Готовый перевод My Fiancé Went Demonic After I Dumped Him / Бросил жениха — теперь он Король Демонов: Глава 11

Цзи Чжэнь шагнул вперед, поднял руку, намереваясь приподнять дверную занавеску, но тут же подумал, что вести себя так будет верхом бестактности. Он огляделся по сторонам, собираясь позвать слугу, но в комнате находился лишь он один.

Из-за занавески снова донесся кашель, да такой надрывный, что больной едва успевал сделать вдох. Цзи Чжэню это показалось неладным, и он решил всё-таки отправить кого-нибудь вовнутрь. Шагнув к выходу, он оперся рукой о косяк и выглянул наружу. Управляющий Чжао только что проводил его сюда, прошло всего мгновение, наверняка он еще где-то неподалеку.

Коридор был пуст, слуг и в помине не было. Сверху падал тусклый красноватый свет — Цзи Чжэнь поднял голову и увидел два бумажных фонаря, которые тихонько раскачивались на ветру.

— Есть тут кто-нибудь? — повысив голос, спросил Цзи Чжэнь. Для такого места, как клан Чэнь, подобное пренебрежение — чтобы рядом с Чэнь Шоусюем не оказалось ни единого прислуживающего человека — было слишком вопиющим нарушением правил.

Ветер качнул бумажный фонарь, и тот с глухим стуком ударился о деревянный столб. Красноватые тени на земле слились с ночной тьмой, тревожно мерцая и переливаясь.

— А-Чжэнь, — донесся из комнаты дряхлый голос Чэнь Шоусюя. — Заходи, потолкуем.

Цзи Чжэнь причмокнул губами. Кончик его языка был прикушен и всё еще немного побаливал; он слегка втянул воздух и даже уловил едва заметный привкус проступившей крови.

— Иду, — отозвался Цзи Чжэнь и, переставив ноги, вновь шагнул вглубь комнаты.

Банкет подошел к концу, и гости расходились по комнатным покоям.

Лян Лэн шел рука об руку с людьми из Виллы Облачной Вершины, беседуя с Шу Инь.

Он был изящен и галантен, держался безупречно, и юная Шу Инь, разумеется, не находила в нем ни единого изъяна, с восторгом и радостью слушая его байки о столице.

Цзян Хэн и остальные почти не встревали в разговор. Шу Инь была мала годами и к тому же девушкой, так что ее живость извиняла многое. Цзян Чжуй и Цзян Ци, хоть и тоже юношеского возраста, лишь навострили уши, молча внимая рассказу.

А Цзян И и вовсе хранил полное молчание.

Лян Лэн ничуть не удивлялся этому — сегодня во второй половине дня, когда он под предлогом обсуждения дел вывел Цзян И на улицу, тот тоже был крайне немногословен. В миру даже ходили слухи, что молодой господин Виллы Облачной Вершины всецело предан Пути и мало интересуется мирской суетой, и теперь это казалось правдой.

В таком положении были свои плюсы и минусы: с одной стороны, Цзян И было совершенно наплевать на их с Цзи Чжэнем помолвку, с другой — молодой господин, судя по всему, вообще не желал связывать себя никакими узами брака.

Сам Лян Лэн тоже не пылал страстью к идее союза между двумя мужчинами, но в императорской семье браки редко заключались по любви — во главу угла всегда ставились лишь интересы.

Ныне здоровье его августейшего отца заметно пошатнулось, и хотя он сам восседал на месте наследного принца благодаря незыблемым правилам первородства и старшинства, отец никогда по-настоящему не ценил его. В придворных кругах зрело множество смутных перемен, исход которых оставался неясным, и ему было необходимо выстроить для себя прочный и надежный путь.

Вилла Облачной Вершины почиталась главой Врат Бессмертных, а все прошлые государственные наставники неизменно выходили из ее стен. Даже император относился к этому с благоговением; если удастся завязать прочные узы с Виллой Облачной Вершины, это придаст Лян Лэну куда больше законных оснований для наследования престола.

Вот только помолвка Цзян И и Цзи Чжэня служила помехой, да и появление Цзи Чжэня в Пограничном городе стало для Лян Лэна полной неожиданностью.

При воспоминании о Цзи Чжэне Лян Лэн невольно вспомнил, как тот за обеденным столом старательно терпел боль, и ему стало почти смешно; на мгновение он даже отвлекся от беседы с Шу Инь.

С улыбкой Лян Лэн обратился к девушке:

— Молодой господин Цзи прибыл вместе с вами?

Ему требовалось четко уяснить характер отношений между Цзи Чжэнем и Цзян И.

Шу Инь скривилась при упоминании Цзи Чжэня. Сначала ей казалось, что тот совершенно не пара ее старшему брату, а после их пикировок с Жо Хуа, в которых она так и не смогла одержать верх, неприязнь лишь усилилась. Услышав вопрос Лян Лэна, она надула губки:

— Нет, встретили его по дороге. Понятия не имею, зачем он приперся.

Легкий ветерок пронесся по двору, принеся с собой зимний ночной холодок, и над стенами раздался чистый, звенящий перезвон одинокого колокольчика.

Люди с Виллы Облачной Вершины замерли как вкопанные.

Цзян И внезапно остановился, резко обернулся и, окинув всех взглядом, бросил:

— Куда делся Цзи Сань?

До этого каждый был занят своими мыслями и никто не задавался подобным вопросом. Теперь же, услышав голос Цзян И, спутники невольно переглянулись, но ответить толком никто не смог.

Мгновение спустя Цзян Ци тихонько проговорил рядом:

— Кажется, молодого господина Цзи окликнул тот самый управляющий Чжао из клана Чэнь, и он не пошел с нами.

Цзян И оглянулся на дорогу, по которой они только что шли: бумажные фонари, висевшие по обе стороны улицы, один за другим гасили приближавшиеся слуги. Тот легкий звон колокольчика прозвучал и растаял, однако любому человеку с Виллы Облачной Вершины было прекрасно известно: этот звук исходил от духовного артефакта на рукояти меча Цзян И, откликавшегося лишь на необычайную демоническую скверну.

Возможно, где-то неподалеку произошла утечка ци демона. Но звон был слишком мимолетным, а для Пограничного города, где ци демона была обычным делом, это вполне мог оказаться и ложный след.

Тем временем Цзи Чжэнь уже стоял перед дверной занавеской. После тех слов, которыми Чэнь Шоусюй зазвал его внутрь, старик больше не проронил ни звука. Из-за занавески по-прежнему доносился прерывистый кашель. Цзи Чжэнь осторожно ухватился за краешек материи и медленно откинул ее.

Кто бы мог подумать, что в своей спальне Чэнь Шоусюй поставил ширму? На шелковом полотне красовались далекие горы и ближние виды — обыкновенный пейзаж, тушью по шелку. Единственное, что сразу привлекло внимание Цзи Чжэня: картина была выполнена вовсе не в черно-белой гамме, ее покрывали алые мазки, то густые, то блеклые, создавая весьма причудливый и жутковатый стиль.

Свечи горели по эту сторону ширмы, так что Цзи Чжэнь прекрасно видел рисунок, но самого Чэнь Шоусюя за ним разглядеть не мог.

И в этот самый момент кашель Чэнь Шоусюя вдруг стал таким яростным и резким, что прозвучал подобно громовому раскату. Цзи Чжэнь испуганно вздрогнул и рефлекторно отдернул руку, державшую занавеску.

Лишенная опоры ткань тут же опала вниз, вновь отрезая его от внутреннего убранства комнаты и возвращая во тьму.

Пламя свечей в комнате качнулось от поднятого занавеской ветерка, резко и зловеще заплясав в темноте.

И тут Цзи Чжэнь снова услышал голос старика:

— А-Чжэнь, заходи же скорее.

Голос Чэнь Шоусюя звучал дряхлея и слабее прежнего, и от этого зова Цзи Чжэню стало не по себе. В голосе старика не чувствовалось жизни — напротив, казалось, от него так и веет могильным холодом.

И всё же, стоило Чэнь Шоусюю заговорить, как пальцы Цзи Чжэня сами собой вновь потянулись вперед. Едва коснувшись занавески, кончики пальцев ощутили, как ткань подалась внутрь.

Через образовавшуюся щель Цзи Чжэнь уловил знакомый, слабый запах крови.

Он принюхался сильнее. На сей раз сквозь просвет в занавеске запах крови не промелькнул и исчез, как бывало прежде, а отчетливо и густо заполнил ноздри Цзи Чжэня.

Неужели Чэнь Шоусюй и впрямь прокашлялся кровью? Охваченный тревогой, Цзи Чжэнь снова поднял глаза к выходу — в коридоре по-прежнему не было ни души, а бумажные фонари под крышей всё так же раскачивались на ветру. Наверное, ночь стала еще темнее, отчего свет бумажных фонарей казался ярче и кровавее — точь-в-точь как та алая ширма, что только что промелькнула перед глазами.

Сердце Цзи Чжэня заколотилось в груди безо всякой видимой причины, и ему вдруг расхотелось заходить внутрь.

Стоило ему сделать шаг назад, как голос Чэнь Шоусюя в комнате резко повысился, переходя на требовательный тон:

— А-Чжэнь! Зайди немедленно!

В этом тоне уже слышлся приказ. Одновременно с этим из глубины комнаты донесся скрежет сдвигаемого стола или стула — будто кто-то поднялся и направился прямо к нему. Следом из-за занавески показалась рука: черная, иссохшая, точь-в-точь сухая древесная ветвь, и лишь на одном из скрюченных пальцев поблескивало нефритово-зеленое кольцо, выдававшее в обладателе живого человека.

Это была рука вовсе не живого человека!

Широко раскрывши глаза, Цзи Чжэнь судорожно отступил на шаг назад, собираясь уже развернуться и пуститься бегством, как вдруг чья-то рука крепко вцепилась ему в плечо сзади!

В ту же секунду сердце едва не выпрыгнуло у него изо рта. Он попытался сделать сноровистый шаг в сторону, чтобы увернуться от хватки неизвестно кого — человека или демона, но противник действовал с удивительной ловкостью: воспользовавшись движением самого Цзи Чжэня, он резко притянул его к себе, так что Цзи Чжэнь с размаху врезался кому-то в грудь.

У Цзи Чжэня при себе был защитный кинжал, и он уже шарил рукой в поисках рукояти — в ситуации, когда спереди подстерегал волк, а сзади подкрадывался тигр, медлить было нельзя ни секунды.

Однако сзади раздался голос:

— Это я.

Голос Цзян И.

Обернувшись, Цзи Чжэнь и впрямь увидел лицо Цзян И. В тот же миг занавеска перед ним бесшумно опустилась на место. Цзи Чжэнь даже не успел перевести дыхание, как изнутри донеслось два глухих стука, а висевший у входа бумажный фонарь погас.

Затаив дыхание, Цзи Чжэнь позабыл о желании выругать Цзян И за то, что тот появляется бесшумно, как призрак; рука, тянувшаяся к кинжалу, сменила траекторию и осторожно обвила чужую талию.

Цзян И, до этого смотревший прямо перед собой и чувствовавшая, как аура нечисти отступает подобно приливу, с мечом наготове уже собирался войти в комнату, когда ощутил навалившуюся тяжесть. Опустив взгляд, он увидел, как две белившиеся руки Цзи Чжэня медленно смыкаются у него на пояснице. Сначала прикосновение было лишь пробным, но стоило пальцам коснуться ткани одежды, как объятия стали мертвой хваткой.

Цзян И чувствовал, как Цзи Чжэнь прижимается всем телом к его груди, буквально повиснув на нем.

С его высоты и при его остроте зрения было прекрасно видно открытый кусочек белой кожи на затылке Цзи Чжэня, смутно сияющий мягким теплым блеском нефрита.

Цзян И на мгновение оцепенел, чувствуя себя крайне неуютно.

— Не нужно так меня обнимать, — тихо произнес он.

Цзи Чжэнь не согласился, да и вовсе не обратил внимания на состояние Цзян И:

— Но мне страшно.

Цзян И смолчал. Цзи Чжэнь скосил на него глаза, заметил зажатый в руке меч, а затем мысленно вернулся к только что спрятавшейся руке в комнате — борьба с нечистью не терпела отлагательств. Цзи Чжэнь тут же разжал руки, шагнул ближе к Цзян И и предложил торги:

— Ладно, если можно просто держаться за руки, я согласен.

Цзян И не нашлось что ответить. Оттолкнув Цзи Чжэня в сторону, он одним взмахом меча рассек занавеску по диагонали, и та бесссильно рухнула на пол.

Свечи в комнате по-прежнему горели, но пейзаж на ширме разительно изменился. Цзи Чжэнь с первого взгляда даже не поверил своим глазам; он яростно замигал, обнаруживая, что рисунок и вправду стал черно-монохромным.

Цзян И поднял левую руку, сложив два пальца вместе, и сделал в воздухе несколько быстрых пассов. Отрезвленно мерцающие свечи внутри комнаты вдруг вспыхнули с новой силой, осветив помещение так ярко, будто наступил белой день.

В этот момент снаружи донесся топот быстрых шагов, и чей-то звенящий голос закричал:

— Хозяин! Хозяин!

Толпа людей во главе со слугами, несшими несколько фонарей, ворвалась в покои.

Управляющий Чжао вошел первым. Увидев Цзян И с обнаженным мечом в руке, он тут же изобразил крайнее изумление и праведный гнев:

— Молодой господин Цзян, что вы творите?! Мой хозяин тяжело болен, а вы здесь распускаете руки?!

Цзян И нахмурился. Управляющий Чжао опередил его, перевернув всё с ног на голову. Ци демона рассеялась, словно падающая звезда, оставив лишь мимолетный след, и оправдаться ему было нечем.

— Это я должен тебя спросить! — Цзи Чжэнь, в отличие от Цзян И, не собирался проявлять сдержанность и манеры. Испытав сильный испуг, при виде управляющего Чжао он высказал всё, что накопилось: — Твой хозяин болен, а куда вы все подевались? Это ты заманил меня сюда, а сам исчез, в комнате же какая-то тварь чуть не лишила меня жизни! Пришел как раз вовремя — ступай внутрь и сам посмотри, что за мерзость там завелась.

Услышав это, управляющий Чжао с недовольным видом процедил:

— Молодой господин Цзи, хотя вы и гость в нашем доме, попрошу выбирать выражения.

Цзи Чжэнь уже твердо убедился, что в этой комнате творится неладное. Вспомнив про те прошлые талисманы — хоть управляющий Чжао и божился, что никого не посылал, свалив всё на давным-давно умершего слугу, — кто поручится, что он говорит правду? Только что вокруг не было ни живой души, а стоило Цзян И собраться в покои, как все как по волшебству объявились. Разве это не странно?

— Куда уж мне выбирать выражения, — с возмущением бросил Цзи Чжэнь и исподтишка дернул Цзян И за рукав, жалуясь полушепотом: — Эта дрянь в комнате еще и накричала на меня. Как думаешь, — шепнул он, советуясь с Цзян И, — можно мне врезать ему разок?

Управляющий Чжао едва не заскжетал зубами от злости: неужели этот наглец думает, что говорит втихомолку?!

Он рассчитывал, что Цзян И не станет потакать подобным выходкам, однако услышал, как Цзян И всерьез задумался, прежде чем ответить Цзи Чжэню:

— Пока не стоит.

Что еще за пока не стоит?!

Управляющий Чжао холодно хмыкнул:

— Молодой господин Цзян и молодой господин Цзи и впрямь идеальная пара.

В его словах сквозила ядовитая ирония — он намеренно бил по больному, пытаясь рассорить их. Цзян И происходил из Врат Бессмертных и вряд ли пылал страстью к навязанному союзу, в то время как Цзи Чжэнь примчался в Пограничный город, и все только и судачили, будто он явился сюда ради Цзян И.

В свете сплетен все думали, что один навязывается сам, а второй шарахается от него как от чумы.

Управляющий Чжао полагал, что даже осознавая подвох, Цзи Чжэнь скорее обрадуется этой шпильке, чем рассердится. Но Цзи Чжэнь, словно на него наложили проклятие, тут же во весь голос набросился на него с опровержением:

— Да как у тебя язык поворачивается такое говорить?!

Кому нужна эта идеальная пара с Цзян И? Только не ему — еще не хватало обзавестись рогами на старости лет. Тот, кто способен изречь подобную чушь, просто чудовищно злобен!

Лицо управляющего Чжао окаменело, он озадаченно уставился на Цзи Чжэня.

Даже Цзян И перевел на него взгляд, отчего атмосфера в комнате мгновенно остыла.

— Кхм, — встретившись взглядом с Цзян И, Цзи Чжэнь сообразил, что сболтнул лишнего и его эмоции явно вышли из-под контроля. Он поспешно попытался вырулить: — Я к тому… Разве нам нужны чьи-то слова, чтобы знать, что мы идеальная пара? Такая глупость!

Эх! — мысленно вздохнул Цзи Чжэнь. После столь неблагоприятных слов ему придется сегодня вечером перед сном как следует прополоскать рот.

Если раньше дерзкие выходки Цзи Чжэня оставались в основном за кадром, то сейчас, на глазах у управляющего Чжао, Цзян И испытывал не столько досаду, сколько крайнюю растерянность. В вопросах изгнания демонов и постижения Пути он всегда просчитывал каждый шаг: за первые двадцать два года жизни его судьба текла строго по плану без малейшего изъяна. Но появление Цзи Чжэня наглядно показало ему, что в этом мире далеко не всё поддается расчету, предсказанию и контролю.

— Раз молодой господин Цзи так настаивает, — произнес управляющий Чжао, — давайте все вместе пройдем внутрь и убедимся своими глазами: сидит там мой господин или какое-то чудище, о котором вы тут толкуете.

Поскольку всё случившееся он видел собственными глазами, Цзи Чжэнь ничуть не боялся и тотчас отозвался:

— И пойдем!

Пока они переговаривались, служанки уже внесли в комнату миску с лекарственным отваром.

Едва Цзи Чжэнь умолк, как две служанки обошли ширму. Сердце Цзи Чжэня подпрыгнуло — ему показалось, что в следующую секунду из-за экрана высунутся две призрачные лапы и растерзают девчонок.

Однако воображаемой бойни не последовало: служанки лишь синхронно отнесли ширму в сторону, открывая взгляду кушетку, на которой с закрытыми глазами, словно погруженный в глубокий сон, лежал седовласый старик.

Черты лица старика были почти благостными, ни намека на демоническую скверну, а по комнате плыл лишь слабый аромат целебного отвара.

Цзи Чжэнь остолбенел. Управляющий Чжао самодовольно зыркнул на него, после чего шагнул к кушетке и мягко потряс старика за плечо:

— Хозяин.

Чэнь Шоусюй приоткрыл глаза. Вид у него был сонным и слегка растерянным, словно он никак не мог взять в толк, откуда здесь столько народа:

— Что случилось? А это еще кто?

Голос его звучал совершенно нормально, больше не выдавая той пугающей хрипоты, что стояла вначале.

Лишь одно оставалось неизменным: выглядывавшие из-под тонкого пледа руки по-прежнему пугали своей иссохшей убогостью.

Цзи Чжэнь повернулся к Цзян И и зашептал на ухо:

— Ты можешь заставить его принять истинный облик?

Цзян И покачал головой:

— Он человек.

Да как такое возможно?! Цзи Чжэнь отказывался в это верить.

Управляющий Чжао еще выше задрал подбородок и со знанием дела подхватил слова Цзян И:

— Мало того, одержимость демонами всегда оставляет следы скверны. Скажите, есть ли хоть капля ци демона на моем господине?

Цзян И честно покачал головой:

— И впрямь нет.

Его взгляд равнодушно скользнул по лицу Чэнь Шоусюя — спокойный, без единой ряби, но бездонный, как океан, словно он видел насквозь каждую живую душу.

Выслушав доклад управляющего Чжао, Чэнь Шоусюй с широкой улыбкой произнес:

— А-Чжэнь всего лишь ребенок, к чему принимать его слова всерьез.

Внутри у Цзи Чжэня всё кипело от злости, но он понимал: раз дело зашло так далеко, а противник держится столь уверенно, спорить дальше бессмысленно — лучше будет расспросить во всем Цзян И наедине.

Раз уж сам Чэнь Шоусюй заговорил в таком ключе, у управляющего Чжао не осталось поводов для разбирательств. К тому же сейчас в дураках остались Цзи Чжэнь с Цзян И, а он сам торжествовал победу.

Поэтому, провожая молодых господ до самых ворот двора, управляющий Чжао остановился на ступенях и наставительным тоном произнес:

— Молодой господин Цзян, молодой господин Цзи, послушайте моего совета: не тратьте силы напрасно в Пограничном городе. Нет здесь никаких демонов — одни люди.

http://bllate.org/book/26260/3145576