним приближается человек с кипой свитков в руках, и это был не кто иной, как Мэн Чэнь!

Ученики взволноваленно зашептались:

— Почему старшему брату Мэну разрешено следить за экзаменом? Разве ему самому не нужно сдавать?

— Тц, ты кем его воображаешь? Подобные простые теоретические знания он усвоил давным-давно. Занятия адептов Пика Тяньцзи всегда экзаменует лично Бессмертный Владыка Чжунли. Глянь-ка, старший брат Пей вон тоже следит за порядком поодаль.

Те самые две ученицы с Пика Изумрудной Зари и вовсе были готовы расплакаться от восторга и броситься друг другу на шею:

— Ох-хо-хо, оно того стоило! Если бы на меня каждый день так смотрел старший брат Мэн, я бы согласилась пересдавать хоть сколько угодно раз!!

Сюэ Лан молча слушал их болтовню и не удержался от тихого «тц».

Стоит ли оно того?

С экзаменами дело такое: одного раза с головой хватит, а еще пару заходов его сердце точно не выдержит…

Хотя в мыслях он рассуждал именно так, его мысли невольно унеслись к двум прошедшим вечерам. В беседке веял прохладный ночной ветерок, на столе покачивалось пламя светильника, и всякий раз, когда он уставал от зубрежки сухих строчек и поднимал голову, он видел лицо сидевшего напротив юноши.

Это бледное, словно нефрит, лицо отсветах оранжевых свечей казалось теплым, а чистые, безмятежные и нежные глаза отражали трепещущие язычки пламени, будто вмещая россыпь мелких звезд.

До чего же красивый… от него невозможно было отвести взгляд.

Сердце почему-то забилось быстрее. Сюэ Лан взял себя в руки, украдкой поднял взгляд и тут же нос к носу столкнулся с устремленным на него взором Мэн Чэня. Тот смотрел на него, и бесстрастное, холодное выражение его лица слегка изменилось: уголки глаз чуть опустились вниз, словно безмолвно подбадривая.

Сюэ Лан тут же резко опустил голову, схватил выданный ему свиток и принялся бешено строчить кистью.

Писал он быстро, но почерк у него был такой, что на него без слез не взглянешь — точь-в-точь каракули призраков или следы лап дворовой собаки, кривой и косой, просто ужас зрелище. Когда Мэн Чэнь проверял его черновик, он целую чашку чая молча просидел над этим потрясающим воображение божественным почерком, но время поджимало, а красивый почерк за пару дней не поставишь, так что оставалось только смириться.

В экзаменационном зале воцарилась абсолютная тишина, нарушаемая лишь шуршанием кистей по бумаге. Сюэ Лан изначально был не силен в запоминании скучных теоретических постулатов, но стоило строчкам лечь на глаза, как они в его голове преображались в чистый, приятный голос. Он слегка поджал губы и уверенно пошел дальше, выстраивая логику ответов.

Прошло полчаса, приближался час сдачи работ. Адепты торопливо дописывали оставшиеся вопросы, как вдруг посреди тишины раздался изумленный окрик какого-то ученика:

— Сун Ломин, что ты творишь?!

Все адепты подняли головы и увидели, что некий адепт с Пика Учжао почему-то вскочил со своего места, подбежал к соседу сзади, вырвал у того свиток и в два счета изодрал его в клочья!

Сосед сзади явно знал этого парня, и столь неожиданный поступок привел его в бешенство. Он тоже резко вскочил на ноги и яростно выпалил:

— Я знаю, что ты вечно завидовал тому, что я учусь лучше тебя, но как ты смеешь побеждать столь бесстыдным способом?! Жди, старейшина Бу накажет тебя по всей строгости!

Сидевшие рядом ученики, наблюдая эту сцену, невольно посмотрели на Сун Ломина с презрением и гневом. Те, кто знал его ближе, были в курсе: талант к самосовершенствованию у Сун Ломина средний, но вот характер — хуже некуда. Мелкий, завистливый, он вечно любил отпускать ядовитые шпильки в адрес тех, кто успевал по учебе хуже него, а на тех, кто превосходил его в способностях, и вовсе смотрел волком, частенько распуская за спиной гадкие слухи и пакостя исподтишка, так что большинство адептов люто его ненавидели.

Однако Сун Ломин полностью проигнорировал окружающие его взгляды. Лицо его исказилось, глаза налились зловещей багрово-красной кровью, он упорно пялился на своего недавнего соседа, издавая из глубины горла жуткое низкое рычание, похожее на звериное, а затем внезапно выбросил руку вперед, целясь тому в горло!

Сосед никак не ожидал, что тот не просто так испортит чужую работу, но еще и кинется в драку. От шока он замешкался на мгновение, и когда попытался увернуться, было уже поздно. Именно в этот момент он с ужасом заметил, что к его горлу протянулась вовсе не человеческая рука, а покрытая длинными острыми когтями звериная лапа, источающая зловещую ци демонов!

Испуганно взвизгнув, он уже мысленно распрощался с жизнью, как вдруг сверкнула ослепительно-белая вспышка меча, которая в самый последний момент, чиркнув по его шее, отбила проклятую лапу назад!

— Старший… старший брат Мэн!

Мэн Чэнь ударом меча отбросил демона, но тот уже выглядел безумным до крайности. Открытая одежда обнажила кожу, которая на глазах окрашивалась в жуткий багровый цвет, а зрачки превратились в две кроваво-красные бусины. Из его глотки вырвался нечеловеческий вопль, и он безумно бросился прямо на Мэн Чэня!

Внезапное происшествие всполошило весь экзаменационный зал. Лица остальных старейшин переменились, и они бросились на помощь — обладая повышенной чувствительностью к демонической ци, они уже поняли, что перед ними свирепый Кровавый Демон-Вампир!

Кровавые Демоны-Вампиры мастера вселяться в чужие тела: сначала они захватывают плоть, затем подчиняют разум, а вдоволь напившись крови и поглотив духовную сущность жертвы до последней капли, попросту бросают истощенный сосуд и отправляются на поиски новой цели. Если одержимый не сможет вовремя избавиться от Кровавого Демона-Вампира, его ждет неминуемая гибель.

Мэн Чэнь, судя по всему, прекрасно это осознавал. Он не стал продолжать атаку мечом, а лишь молниеносным движением пальцев метнул три изгнавших нечисть талисмана прямо в межбровье Сун Ломина. В талисманы была вложена мощная очищающая сила мастера на Ступени Зарождающейся Души, и Кровавый Демон-Вампир не выдержал — с пронзительным воплем его вышвырнуло из чужого тела!

В воздухе извивалось длинное, гибкое и мягкое тело демона. Оно было сплошь темно-красного цвета, без черт лица и конечностей, напоминая текучую вязкую реку крови. Жутко извиваясь и клубясь в вышине, тварь мгновенно присмотрела себе новую жертву, и её длинный силуэт, сорванный с тетивы лук, стрелой метнулся к другому ученику!

Но Мэн Чэнь не собирался давать ей второй шанс.

Кровавый Демон-Вампир двигался быстро, но его меч — еще быстрее.

Адепты почувствовали, как на них обрушилась мощная, пронзительная волна холода, и инстинктивно отпрянули на несколько шагов назад, затаив дыхание. В этот миг густая сеть мерцающих бликов меча окутала Кровавого Демона-Вампира со всех сторон. В движениях клинка не было бушующей стихии или сокрушительной мощи — напротив, они казались удивительно тихими и бесшумными, но всего за один вдох демона разрубили на бесчисленные кусочки.

Оставалось лишь признать, что владение приемами меча и управление духовной силой у того, кто нанес удар, достигли абсолютного совершенства.

Кровавый Демон-Вампир рухнул на землю грудой кровавых ошметков, и не успели адепты прийти в себя от пережитого ужаса, как эти темно-красные куски вновь зашевелились, собираясь срастись воедино!

Сидевшие ближе всех адепты побледнели от страха, однако Мэн Чэнь ничуть не удивился. Держа меч наизготовку, он шагнул вперед и кончиком лезвия легонько надавил на один из ошметков…

Все кровавые куски вмиг замерли, постепенно меняя алый цвет на угольно-черный — на этот раз тварь была уничтожена окончательно и бесповоротно.

Кто-то из адептов облегченно выдохнул и с восхищением спросил:

— Старший брат Мэн, как вы отыскали его уязвимое место?

— Хоть у Кровавого Демона-Вампира нет ни лица, ни головы, его истинный мозг спрятан глубоко в туловище, — Мэн Чэнь подцепил кончиком меча темный кусок плоти. — Демоническая плоть темно-красная, и та её часть, что отливает ярко-алым, и есть его мозг.

Адепты тотчас всё поняли и наконец отпустили тревожно застрявшее в горле сердце.

И хотя всё обошлось относительно благополучно, а Кровавого Демона-Вампира уничтожили в мгновение ока, каждый понимал, насколько всё было серьезно. На площади находились тысячи адептов, и любой из них мог стать мишенью для вселения. Если бы не невероятная скорость меча Мэн Чэня и его знание слабых мест чудища, еще неизвестно, сколько учеников погибло бы.

Сун Ломина, поскольку демон пробыл в нем недолго и не успел нанести серьезного вреда телу, немедленно отправили к лекарям. Убедившись в безопасности остальных адептов, старейшины перевели дух, но тут же вспыхнули с новой силой — особенно старейшина Фу Янь, отвечавший за дисциплину, чье старое лицо позеленело от гнева:

— Откуда вообще взялся этот Кровавый Демон-Вампир? С каких это пор в Секте Тайюань беспрепятственно бродят демонические твари, а мы ни о чем не ведомы?!

— Где как, а вот… — вдруг вспомнил Юй Нянь. — В Книгохранилище на восьмом этаже запечатан один такой Кровавый Демон-Вампир.

Хотя Кровавые Демоны-Вампиры суть творения нечисти, из их крови можно варить пилюли, действующие по принципу «клин клином вышибают». Поэтому несколько лет назад, когда адепты Секты Тайюань спускались с гор на борьбу с нечистью, они живьем поймали одну тварь, заперли в запечатывающий сосуд и наложили несколько слоев охранных заклятий, оставив на восьмом этаже Книгохранилища на случай нужды в алхимии.

Все эти годы всё было спокойно, и с чего бы этой твари вдруг самой выбраться наружу?

Здесь явно таился какой-то подвох!

Дело пахло керосином, и старейшины, не смея относиться к нему спустя рукава, немедленно приступили к расследованию. Число людей в Секте Тайюань, занимающих положение старейшины и выше, можно было пересчитать по пальцам — всего чуть больше двух десятков человек. Каждого из них допросили, и все они подтвердили, что в последнее время никто из них не поднимался на восьмой этаж Книгохранилища.

Если это не старейшины, значит, виновен кто-то из адептов.

Незаконное проникновение в запретную зону, выпуск на свободу демонической твари и чуть не случившаяся катастрофа — независимо от того, было ли это сделано умышленно или по небрежности, проступок тянул на тягчайшее преступление, за которое полагалось суровейшее наказание!

— Кто в последние дни самовольно вламывался на восьмой этаж Книгохранилища?! — Свирепый ликом старейшина дисциплины пустил в ход духовную энергию, и его раскатистый голос, подобно удару колокола, громыхнул возле уха каждого адепта Секты Тайюань. — Немедленно сознавайтесь!

Адепты замерли, боясь вздохнуть и не смея издать ни звука. В этот самый момент одна фигура шагнула вперед.

Мэн Чэнь слегка дрогнул взглядом, переводя его на того смельчака.

Сюэ Лан же не смотрел на него. Уткнувшись глазами прямо в старейшину дисциплины Фу Яня, он твердо произнес:

— Отвечаю старейшине. Позавчера вечером я собственными глазами видел, как старший брат Мэн поднимался на восьмой этаж Книгохранилища.

http://bllate.org/book/26374/3156866