Готовый перевод The Unconventional Beautiful Strong Tragic (Quick Transmigration) / Нетипичный «красавец, силач и жертва» (Quick Transmigration): Глава 2

— Я так и знал, что ты, старик, плохо учился, раз даже астрологическую карту вычислить не можешь! — в гневе воскликнул Ся Хайцы. Впрочем, сам он не понимал, почему, произнося эти слова, почувствовал едва заметное облегчение.

Звездный Владыка Тяньмин печально отозвался:

— Но если следовать вектору человеческих судеб, падение Династии Е — это неизбежное требование Небесного Пути, и лидер новой династии уже родился... Почему же в этом мире оказалось сразу два правителя?

— Что ты имеешь в виду? — нетерпеливо спросил Ся Хайцы, который после долгих рассуждений так и не уловил сути его слов.

Среди плывущих облаков, по мере того как они рассеивались, проступали весенние пейзажи мира людей. Звездный Владыка Тяньмин тяжело вздохнул:

— Если Династия Е не падет, мир людей неизбежно погрузится в хаос борьбы двух властителей, что повлечет за собой бесконечные беды. Если мы хотим разрешить эту проблему, сейчас существует лишь один выход.

— Какой?

— Убить нынешнего наследного принца и подбросить на его место никчемного юнца, чтобы снова возвести его на трон в Династии Е. Тогда тупиковая ситуация разрешится, и Небесный Путь будет восстановлен.

***

Дух Ся Хайцы вернулся в физическое тело. Притворившись, что только что проснулся, он увидел, как юный наследный принц как раз тычет пальцем ему в межбровье.

Е Фаньсин невозмутимо убрал руку и под пристальным, полным сложных чувств взглядом Ся Хайцы холодно пояснил:

— Видел, что ты никак не проснешься...

— И решил потрогать мои брови? — усмехнулся Ся Хайцы, протягивая руку и касаясь того места, где только что была ладонь Е Фаньсина. — Вино оказалось слишком крепким, я даже подумал, что еще не протрезвел...

Убедившись, что с ним все в порядке и он действительно просто спал, принц успокоился и взял со стола новую книгу. Ся Хайцы взглянул на нее: судя по всему, слуги принесли еще несколько томов, которые стопкой лежали на столе — все с разными названиями.

— Ваше Высочество очень прилежны, — помолчав немного, с улыбкой сказал Ся Хайцы.

Е Фаньсин поднял голову. Хмель уже выветрился, но лицо все еще горело румянцем, а глаза сияли ясным светом.

— Ты сам говорил, что я — будущий повелитель Поднебесной, разумеется, я не могу позволить себе лениться.

Ся Хайцы опустил взгляд, а через мгновение добавил:

— Верно. Но сегодня день рождения Вашего Высочества, можно было бы не следовать привычному распорядку. Если Вы не против, я мог бы отвести Вас в одно интересное место.

— Сегодня ничем не отличается от других дней, — спокойно ответил принц.

— Но раз уж Ваше Высочество изволили выпить сегодня, значит, день все-таки другой, — улыбаясь, заметил Ся Хайцы.

Е Фаньсин уже через систему узнал, что его существование входит в конфликт с миссией Ся Хайцы. Не зная, что именно задумал наставник, он решил просто подыграть сюжету.

— Хорошо. Только сегодня.

Перед тем как выйти через золотые ворота Цзыгун, юный принц вдруг остановился и оглянулся на старую софору. Ся Хайцы заволновался, но внешне лишь с улыбкой спросил:

— Что еще случилось?

Е Фаньсин просто внезапно вспомнил один сюжетный поворот:

— Государственный наставник предсказывал мне: если я покину Цзыгун до восемнадцати лет, то неминуемо навлеку на себя Небесную кару.

Ся Хайцы не ожидал такого поворота. Пока он лихорадочно придумывал оправдание, принц уже сделал шаг и вышел вместе с ним.

Юный наследник поднял взгляд навстречу солнечному свету, его ресницы едва заметно дрожали, а голос звучал низко:

— Отец-император в это не верит, и я тоже. Я верю тебе.

Улыбка исчезла с детского личика Ся Хайцы. Он молча уставился на Е Фаньсина, словно глядя на монстра или на злого духа из книжных легенд, способного очаровывать людей. В его глазах отразились сомнение и внутренняя борьба.

Е Фаньсин, казалось, не заметил перемены в его лице и сказал:

— Пошли. — Он знал, что это мир богов и демонов, и Небесная кара могла быть реальной, но, имея защиту системы, он, конечно же, осмелился последовать за главным героем по сюжету. В конце концов, в этом и заключался смысл его появления здесь.

Дворцовые стены были высоки и неприступны. Не успел Е Фаньсин отойти от Цзыгун, как подбежал маленький евнух с опущенной головой и предложил им носилки. Ся Хайцы, следовавший чуть позади, увидел, как принц впереди заложил руки за спину и начал перебирать большой палец. Наследник был не таким спокойным, как пытался казаться: он впервые за десять с лишним лет выбрался из Цзыгун, и было очевидно, что он нервничает, хотя и не хотел показывать свою слабость при других.

Дойдя до Северных Военных Ворот, евнухи и свита стражников снова попытались увязаться следом, но Е Фаньсин обернулся и приказал им остановиться, снова взглянув на Ся Хайцы:

— Не смейте идти за мной. Маленький Бессмертный Наставник куда полезнее вас.

Евнухи и стражники, извиняясь, остались позади, а Е Фаньсин, схватив Ся Хайцы за руку, бросился бежать.

Когда Ся Хайцы тайно применил заклинание, чтобы они смогли постепенно оторваться от преследователей, Е Фаньсин обернулся, перевел дыхание и остановился:

— Мы и правда оторвались.

Ся Хайцы слегка улыбнулся:

— Кто это при встрече называл меня мошенником? А теперь зовет Бессмертным Наставником. Ваше Высочество поверили?

Е Фаньсин бросил на него взгляд:

— Кто же верит в этих Бессмертных Наставников? Просто ты мне... более-менее симпатичен. — Если бы он действительно верил в божества, то не должен был бы так легко относиться к Небесной каре. Е Фаньсин все четко для себя уяснил: он должен быть материалистичным принцем, который не верит в духов, снаружи холоден, а внутри страстен и прилежен в учебе.

Ся Хайцы усмехнулся, взял принца за руку и пробормотал: «Прошу прощения». Е Фаньсин даже не успел опомниться, как улицу окутал белый туман. Когда он рассеялся, место вокруг изменилось: они перенеслись от пустых улиц возле Северных Военных Ворот к шумному перекрестку, украшенному красными лентами и золотой фольгой.

Никто не обратил внимания на их внезапное появление. Е Фаньсин стоял с ошеломленным выражением лица, а про себя бесстрастно размышлял, как продолжать эту роль.

— Поверили? — Ся Хайцы, казалось, и сам вошел в детский азарт, склонил голову и улыбнулся. — Вижу, Ваше Высочество устали бежать, так что я доставил нас прямо на место, чтобы сэкономить силы.

Е Фаньсин молча двинулся вперед, оглядываясь по сторонам среди шумной толпы. В его ледяном облике промелькнула капля растерянности — он внезапно заглянул в скрытую сторону этого мира, что вызвало у него опасение.

Прохожие, видя этого юношу, невольно оборачивались — его облик был подобен нефриту, засыпанному снегом, чистому и прозрачному. То, что он годами был заперт в Цзыгун, не помешало небесному свету одарить его особой милостью, и его внезапное появление на оживленной улице приковывало взгляды.

Ся Хайцы ждал его реакции, ведя к красивому небольшому зданию. Е Фаньсин наконец поднял глаза — под длинными ресницами они были холодны, как бездонный омут, в котором невозможно прочитать эмоции. Он некоторое время смотрел на улыбающееся лицо Ся Хайцы и, казалось, повторил свои недавние слова:

— Я верю тебе.

Здание было украшено развевающимися цветными лентами, откуда доносились звуки песен. У входа не было вывески, а порог был чуть выше обычного. Увидев, что они остановились здесь, Е Фаньсин, не раздумывая, шагнул внутрь:

— Что это за место?

Ся Хайцы уже пожалел о содеянном, но стрела была выпущена — еще с тех пор, как пятьдесят лет назад он стал бессмертным, он усвоил эту истину. Внутри пахло благовониями, и, увидев вошедших, к ним с кокетливыми улыбками двинулись женщины, сидевшие у окон.

Е Фаньсин почти сразу отступил на два шага назад и с недоумением посмотрел на Ся Хайцы. Впервые юный принц проявил столь явные эмоции — лед в его глазах, казалось, треснул, но под ним была лишь еще более холодная вода, отчего взгляд стал только пронзительнее. Он отстранился от женщины, которая пыталась его удержать, и, подавляя гнев, переспросил:

— Куда ты меня привел?

Скрестив руки на груди, Ся Хайцы с улыбкой ответил:

— Разумеется, в интересное место. У Вашего Высочества день рождения, что плохого в том, чтобы повеселиться?

Внутри кипело веселье, песни и танцы, вино лилось рекой, а смех женщин, эхом разносящийся среди украшений, расслаблял тело. Е Фаньсин стоял посреди этого хаоса прямой как стрела, некоторое время пристально глядя на Ся Хайцы, словно пытаясь разглядеть его истинные намерения, а затем, не говоря ни слова, развернулся и вышел.

Ся Хайцы вздохнул и пошел следом.

Внутренний монолог Е Фаньсина в это время напоминал поток сообщений в чате: «...Бордель? Я впервые выбрался из дворца, и ты привел меня в бордель?»

Но внешне он оставался холоден как лед. Среди весенней суеты и толпы он шел против течения, и даже с таким ледяным выражением лица он выделялся в людском потоке пугающей красотой.

Ся Хайцы, не отставая, наблюдал за его белыми одеждами и думал: «Может быть, он и правда реинкарнация Звезды Цзывэй? Как смертный может быть настолько хорош собой? Если так, то, когда Звезда Цзывэй вернется на Небеса, я, кажется, слишком сильно обидел человека, с которым мне предстоит иметь дело». Эта ирония немного уняла его тревогу, и Ся Хайцы стало чуть легче.

В толпе Е Фаньсин не останавливался, всеми силами стараясь оторваться от преследователя. Ся Хайцы мог догнать его одним легким движением, но лишь продолжал идти на расстоянии. Юный принц оглянулся, в его глазах вспыхнул гнев, он уже хотел что-то сказать, но выражение лица Ся Хайцы слегка изменилось.

Неизвестно откуда летящая стрела была направлена прямо в Е Фаньсина. Ся Хайцы в мгновение ока оказался перед ним, схватил стрелу рукой и с силой переломил ее. По древку пробежал слабый магический свет, который тут же погас. Пальцы Ся Хайцы были обожжены магией, из раны сочилась кровь.

Толпа вокруг в страхе рассыпалась, опасаясь шальных стрел, и в мгновение ока шумная улица опустела.

Е Фаньсин посмотрел на сломанную стрелу, не в силах вымолвить ни слова. Система уже активировала защитный барьер, но Ся Хайцы рванулся вперед и принял удар на себя. Он глубоко вздохнул, и когда заговорил, в его голосе уже не было злости, лишь холодное равнодушие:

— Ты в порядке?

Ся Хайцы, который злился на произошедшее, вздрогнул, услышав голос юноши, и покачал головой:

— Пустяковая рана, я ведь Бессмертный Наставник. Ваше Высочество все еще сердитесь?

Е Фаньсин помолчал некоторое время, прежде чем сказать:

— Я говорил тебе, сегодня также годовщина смерти моей матери. Я не понимаю. — Юноша поднял взгляд, его зрачки под солнечным светом казались очень светлыми, словно пруд — тихими, сдержанными, лишенными обычных человеческих страстей.

— Тайны Небес нельзя разглашать, — Ся Хайцы посмотрел на облака вдали. — Вашему Высочеству не обязательно понимать все на свете.

Эти слова привели юного принца в ярость. Он больше не проронил ни слова и зашагал обратно. Ся Хайцы шел рядом, и хотя его не выгнали, обстановка была напряженной: на холодном лице Е Фаньсина было буквально написано: «Если бы ты не умел колдовать, я бы тебя давно выгнал». Все было совсем не так, как по приходе.

Ся Хайцы вспоминал свой последний разговор с Звездным Владыкой Тяньмином. Ся Хайцы спросил, есть ли другой путь: принц не был плохим человеком, убить злого демона — одно дело, но убить невиновного — идти против совести. Звездный Владыка долго размышлял, прежде чем ответить: если удастся постепенно лишить принца духовной энергии, превратив в тирана, это тоже можно считать следованием Небесному Пути.

«Принуждать добродетельного к пороку... это вовсе не то, чего я хотел», — вдруг вздохнул Ся Хайцы.

Услышав это и вспомнив о борделе, Е Фаньсин почувствовал, как внутри него вскипает буря возмущения, но внешне он остался холодным и равнодушным, бросив на Ся Хайцы ледяной взгляд.

Ся Хайцы, получив такой холодный взгляд, напротив, расплылся в улыбке и позволил себе лишнее:

— О, как прекрасен твой лик, словно выточенный из нефрита и окутанный ароматами.

Е Фаньсин: «Подозреваю, что ты, главный герой, перепутал сценарий. С тобой что-то очень не так».

http://bllate.org/book/26259/3145499