Готовый перевод My Wife Left Me Because of BL Tropes / Развод отменяется: как сбежать из собственного романа: Глава 6

Внезапное внедрение системы полностью перевернуло планы Шэнь Цюя.

Изначально он хотел первым делом дистанцироваться от Лу Циньби, чтобы они оба побыли врозь и немного остыли.

А со временем Лу Циньби сможет разглядеть истинную суть этого брака.

Шэнь Цюй отложил ручку, перед глазами, словно в калейдоскопе, промелькнули обрывки воспоминаний: насмешливые, жалостливые, завистливые...

Бессознательно скручивая пальцами уголок учебника математики, Шэнь Цюй опустил голову. В конце концов, содержание той внесюжетной главы растревожило его душу; он собрал со стола все книги, умылся и лёг в постель.

Шэнь Цюй был приходящим учеником, и дома часто никого не было. На полке для обуви стояла коробка для мелочи, откуда брали деньги на обеды и книги. В последнее время Шэнь Хай и Ли Янь были заняты бракоразводным процессом, и оба, казалось, забыли выделить Шэнь Цюю карманные деньги.

Он нашёл в ящике стола сэкономленные ранее сбережения, но этой суммы надолго не хватило бы. Не считая математики и английского, от школьных знаний у Шэнь Цюя осталось лишь смутное воспоминание; ему предстояло заново восполнить пробелы в знаниях, а заодно найти подработку.

На следующий день.

Лу Циньби сидел на последнем ряду, его стул был сильно отодвинут назад: левая нога согнута и закинута под парту, а травмированная правая небрежно вытянута наружу. Уполномоченный по труду как раз распределял дежурство: номера с двадцать первого по двадцать пятый. Шэнь Цюй шёл под двадцать третьим, а Лу Циньби — под двадцать шестым, как раз разминувшись.

Лу Циньби прищурился и бросил Ши Аню:

— Завтра твоё дежурство, где наш общественный участок?

Ши Ань ответил:

— Зона турников на спортплощадке, послезавтра я тебя подменю.

— Нет. Давай поменяемся, завтра моя очередь.

Ши Ань на мгновение задумался, вспомнив, что у Шэнь Цюя завтра тоже дежурство. Он никак не мог взять в толк их отношения, но всё же кивнул:

— Брат, ты только поосторожнее там.

Проводив взглядом ряд затылков, Лу Циньби подпёр подбородок рукой и уставился на Шэнь Цюя, сидевшего на другом конце класса.

Каждое задание ограничивалось определенным временем, и в этот раз требовалось уложиться в три дня.

Лу Циньби не был уверен, правду ли говорят системные подсказки о том, что Шэнь Цюю некому носить еду, поэтому перед выходом в школу он тщательно приготовил завтрак.

Шэнь Цюй похудел. Лу Циньби мысленно похвалил диетолога, которого нанимал раньше: за несколько лет брака цвет лица у Шэнь Цюя стал намного лучше.

Увидев массивный термос, занимавший половину парты, Шэнь Цюй слегка вздрогнул.

Это словно напоминало ему, что от некоторых вещей никуда не деться: Лу Циньби уже начал по расписанию носить ему еду, так что теперь...

Шэнь Цюй глубоко вздохнул и запихнул термос под парту. Он думал, что Лу Циньби от силы захватит с собой пачку молока и булочку, но термос — это было уже слишком.

— Кхе-кхе! — Лу Циньби метнул свирепый взгляд, выражая крайнее недовольство. По одному лишь цвету губ Шэнь Цюя он понял, что тот толком не позавтракал.

Что за дурная привычка, надо от неё отучать.

Раньше он мог отправить диетолога доставлять профессору Шэню каждый приём пищи, значит, и сейчас сможет принести лично!

Ученики с задних рядов от этого резкого кашля Лу Циньби разом перепугались, приняв его за какого-нибудь внезапно нагрянувшего директора, и дружно обернулись.

Лу Циньби отвёл взгляд от Шэнь Цюя и невозмутимо произнёс:

— Горло болит.

У Шэнь Цюя сработал условный рефлекс: он хотел достать телефон, чтобы отправить Лу Циньби смс о том, что он начал есть. Но рука, нырнув в карман, вдруг вспомнила, что теперь за его трапезой следит не диетолог, а сам Лу Циньби.

Он помнил, как в первое время после свадьбы питался нерегулярно, вечно откладывая еду на потом, пока не закончит текущие дела. Заметив это, Лу Циньби просто приставил к нему диетолога, который каждый день к полудню приносил свежий обед прямо в школу.

Диетолог дожидался, пока Шэнь Цюй всё съест, и докладывал Лу Циньби. Шэнь Цюй терпеть не мог, когда за ним кто-то наблюдает, поэтому каждый раз отправлял Лу Циньби сообщение, что он приступил к еде.

Только получив смс, Лу Циньби милостиво разрешал диетологу уйти.

Некоторые привычки вростают в жизнь, становясь подобными инстинктам.

Позже, когда Шэнь Цюй узнал о белом лунном свете и решил, что каждый в окружении Лу Циньби в курсе их прошлого, он старался держаться подальше от круга общения Лу Циньби и даже запретил носить еду.

Шэнь Цюй огляделся по сторонам: есть в классе явно было неэтично. Во избежание новых выходок со стороны Лу Циньби он отправился обедать в соседнюю комнату отдыха.

Термос состоял из двух ярусов: внизу была белая каша, а сверху — варёные овощи, яйцо, говядина и крупные креветки.

Шэнь Цюй немного посидел, глядя на ярко-красные креветки: чистить их здесь было неудобно.

Лу Циньби отклонил предложение Ши Аня налить ему воды, прихрамывая ввалился в комнату отдыха и мимоходом прикрыл за собой дверь.

Шэнь Цюй поднял на него глаза:

— Я уже ем, ты чего пришёл?

Лу Циньби с досадой на лице протянул:

— Утром уходил в спешке, прихватил креветки, не очистив от панциря. Пришёл почистить тебе.

— Я могу их не есть, — жестко ответил Шэнь Цюй.

Лу Циньби возразил:

— Тогда питательных веществ не хватит.

С этими словами он неизвестно откуда извлёк одноразовые перчатки, разорвал упаковку, надел их и с довольным видом принялся счищать панцири.

Очистив креветку, он тут же поднёс её прямо к губам Шэнь Цюя:

— Открой рот.

Шэнь Цюй не шелохнулся.

Лу Циньби потёрся нежным и сочным мясом креветки о его губы:

— М?

Шэнь Цюю пришлось приоткрыть рот. Он был абсолютно уверен, что этап с чисткой креветок входил в изначальный план Лу Циньби: какая там спешка, нарочно ведь всё подстроил!

Накормив Шэнь Цюя до полного удовлетворения, Лу Циньби вытащил из левого кармана школьной формы целую пригоршню мятных конфет и сунул их в парту, а затем из правого кармана достал целую пачку перчаток и тоже закинул в ящик, очевидно, превратив это место в постоянный пункт кормления.

Наблюдая за его манипуляциями, Шэнь Цюй почувствовал лёгкую головную боль.

— QR-код, — произнёс Шэнь Цюй.

Лу Циньби молниеносно открыл интерфейс добавления в друзья: его жена наконец-то соизволила его добавить!

И правда, чтобы покорить сердце мужчины, нужно прежде всего покорить его желудок.

Шэнь Цюй равнодушно покосился на него:

— Код для получения средств.

Лу Циньби взбеленился:

— Это что ещё значит?

Шэнь Цюй ответил:

— Деньги за завтрак.

Встретившись взглядом с ясным и непреклонным взором Шэнь Цюя, Лу Циньби разъярился ещё сильнее и ухватил его за подбородок:

— Почему бы тебе просто не выплюнуть всё обратно!

Шэнь Цюй обронил:

— Можно и так.

Лу Циньби чуть не задохнулся от злости:

— Завтрак стоит пятьдесят юаней, а мои услуги официанта — пятьсот чаевых.

Это уже больше походило на грабеж среди бела дня.

Безмолвный Шэнь Цюй отсканировал код для оплаты. На экране высветилось: платеж не прошёл.

Не меняя выражения лица, он отсканировал его повторно и перевёл ровно пятьдесят.

— Чаевых не будет.

Брови Лу Циньби сошлись на переносице. Хотя Шэнь Цюй действовал быстро, он успел заметить остаток на балансе — 59,9 юаня.

С чего это его жена такая бедная?

У Шэнь Цюя было сильное чувство собственного достоинства, поэтому Лу Циньби пока не смел возмущаться, решив сначала во всём разобраться. Ещё до свадьбы, когда Лу Циньби водил его в дорогие рестораны, Шэнь Цюй настаивал на раздельном счете. Когда же Лу Циньби предлагал сходить в обычное заведение, чтобы уменьшить расходы Шэнь Цюя, тот всё равно отказывался.

Каждое свидание в ресторане вызывало у Лу Циньби чувство вины: ему казалось, что он проедает полумесячный заработок Шэнь Цюя, и перед лицом изысканных деликатесов кусок застревал в горле. Тогда-то он и задумал поскорее сделать предложение — после заключения брака имущество станет общим, и Шэнь Цюй перестанет с ним мелочиться из-за раздельных счетов.

Спрятав термос, Лу Циньби последовал за Шэнь Цюем.

У самого выхода Шэнь Цюй внезапно обернулся. Шли они вплотную, и его лоб скользнул по губам Лу Циньби.

Шэнь Цюй отпрянул так, будто его ударило током.

Лицо Лу Циньби слегка потемнело: от чумы он так не шарахался?

— Не нужно меня жалеть, я найду подработку.

Поняв причину внезапного молчания Лу Циньби, Шэнь Цюй решил высказаться напрямую:

— Мои родители в последнее время слишком заняты и им некогда мной заниматься. Я уже совершеннолетний и не хочу протягивать к ним руки за деньгами.

В воображении Лу Циньби мгновенно нарисовалась картина, как Шэнь Цюя на подработке обижают все кому не лень.

От холодного пота у Лу Циньби промокла спина:

— Ни за что, я сам тебя обеспечу. Нет, я займу тебе денег.

Шэнь Цюй окинул его странным взглядом:

— Развод означает разрыв всех финансовых связей.

У Лу Циньби начинала болеть голова при одном только слове развод, однако он не смел давить на Шэнь Цюя слишком сильно — раз уж система с таким трудом предоставила ему шанс, нужно воспользоваться им по максимуму.

Лу Циньби примирительно сказал:

— Ладно-ладно, давай сначала на уроки.

На крайний случай, куда пойдет Шэнь Цюй, туда пойдет и он — будут вместе тарелки мыть.

Всю первую половину дня Лу Циньби наблюдал за Шэнь Цюем и заметил, что тот едва прозвенит звонок, как начинает собирать рюкзак, очевидно, собираясь на поиски подработки во время большого перерыва.

Лу Циньби поспешил следом, но тут же вспомнил, что хромает.

Черт.

Ему пришлось позвать водителя, чтобы тот медленно ехал следом за Шэнь Цюем.

Увидев, как Шэнь Цюй проходит мимо небольшой забегаловки с замасленной вывеской, Лу Циньби тревожно сжалось сердце.

Хозяин этого заведения, лысый мужчина, как раз жарил перцы с голым торсом — целая казан огромных красных перцев дымилась так, что от одного запаха в машине защипало в носу. Шэнь Цюй не переносил острую пищу, и если бы он устроился сюда на подработку, то, наверное, каждый день от перцового духа ходил бы с красными, как у кролика, глазами. Его белоснежные утонченные пальцы целыми днями мыли бы жирные тарелки, а раскаленное масло из котла покрывало бы кожу волдырями...

Нет, ни в коем случае.

Сжав кулаки, Лу Циньби увидел, как Шэнь Цюй прошел мимо, даже не замедлив шаг, и с показным безразличием сунул руки в карманы.

Ах, значит, не заходит.

Пройдя ещё сто метров вперед, Шэнь Цюй свернул за угол, к небольшому караоке-клубу.

Сердце Лу Циньби снова подпрыгнуло. Это заведение попадалось ему на глаза в переписке с Ши Анем: из-за близости нескольких школ бизнес там шёл неплохо, а хозяин промышлял нечестными деньгами, торгуя среди ночи алкоголем и сигаретами для школьников круглые сутки.

Если Шэнь Цюй устроится сюда на подработку, то после месячных тестов недоучки, едва набирающие двести пятьдесят баллов на экзаменах, напьются до беспамятства, увидят перед собой свежего, тонкогубого и белокожего отличника и, поддавшись мрачной зависти, выльют на Шэнь Цюя вино...

Да он прикончит ублюдка собственными руками!

От собственных фантазий Лу Циньби разъярился настолько, что у него подскочило давление, а кожаное сиденье под ним деформировалось от сжатия.

Ни в коем случае, его жена не должна страдать в таком месте!

Шэнь Цюй уже давно заметил машину, которая тянулась за ним на почтительном расстоянии целых десять минут. В прошлый раз, когда за ним вот так следовали... в машине сидел всё тот же Лу Циньби.

Тогда президент Лу преследовал его главном образом для того, чтобы подстроить случайную встречу на дороге домой.

Шэнь Цюй чувствовал легкую досаду, но прекрасно понимал, что то, как Лу Циньби до сих пор не вмешивался в его подработку, уже можно было назвать сдержанностью.

Бросив боковой взгляд на Лу Циньби, Шэнь Цюй на секунду задержался у рекламного щита в арочном проеме лестницы и решительно поднялся на второй этаж.

А в это время убитый горем Лу Циньби воочию наблюдал, как Шэнь Цюй прошел мимо караоке-клуба и вдруг направился на второй этаж.

Черт побери, неужели никто не говорил профессору Шэню, что нельзя забредать в уличные переулки? А вдруг там промышляют похищением людей!

Опираясь на костыли, Лу Циньби бросился в погоню, преодолевая по две ступеньки за раз.

Он-то и рад был перепрыгивать по три, да физическое состояние не позволяло.

Яростно карабкаясь по ступенькам, Лу Циньби даже не заметил, как идущий впереди человек, услышав звук шагов, смиренно сбавил темп.

Успешно догнав его, Лу Циньби глубоко вздохнул и принял строго-родительский вид, но тут же услышал, как Шэнь Цюй четко и последовательно представляется менеджеру: математика за первый, второй и третий курсы без проблем, профильные университетские дисциплины тоже могу вести, давайте я сначала проведу пробную лекцию...

Лу Циньби: «...»

Обернувшись, он уставился на огромную вывеску, висевшую на внешней стене второго этажа: «Подготовка к поступлению в магистратуру от Фули».

Вот чёрт, помутился рассудок от красоты, и он совсем забыл, что его жена — профессор математики!

Тряхнув головой, Лу Циньби поспешно выбросил из головы все те клише из сэньмэй-романов, над которыми ломал голову все четыре утренних урока.

Это же просто кошмар, типичное разбитое корыто из мелодрам со стеклом! Вся эта чушь про то, как некогда гордый любимец небес после встречи снова моет посуду в ресторане! Про то, как заносчивый первый красавец школы при новой встрече вдруг торгует выпивкой в баре!

Мусорный роман! Он серьезно повредил его интеллект!

http://bllate.org/book/26364/3155977