Готовый перевод The Empress on the Throne / Моя супруга — император на троне: Глава 5

Линь Сюй, услышав это, взмахнул рукавом и широким шагом направился прямо к Резиденции премьер-министра. Он двигался невероятно быстро, полы его одежд развевались на ходу, и шедшему позади человеку пришлось перейти на бег, чтобы не отставать.

В лунном сиянии, глубоко в Резиденции премьер-министра, Цзинь Ци сидел в кабинете и просматривал государственные доклады. Услышав шум у входа, он торопливо отбросил кисть, нашарил в стороне бамбуковую зубочистку и зажал её в зубах.

Прислушиваясь к приближающимся шагам снаружи, Цзинь Ци мысленно прикинул, сколько времени потребуется Линь Сюю, чтобы войти. В тот момент, когда дверь распахнулась, он лениво провёл рукой по животу, изображая человека, который только что изрядно выпил и плотно пообедал.

— Почему ты так поздно вернулся? — Цзинь Ци окинул взглядом стоявшего перед ним человека. Глядя на невозмутимое прекрасное лицо Линь Сюя, он попытался совместить своё императорское величие с нотками неподдельной заботы. — На речных дамбах что-то случилось?

— Почему Император здесь? — вместо ответа спросил Линь Сюй.

Узкий серп луны уже миновал зенит, наступила глубокая ночь. Во всей округе лишь в кабинете премьер-министра ярко горели огни.

— Я долго размышлял и всё никак не мог обрести душевное спокойствие, поэтому решил временно пожить в Резиденции премьер-министра. Так будет куда удобнее узнавать обо всех переменах без малей demora, чтобы ничего не упустить, — Цзинь Ци лениво откинулся на спинку кресла, и в его движениях проступила развязная, хулиганская нотка, совершенно не подобающая сыну Неба.

Раз уж этот человек посмел плести интриги против него, урезать его карманные расходы и морить пустой рисовой кашей, то и он теперь сядет у него на шее: будет есть за его счёт, жить в его доме, пользоваться его вещами — пусть содержит!

Он ведь Император, подлинный Сын Неба, и он ни за что не поверит, что этот чиновник посмеет выставить его вон.

— Если возникнут какие-либо чрезвычайные обстоятельства, ваш покорный слуга уверен, что чиновники немедленно доложат Императору. Пожалуйста, возвращайтесь во дворец и правьте оттуда, — Линь Сюй перешёл к выдворению незваного гостя.

— Нельзя же так рассуждать. Этот план предложил мой дорогой министр, а значит, он знает о нём лучше всех. Если действительно произойдут перемены, нужно в первую очередь доложить именно моему дорогому министру, чтобы мы могли вовремя обдумать ответные меры, — Цзинь Ци загодя подготовил все отговорки. — К тому же я действительно переживаю и боюсь запоздать с отдачей приказов, поэтому и надумал временно погостить в Резиденции премьер-министра. Благодаря этому столичным чиновникам не придётся бегать туда-сюда между императорским дворцом и резиденцией, и дело не затянется.

Закончив говорить, Цзинь Ци расплылся в ещё более довольной и торжествующей улыбке.

Он поднялся, обошёл письменный стол, подошёл к Линь Сюю и с показной заботой произнёс:

— Если подумать, раз дорогой министр вернулся так поздно, неужели он ещё не ужинал? Эй, подать ужин!

Не дожидаясь ответа Линь Сюя, стоявший у дверей евнух тут же передал приказ дальше, и уже через мгновение на кухне закипела бурная деятельность.

Стражники быстро выставили во дворе перед кабинетом длинный стол и зажгли фонари. Дворцовые служанки в одинаковых одеждах порхали туда-сюда, и вскоре стол ломился от изобилия изысканных яств.

Два сдвинутых вместе длинных стола, несколько десятков неповторяющихся блюд — поистине пестрота и разнообразие красок, ароматов и вкусов.

— Давайте-ка, садитесь скорее, — с широким жестом Цзинь Ци увлёк за собой людей и первым занял место. — Господин премьер-министр — опора нашего Да Юй, его никак нельзя морить голодом, иначе это станет невосполнимой утратой для всей империи, и моё сердце будет разрываться от боли.

Осушив чашу цзю, Цзинь Ци, уже совершенно не скрывая торжествующей улыбки на лице, оглянулся на по-прежнему беспристрастного премьер-министра Да Юй, на чьем лице не было ни гнева, ни радости:

— Чего застыл? Садись давай.

Сказав это, Цзинь Ци бросил взгляд на изобилующие яства и принялся критиковать их почти нарочито задевающим тоном:

— Хоть они всё ещё уступают стряпне придворных поваров из моего дворца, есть это скрипя сердцем всё же можно. Или господину премьер-министру не по душе такие блюда? Если так, я велю их сменить.

Мало того, что он собирался есть за его счёт, жить в его доме и пользоваться его вещами, он ещё и нос воротил!

Стоило ему об этом подумать, как на душе у Цзинь Ци стало необычайно легко и радостно. Он чувствовал, что отмстил за все обиды — так этому наглецу и надо за его прошлые каверзы.

Заметив скрытый подтекст и нарочитые действия Цзинь Ци, Линь Сюй бросил взгляд на спешно подоспевшего управляющего. Тот в ответ лишь горько улыбнулся и покачал головой с таким выражением лица, будто его только что заживо зарезали.

Всем было известно, что премьер-министр Да Юй, Линь Сюй, славится своей честностью и бережливостью. И вовсе не из-за скупости на деньги, а потому что он безумно любил всяческие искусства: цинь, шахматы, каллиграфию и живопись.

Особенно картины и рукописи. Что касается древних трактатов и собраний сочинений, то по их количеству вся казна Да Юй, пожалуй, уступала кладовым Резиденции премьер-министра. Вот только вещи подобного рода, особенно древние манускрипты и знаменитые полотна, во все времена стоили баснословных денег.

Линь Сюй не был богатым купцом и не занимался тайным взяточничеством. Накопить столь внурошную коллекцию редких книг и картин он мог, лишь вложив в неё абсолютно все свои чиновничьи жалованья до последней монеты.

Прислуги в его резиденции было совсем немного: управляющий и стражник — по одному на всю округу. В народе ходили слухи, будто всё своё состояние он спустил на покупку книг и поиски картин.

И хотя посторонние лишь догадывались об этом, управляющий и стражник, служившие при Линь Сюе уже много лет, прекрасно знали: это чистая правда, а вовсе не слухи.

Линь Сюй боготворил книги и живопись. Эти редкие фолианты были его душой, его сердцем, его жизнью. И дело было не только в жалованье — если бы потребовалось, он бы без колебаний позволил отрезать от себя кусок плоти или пустить кровь.

И действительно, когда оба слуги в ужасе и трепете перевели взгляд на хозяина, прекрасное лицо Линь Сюя уже приобрело зловещий синеватый оттенок.

Глядя на растоптанные за этим столом серебряные ляны, за которые можно было бы выкупить целые библиотеки, Линь Сюй чувствовал, как его взгляд леденеет, а сердце сжимается от боли, почти доходящей до удушья.

Заметив состояние Линь Сюя, управляющий и стражник невольно втянули головы в плечи, ощущая легкий мороз по коже. Они понятия не имели, что произошло между этими двумя, но на сей раз их мудрый и грозный Император довел их господина до ручки! Причем в самой свирепой манере.

— Ах да, я тут в твоем кабинете случайно обнаружил два старинных трактата. Одолжи их мне на пару дней, я дочитаю и чуть позже верну, — Цзинь Ци, глядя на почерневшее, словно ночное небо, лицо Линь Сюя, улыбался так хитро, что походил на лиса, и на душе у него стало ещё веселее.

— Ваше Величество, извольте удалиться! — Линь Сюй едва не задохнулся от гнева.

— И не подумаю, — упрямо заявил Цзинь Ци, твёрдо решив никуда не уходить из Резиденции премьер-министра.

Вдоволь наевшись и напившись, Цзинь Ци перед уходом не забыл заглянуть в кабинет и на глазах у Линь Сюя прихватить с собой присмотренные ранее книги, унеся их во временные покои.

Вернувшись в комнату и заперев дверь, Цзинь Ци оперся руками о стол и расхохотался во весь голос. Стоило ему вспомнить перекошенное от гнева, чернее тучи лицо Линь Сюя, как смех уже невозможно было остановить. Насмеявшись до боли в животе, он кое-как добрался до кровати и рухнул на неё.

Во дворе кабинета управляющий и стражник, прислушиваясь к доносившимся издалека раскатам веселья, сидели тише воды ниже травы и боялись даже поднять глаза на своего господина.

— Уберите со стола, и ступайте отдыхать, — холодный голос Линь Сюя разнёсся в ночной тишине. В нём не слышалось ни малейшего следа гнева — всё как всегда.

Услышав его голос, управляющий и стражник наконец осмелились поднять головы.

На лице Линь Сюя не было и тени злости — на нём по-прежнему застыло мягкое и отрешённое выражение, казалось, в мире не существовало сил, способных вывести его из себя.

— Слушаемся, — управляющий стёр со лба холодный пот. — Тогда завтра насчёт Императора...

При слове «Император» шаги Линь Сюя, уже повернувшегося, чтобы идти в свои покои, на мгновение замерли. Лишь спустя пару вдохов прозвучал его ответ:

— Пусть делает что хочет!

— Слушаюсь, — отозвался управляющий.

— Ты встань завтра пораньше, поедешь со мной во дворец, — Линь Сюй перевёл взгляд на стражника.

— Слушаюсь, — покорно ответил тот.

Ранним утром, едва забрезжил рассвет, в Резиденции премьер-министра закипела жизнь.

Цзинь Ци спозаранку отправился во дворец готовиться к утреннему докладу, а следом за ним выехал и Линь Сюй.

Хотя дела по приграничным лагерям обсудили ещё вчера, и все ведомства уже приступили к работе, расстояния между землями были огромными. Вчерашняя суета дала результаты только к сегодняшнему дню — вести наконец разошлись в полной мере.

В провинции Чанлэ уже получили известия и принялись поднимать местный гарнизон. Ответственные за надзор чиновники выехали на места для контроля хода работ, а служащие остальных ведомств без устали сновали туда-сюда.

Некоторое беспокойство у всех вызывало лишь то, что начавшийся вчера вечером проливной дождь в верховьях реки всё ещё не прекращался, да к тому же лил как из ведра. Никто не знал, сколько еще продлится эта непогода.

Если дождь продолжит лить, уровень воды в верховьях поднимется, и речное течение станет ещё бурнее. И ладно бы обошлось без наводнений — быстрое течение лишь сократило бы время переправки грузов. Но была опасность, что воды окажется слишком много и в низовьях внезапно прорвет дамбы.

Такое случалось и раньше, во время сезонных ливней прошлых лет. Если подобное бедствие стрясется сейчас, они окажутся совершенно бессильны.

На утреннем докладе этот вопрос бурно обсуждали едва ли не до самого полудня, пока наконец не объявили об окончании аудиенции.

Выйдя из Цзиньлуаньдяня, Линь Сюй забрал уже ожидавших снаружи людей и привычным неторопливым шагом направился вглубь дворца. Спустя мгновение он скрылся за поворотом галереи.

Когда Цзинь Ци, сбросив императорские одежды, вернулся в Резиденцию премьер-министра и узнал, что Линь Сюй ещё не вернулся, он с удивлением вспомнил события прошлой ночи, и на душе у него вновь стало превесело.

— Как вернется, пусть сразу идет ко мне, — бросил Цзинь Ци и напрямик направился в кабинет Линь Сюя.

Собрание книг премьер-министра действительно не уступало дворцовым хранилищам. Здесь нашлось множество древних трактатов, считавшихся давно утраченными, причем Линь Сюй содержал их в идеальном порядке — сразу было видно, как сильно он дорожит своей коллекцией.

Войдя в кабинет, Цзинь Ци бережно достал взятые им прошлой ночью книги, аккуратно разгладил страницы и поставил их точно на прежнее место.

Он, конечно, хотел позлить Линь Сюя, но вовсе не собирался портить его имущество. Если бы фолианты пострадали, этот педант наверняка бы кровью облился.

Пока Цзинь Ци неспешно прохаживался между книжными шкафами, из коридора донеслись чьи-то торопливые шаги:

— Ваше Величество, беда!

— Что за шум, с чего такая паника?

Прибывшим на всех парах вестником оказался не кто иной, как главный евнух дворца. Он служил при Цзинь Ци уже довольно давно и в обычное время отличался на редкость хладнокровным нравом, крайне редко поддаваясь подобной суете.

— Это... Ваше Величество, скорее возвращайтесь во дворец! — главный евнух отчаянно заломил руки, не зная, с чего начать, и лишь умоляюще приговаривал.

— Вернуться во дворец? — Цзинь Ци нахмурился. Он уж подумал, что на границе снова случилось ЧП, раз уж этот человек в таком испуге с порога завопил о беде.

— Умоляю, возвращайтесь скорее! Если замедлитесь, будет поздно!

— Да что в конце концов произошло?!

— Это... господин премьер-министр... — главный евнух побледнел лицом, и на его физиогномике отразилось полное отчаяние — он просто не представлял, как вымолвить такое.

— Он? — Цзинь Ци мгновенно напрягся. — Что с ним случилось? С ума сойти, кто посмел его тронуть!

— Да не с господином премьер-министром беда, а...

— Хватит ходить вокруг да около, говори прямо, что стряслось? — услышав, что Линь Сюй в безопасности, Цзинь Ци отлегло от сердца, но терпение его подошло к концу. К чему эти заикания?

— Премьер-министр пожаловал во дворец и выловил всех драгоценных карпов-драконов, что вы разводили, Ваше Величество!

— Чего?! — на мгновение Цзинь Ци онемел от изумления.

— Только что господин премьер-министр явился во дворец с людьми, вычерпал весь пруд с вашими любимыми драконьими карпами и велел передать вам вопрос: желаете ли вы отведать их приготовленными на пару или в соусе тушеными в масле?

http://bllate.org/book/26288/3148535