Готовый перевод The Child Can't Be an Admiral / Сын не может быть от адмирала: Глава 8

Трактирщик подбежал и услужливо поинтересовался: — Уважаемый гость, вам что-нибудь принести?

Цзянь Ичэнь увидел его приближение, его рука слегка дрогнула, и послышелся глухой стук — чашка, которую он держал, выскользнула и покатилась по полу.

Трактирщик торопливо присел на корточки, чтобы поднять чашку, но Цзянь Ичэнь поспешно поддержал его: — Не нужно, не нужно, я сам.

— Сидите, я всё сделаю.

Когда трактирщик снова поднялся на ноги, Талисман Правды уже оказался у него на спине — Цзянь Ичэнь справился задуманное.

Он поманил его пальцем, подзывая наклониться, и зашептал на ухо: — Братец трактирщик, ты же знаешь, я здесь человек чужой, мне безумно хочется узнать, какие же великие тайны скрывает этот лес?

Трактирщик замер на полпути, видимо, пытаясь придумать какую-то ложь, чтобы отделаться от него, но из его рта неожиданно сорвалось: — Я состою в любовной связи с ведьмой из этого леса.

Цзянь Ичэнь: «……»

Трактирщик: «……»

На мгновение воцарилась неловкая и тягостная тишина.

Трактирщик первый вышел из себя и, понизив голос, взревел: — Ах ты, коварный инопланетянин, какими уловками ты меня погубил?!

Цзянь Ичэнь подпер подбородок одной рукой, а указательным пальцем другой прикоснулся к губам: — Тс-с, тише, ты ведь не хочешь, чтобы об этом кто-нибудь узнал.

Услышав это, трактирщик опешил и злобно, сжав зубы, уставился на Цзянь Ичэня.

Цзянь Ичэнь изначально хотел просто выудить из него правду, но никак не ожидал, что попадёт в точку. Уголки его губ изогнулись в улыбке: — Братец, расслабься, у меня и в мыслях не было ничего дурного. Давай так: ты подскажешь мне, как безопасно попасть во дворец, а я даю слово защищать твою тайну ценой собственной жизни.

Трактирщик насмешливо фыркнул: — С какой стати мне тебе помогать?

— О? — Цзянь Ичэнь откашлялся и громко произнес: — Уважаемые присутствующие, слушайте все! Я хочу поведать вам… м-м-м!

Трактирщик зажал ему рот ладонью и выволок Цзянь Ичэня наружу. Только оказавшись на улице, он сунул ему в руки зонт, невесть откуда извлеченный: — Держи, возьми этот зонт и отправляйся на поиски того, кто тебе нужен, он поможет!

Зонт был зеленым, выглядел потрепанным и оборванным, и совершенно не было понятно, какая от него польза.

Цзянь Ичэнь хотел было еще что-то сказать, но разъяренный трактирщик круто развернулся и ушел, явно не желая говорить с ним больше ни единого слова.

Наблюдавшая за этой сценой коллегия судей погрузилась в задумчивость.

— Цзянь Ичэнь смог заполучить зонт, поистине удивительно.

— Пусть это и удача, но сообразительности ему не занимать.

Ци Шэнь прищурился, кончиком пальца постукивая по столешнице, и хранил молчание.

Цзянь Ичэнь понятия не имел, для чего нужен этот зонт, но оставаться в деревушке дольше явно не имело смысла, поэтому ему пришлось двинуться в сторону дворца.

Вокруг дворца раскинулся тот самый лес, и едва Цзянь Ичэнь ступил под его кроны, как тут же уловил витавший в воздухе запах крови, которого раньше не было.

— О боже мой, только не это!

На многих стволах деревьев появились следы от пуль и взрывов — с первого взгляда было очевидно, что их оставили товарищи из его отряда в ходе боя с неведомыми тварями.

Но…

Но при наличии следов от обстрела вокруг не было ни единого пятна крови, что вызывало искреннее недоумение.

Цзянь Ичэнь побродил по лесу какое-то время и к своему удивлению не встретил ни единой души. Подумать только, изначально сюда прибыло пять-потолка-шестьсот человек, и каким бы огромным ни был лес, они не могли исчезнуть бесследно.

Стоило ему пройти еще немного, как прежде ясное небо внезапно заволокло тучами, собираясь пролиться дождем.

Цзянь Ичэнь поднял голову к небу и, помедлив, раскрыл зонт, укрывшись под ним: — Неужели он применяется именно сейчас?

Он было подумал, что дождь начнется еще нескоро, но стоило ему раскрыть зонт, как с неба хлынул мощный ливень.

Когда капли упали на землю, Цзянь Ичэнь остолбенел.

В пелене дождевых струй мир предстал совершенно иным: на земле, где прежде не было и следа крови, обнаружились лужи багровой мазни, будто кого-то волокли по грязи. Эти кровавые следы тянулись вдаль, и падающие потоки воды были не в силах их смыть.

На деревьях же красовались не только отметины от пуль, но и жуткие следы от чьих-то мощных клыков.

По мере того как ливень усиливался, в лесу вокруг начали возникать мрачные, зловещие здания, которых раньше здесь не было.

Цзянь Ичэнь задрожал: — Намо Амитабха, чур меня, злые духи и демоны, прочь…

— Бах!

Вдали раздался оружейный залп и грохот взрывов. Со всех концов леса доносились всевозможные звуки, включая яростный рев диких зверей.

Цзянь Ичэнь задумался: — Так вот оно что, все здесь, просто оказываются в одном измерении только во время дождя.

Не успел он додумать эту мысль, как прямо на него из засады выползла змея. Огромное пресмыкающееся достигало трех чжанов в высоту, а его раздвоенный язык непрестанно то появлялся, то исчезал — вид у чудища был крайне свирепый.

Цзянь Ичэнь замер, лихорадочно соображая, не выбросить ли зонт и не вступить ли в смертный бой.

Однако змея проскользнула мимо него и поплыла дальше в глубину леса, словно вообще не замечая человека.

Цзянь Ичэнь погрузился в раздумья. Проводив взглядом удаляющуюся змею и опустив глаза на зонт в своей руке, он пробормотал: — Братец трактирщик, а ты и впрямь отличный парень, клянусь, я непременно сдержу слово и сохраню твою тайну.

Осознав, что в этом лесу его в упор не замечают всевозможные хищники, Цзянь Ичэнь столкнулся с другой серьезной проблемой — он никак не мог выбраться из чащи!

Вспомнив слова трактирщика о том, что ему следует отыскать ведьму, Цзянь Ичэнь окинул взглядом окрестности, разглядывая дома, застывшие под проливным дождем. Неужели ему придется обходить их все подряд и стучаться в каждую дверь?

Поразмыслив на месте, Цзянь Ичэнь внезапно заметил сквозь плотные слои дождевой пелены один домик, в окнах которого горел свет, словно кто-то специально указывал ему дорогу.

Колеблясь несколько мгновений, он решительно зашагал к этому дому.

Всего за происходящим через проекцию наблюдали четверо судей: главнокомандующий флотом, командующий штурмовым отрядом, начальник тылового обеспечения и Ци Шэнь.

Командир штурмового отряда нахмурился: — Этот Цзянь Ичэнь умом тонок, да трусоват.

Главнокомандующий флотом заметил: — Сплошной фарт, великих свершений от него не жди.

Поскольку исход еще не был предрешен, оставалось лишь продолжать наблюдение, однако перспективы Цзянь Ичэня никто не оценивал высоко, ведь в нынешнем испытании лес был лишь легкой разминкой.

Добравшись до хижины, Цзянь Ичэнь еще не успел постучать, как дверь отворилась сама собой.

И пока он нерешительно сомневался, стоит ли входить, из дверного проема выскользнула зеленая лиана и, не дав ему опомниться, втащила внутрь.

Это было самое настоящее грубое насилие: Цзянь Ичэнь шлепнулся носом в пол, и его еще протащили лицом по грязи, отчего захотелось взвыть от обиды.

Хриплый голос произнес: — Так это ты тот самый человек, которого они присмотрели?

Цзянь Ичэнь поднялся с пола, придерживая голову руками: — Вы…

Перед ним стоял обросший седой бородой старик преклонных лет. Вид у него был суровый и мрачный. Вряд ли он мог оказаться возлюбленным трактирщика… хотя кто знает, вдруг у трактирщика были весьма специфические вкусы.

Цзянь Ичэнь кивнул: — Да-да, именно он вручил мне зонт.

Старик окинул его оценивающим взглядом, но всё еще не доверял: — Тогда скажи, умеешь ли ты добывать огонь голыми руками?

— ……

Никогда еще ему не доводилось слышать столь странных требований.

Под пронзительным взглядом старика Цзянь Ичэнь достал из сумки бумажный талисман и про себя зашептал заклинание, заставляя его вспыхнуть: — Умею.

— А призывать молнии умеешь?

— ……Умею.

Цзянь Ичэнь обладал весьма скромными познаниями в магии, и для проведения таких грандиозных ритуалов, как призыв молнии, даже его наставнику требовалось немало времени, не говоря уже о том, чтобы совладать с небесной карой при помощи одного лишь талисмана.

Но, к счастью, подвешенный язык выручал его всегда, и он пустился в откровенные уловки: — Просто сейчас неподходящий момент для призыва молний.

Старик нахмурился: — Почему это?

— Я тут понаблюдал за небесными знамениями: если вызвать молнию сегодня, это принесет величайшее несчастье.

Старик посмотрел на небо, раздумывая, стоит ли верить этим словам, и наконец, когда сердце Цзянь Ичэня уже заколотилось от страха, промолвил: — Ну хорошо, раз тебя привел он, следуй за мной, живо отправимся к принцессе.

Принцессе?!

Цзянь Ичэнь совершенно не поспевал за поворотами этого сюжета, но, заметив, что старик уже поднимается наверх с видом заговорщика, был вынужден набраться храбрости и последовать за ним.

Взбежав по лестнице, он обнаружил в конце коридора дверь. Переступив порог комнаты, они увидели лежащую на ложе женщину.

Старик заговорил: — Она спит беспробудным сном уже десять дней. Через пять дней настанет срок, когда принцесса должна выбрать себе супруга. И тогда, стоить нам лишь подчинить волю принцессы и заполучить статус ее мужа, как Духовная Жемчужина окажется у нас в руках.

Цзянь Ичэнь: «……»

Твою мать, да ты же не любовник трактирщика, ты же террорист-похититель!

Мысли лихорадочно метались в голове, и Цзянь Ичэню, готовому уже завыть от абсурдности происходящего, пришлось сохранить невозмутимый вид: — Тогда я…

Старик прервал его: — Разве ты не человек, посланный мастером-ведьмаком? Чего же ты ждишь, приступай к колдовству, подчини рассудок принцессы!

Цзянь Ичэнь потер подбородок: хотя сердце бешено колотилось в груди, отступать было некуда — он уже ввязался в это грязное дело. Если бы он сейчас признался, что в глаза не видел никакого чертового ведьмака, его наверняка бы прикончили на месте.

Взмахнув рукавом, Цзянь Ичэнь произнес глубоким голосом: — Выйди вон. Когда я творю заклинания, я не выношу, когда кто-то мешает.

Старик заартачился: — Я буду охранять твой покой.

— Кто из нас мастер: ты или я? Если мы упустим благоприятный час из-за твоей медлительности, сможешь ли ты за это ответить? — Цзянь Ичэнь изогнул брови, скопировав учительские манеры на добрых восемьдесят процентов.

Это заявление и впрямь проняло старика.

Стоило старику удалиться, как Цзянь Ичэнь судорожно принялся соображать, как смыться отсюда. Черт побери, он зашел слишком далеко! Старик только что испугался его напускной важности, но вскоре раскусит обман и вернется, чтобы прикончить самозванца — неужели ему суждено расстаться с жизнью в этом месте?

Он заметался по комнате туда-сюда, но на беду это помещение оказалось наглухо запертым, бежать было абсолютно некуда!

И как раз в тот момент, когда Цзянь Ичэнь метался по углам испуганной птицей, его внимание привлекла почивающая на кровати принцесса. Выглядела она прекрасно, вот только была отравлена.

— Может, исцелить ее?

Цзянь Ичэнь почесал в затылке, после чего все же достал из кармана небольшой кинжал, оцарапал палец и капнул своей крови в рот принцессе: — Ваше высочество, запомните мою великую доброту, ладно? Будет лучше, если, очнувшись, вы немедленно отдадите мне эту Духовную Жемчужину…

Не успел он договорить, как погруженная в сон принцесса внезапно распахнула глаза.

— Кто ты?!

Цзянь Ичэнь отпрыгнул назад: — Ты очнулась?

Принцесса медленно приподнялась, окинула взглядом комнату, затем посмотрела на наряд Цзянь Ичэня и неуверенно произнесла: — Неужели ты — тот самый Принц из легенды, которому суждено пробудить меня?

«……»

Нет, ваша высочество, вы часом не перечитали сказок?

Цзянь Ичэнь помотал головой: — Вы ошиблись.

— Но ведь. — Принцесса судорожно сжала тесьму своего платья и горестно проговорила: — Главный ведьмак моего отца предсказал по гаданию, что в этом году явится Принц, который пробудит меня, и именно он станет истинным хозяином, которого ждет Духовная Жемчужина.

Духовная Жемчужина!

Цзянь Ичэнь поспешно шагнул вперед и благоговейно опустился на колени: — Ваше высочество, клянусь, мне нечего скрывать: я не принц, я лишь тот, кто не смог спокойно смотреть на Ваши страдания.

Принцесса опешила: — Это ты спас меня?

Цзянь Ичэнь с чувством кивнул.

На лице принцессы расцвела улыбка. Она бросила взгляд на раненый палец Цзянь Ичэня, затем на его утонченное и смазливое лицо и, слегка зардевшись, отвела взгляд: — Раз ты… спас меня, значит, ты и есть мой Принц.

Наблюдавшие за этим судьи: «……»

Сотни военных, продолжавших вести кровопролитные бои в лесу: «……»

Они все еще сражались насмерть, а некоторые уже успели стать принцами и собирались зятем войти в богатый дом. Ха-ха.

http://bllate.org/book/26268/3146509