Готовый перевод After School Started, My Arch-nemesis Became My Roommate. / Мой заклятый враг оказался моим соседом по комнате… и влюбился в меня!: Глава 1: «Мой заклятый враг – мой сожитель?»

— Жарко… — донеслось из темноты.

— М-м… не прижимайся так, задушишь, жарко же…

В двухместной комнате общежития Университета А Шэнь Линь, одетый лишь в тонкую майку и шорты, ворочался на кровати.

Хлопковая простыня совсем отсырела от пота. Перевернувшись на другой бок, он неожиданно уперся поясницей во что-то пышущее жаром.

Слипающиеся веки открывать не хотелось, и Шэнь Линь наугад провел рукой по твердому предмету позади себя.

Ощущение… странное.

Дрогнули длинные ресницы. В голову закралась жуткая мысль: неужели вчера он настолько перебрал, что кто-то из парней притащил его к себе и уложил не на ту кровать?

Только он собрался обернуться, как чужая ладонь скользнула снизу вверх по его груди.

Аккуратно подстриженные ногти, тонкая мозоль у основания большого пальца, длинные, изящные пальцы… Такая утонченная кисть совершенно не походила на мужицкую лапу.

Военные сборы закончились, вчера была воскресная вечеринка их группы, где гуляли и парни, и девушки. Шэнь Линь снова опустил взгляд на прижатую к себе руку, и его обдало ледяным потом.

Неужели по пьяни он совершил нечто непростительное?

Вот ведь скотина!

С замирающим сердцем он осторожно повертел головой, глядя назад, и чуть не расстался с душой.

Из-за неудобного угла виднелись лишь длинные ресницы, белоснежная кожа да алые губы.

Это… это же безупречно красивая девушка!

Шэнь Линь похолодел изнутри и, зажмурившись, попытался восстановить в памяти фрагменты минувшей ночи.

Было что-то или нет?

Если было, то почему одежда на нем?

А если не было, отчего после пробуждения чувствуется такая невероятная бодрость?

Он считал себя достойным мужчиной: неважно, дошло ли дело до крайности, раз уж проспал с человеком бок о бок всю ночь, обязан отвечать за последствия.

Шэнь Линь полностью развернулся, разглядел лицо спящего и окончательно окаменел.

Лежащий рядом парень был одет в черный шелковый пижамный кардиган. Верхняя пуговица оставалась расстегнутой, и тонкая ткань слегка расходилась вдоль ключиц, обнажая подтянутую, крепкую грудь.

В такт ровному дыханию под одеждой угадывались отчетливые рельефные мышцы.

Лицо Шэнь Линя исказилось от ужаса.

Пусть хоть кто-нибудь объяснит, откуда здесь взялся Линь Сюйбай?!

Почему он лежит с Линь Сюйбаем в одной постели, да еще и в таких тесных embraces?

Грязно выругавшись, Шэнь Линь принялся отчаянно вырываться.

Мечтал, понимаешь, начать учебу с романтического знакомства, а в итоге влип по вине этого мерзавца Линь Сюйбая.

В старшей школе они учились вместе и не переваривали друг друга на дух.

Линь Сюйбай блестяще успевал по всем предметам. Шэнь Линь от него не отставал, но учителя и одноклассники почему-то души не чаяли именно в этом смазливом выскочке, поддавшись его фальшивому обаянию. Даже дома родители постоянно ставили Сюйбая в пример.

— Ты только посмотри на Линь Сюйбая, какой способный мальчик.

— И почему ты не можешь брать пример с Линь Сюйбая? Вечно дурью маяшься.

— Опять опоздал на урок! Учительница снова звонила нам. А вот Линь Сюйбай…

Под этим непрерывным гнетом Шэнь Линь и прожил все три года старшей школы.

Не успел он разложить кавардак в голове по полочкам, как парень на кровати открыл глаза.

Взгляд Линь Сюйбая, пристальный и тяжелый, таил в себе неопределимую, давящую властность.

В глазах Шэнь Линя это выглядело как нескрываемая враждебность.

Вспыхнув, как порох, он ткнул пальцем парню прямо в лоб и заорал:

— Ты еще смеешь на меня лупиться?! Линь Сюйбай, я тебе русским языком говорю: это моя комната, моя территория! Как ты сюда пролез? Говори правду, иначе за явку с повинной не сочту, в полицию заломлю за взлом!

Сюйбай уставился в потолок, перевел дыхание и только потом повернул голову к Шэнь Линю.

— Четыреста двадцать седьмая – это и моя комната тоже, — абсолютно спокойно ответил он.

Все две недели военных сборов кровать напротив пустовала. Шэнь Линь уже успел посчитать себя везунчиком, выбившим одиночку.

И надо же было появиться наглецу, претендующему на его жилье! Да еще и человеку, которого он ненавидел больше всего на свете.

Шэнь Линь вспылил еще сильнее:

— Твоя, говоришь? А доказательства есть?!

Линь Сюйбай посмотрел на его взъерошенные волосы. Кадык на шее паренька качнулся, а губы тронула легкая ухмылка.

— Не веришь – сходи к дежурному коменданту на первый этаж. Узнаешь, распределили меня сюда или нет.

Шэнь Линь поперхнулся словами и спрыгнул с кровати.

— Ну и что, что твоя?! А на мою кровать ты с какого перепугу залез?!

А ведь он грешным делом подумал, что обнимает милую девчушку!

А в руках оказался этот мужик.

Какая мерзость.

Линь Сюйбай оглядел комнату и небрежно повел рукой:

— А ты протри глаза да посмотри внимательнее. Это моя кровать.

Шэнь Линь перевел взгляд на противоположную сторону.

Его собственное одеяло с принтом космонавта лежало там скомканным комком. Как только закончились муштра и проверки командиров, он ни разу не заправлял постель.

Выходит, это он сам залез к Линь Сюйбаю…

Шэнь Линь облизнул пересохшие губы. Но постойте, разве сам Сюйбай ни в чем не виноват?

Да! Он тоже виноват!

Шэнь Линь вчера был пьян, а Сюйбай-то находился в полном сознании! Видел же, что к нему подселились, почему не спихнул?

Уверенность снова вернулась к Шэнь Линю.

Он уже открыл рот, чтобы высказать это, но Сюйбай неожиданно поднялся, обулся и выудил из мусорного ведра несколько грязных вещей.

— Я не знал, что мой сожитель – ты. И на будущее: не бросай свои нестиранные шмотки на мою кровать, — произнес он, перекидывая вещи через спинку стула.

Это была камуфляжная форма с армейских сборов. Хотя за две недели ее пару раз стирали, в последние дни из-за жары Шэнь Линь пропотел насквозь, отчего ткань на ягодицах и коленях встала колом.

Шэнь Линь с отвращением скривился:

— Выбросил и выбросил, зачем ты их обратно-то тащишь? Мать моя родная…

А носки-то как смердят, сейчас с тошноты скрутит!

В понедельник утром пар по расписанию не было, иначе вчера вся группа не гуляла бы до глубокой ночи.

Со спутавшимся гнездом на голове Шэнь Линь поплелся в ванную. За две недели он привык разгуливать по комнате в чем мать родила, а уж дверь в уборную и подавно никогда не закрывал.

Когда снаружи раздался шум льющейся воды, Линь Сюйбай подошел к дверному проему и, прищурившись, постучал по косяку:

— В комнате ты не один. Будь любезен, закрывай дверь.

И с этими словами громко хлобыснул дверью прямо перед его носом.

Шэнь Линь от неожиданности аж вздрогнул.

— Вот ведь выскочка, — буркнул он, спуская воду. — Мы оба парни, чего стесняться-то? Ханжа недоделанная.

В обед Шэнь Линь демонстративно проигнорировал Сюйбая, который с важным видом сидел за столом и читал книгу, и ушел навалившись на плечо кореша из соседней комнаты.

Едва щелкнул замок, Линь Сюйбай поднял голову. Взгляд его был темным и глубоким.

За две недели военных сборов общительный, веселый и сговорчивый Шэнь Линь успел обзавестись целой оравой друзей.

Их внушительная компания шумной ватагой шагала по аллее, привлекая всеобщее внимание.

— Вау! Какой симпатичный парень в центре!

— Ага, он еще на смотре мужества песню пел, голосище – супер!

— Красавчик… Говорят, его признали первым красавчиком на математическом факультете в этом году. Шэнь Линь зовут.

— И лицом хорош, и учится отлично, и имя красивое. Настоящий эталон среди парней!

Шэнь Линь сощурился, впитывая похвалу со всех сторон.

До чего же приятное чувство! Будто вернулись времена, когда он еще не был знаком с Линь Сюйбаем.

Здесь он – центр вселенной и любимец публики. А ярлык «вечно второго» остался в прошлом.

Вдруг шушуканье в толпе стало заметно громче.

— Ого, вы только взгляните! Это кто такой? Он же еще красивее Шэнь Линя!

Шэнь Линь прыснул со смеху, решив, что над ним подшучивают.

В чем-чем, а в собственной привлекательности он был уверен на все сто. Сколько людей он перевидел с самого детства – разве что Линь Сюйбай с грехом пополам мог претендовать на второе место позади него, остальные и рядом не стояли.

Он обернулся.

Навстречу со стороны корпуса шагал Линь Сюйбай – в отглаженной белой рубашке и строгих черных брюках.

От всей его фигуры веяло недоступной, прохладной элегантностью.

Шэнь Линь опустил взгляд и посмотрел на себя:

Цветистые шорты, резиновые шлепанцы…

Мать твою.

Проиграл по шмоткам.

http://bllate.org/book/26313/3308018