Готовый перевод Omega Instructor's Loyal Hordes / Омега-инструктор: Мои фанаты — сущие безумцы: Глава 3

Фу Сихэн просидел перед столом добрую половину дня, но в конце концов всё же отбросил мысль расспросить Ши Юаньюань.

С теми безумными сплетнями, что циркулировали в его чатах, стоило тому узнать, что он интересуется людьми из Научно-исследовательского института, как, судя по всему, уже через пять минут об этом знал бы весь университет.

Он внезапно осознал, о чём думает, и невольно насмешливо кривил уголки губ.

Совсем сдурел, с какой стати ему вообще до этого дело.

Он сбросил вызов и принялся приводить в порядок рабочий стол.

Поверхность была идеально чистой и аккуратной, убирать было практически нечего. Но даже несмотря на это, он просидел до самого конца рабочего дня.

Двое капитанов из соседнего кабинета тоже закончили работу, заглянули к нему и поприветствовали:

— Майор Фу, еще не уходите?

— Уже собираюсь.

Фу Сихэн бросил прощальный взгляд на кабинет и запер дверь.

В нерабочее время носить военную форму не разрешалось, поэтому он переоделся в белую рубашку, которая еще сильнее подчеркивала его стройную костистую фигуру и правильные, тонкие черты лица.

Ближе к вечеру мягкий, чарующий закатный свет далекой звезды разлился по горизонту, сплетаясь в великолепный парчовый узор.

На учебном плацу разносились оглушительные строевые речевки:

— Беспрекословное подчинение приказу, непобедимость в любом бою!

Группа обнаженных по пояс альф нарезала круги по стадиону, их шаги звучали так, будто железные кони скачут по льду, а налитые силой мышцы излучали взрывную мощь, пока они громогласно скандировали девиз Корпуса морской пехоты.

Фу Сихэн сделал пару кругов по периметру беговой дорожки, когда зазвонил коммуникатор.

— Алло, пап.

От лучей заката его тело слегка разгорелось, но он ответил на вызов:

Прозвучавший голос Фу Шоумин отличался неизменной, въевшейся за годы строгостью:

— Почему до сих пор не вернулся? Чего околачиваешься на плацу без дела.

Фу Сихэн бросил взгляд на камеры наблюдения на дальнем здании и небрежно бросил:

— Прогуляюсь еще немного, всё равно скоро уезжать.

— Ты же не насовсем пропадаешь, чего рассуждать об отъездах, — не удержался от реплики Фу Шоумин.

Оба на мгновение умолкли, и Фу Шоумин уже начал опасаться, что этот разговор с сыном снова сойдет на нет, ничем не закончившись.

Поколебавшись, он произнес:

— Когда вернешься в этот раз, я подам рапорт наверх, чтобы тебя перевели в Командование боевых операций.

Фу Сихэн на миг замер, и пальцы, сжимавшие коммуникатор, крепче сжались:

— Ты серьезно?

— Разумеется, когда я тебе лгал.

В голосе Фу Шоумин сквозила неуловимая, но тяжелая нотка.

Получив от отца такое обещание, Фу Сихэн почувствовал, как на душе стало намного легче.

Когда он вышел за главные ворота Корпуса морской пехоты, уже совсем стемнело.

После того как он начал работать, он съехал из родительского дома и поселился в одиночку в элитных апартаментах всего в нескольких кварталах отсюда.

Опустилась ночная тень, небо украсили точечные россыпи похожих на бриллианты маленьких астероидов, медленно плывших в космической вышине. По магнитным подвесным дорогам на полувысоте непрерывным потоком мчались поезда и летательные аппараты, создавая чарующую и оживленную ночную панораму.

Когда он проходил мимо перекрестка, из переулка донесся какой-то странный шум.

С ночной безопасностью в Хуана вечно были проблемы, так что Фу Сихэн по привычке продолжил идти прежним шагом — этот переулок был неизбежной частью его пути домой.

Неподалеку толпилась компания мелких хулиганов с бейсбольными битами наперевес; они толкали какого-то паренька, зажав его в углублении стены.

Воздух вокруг пропитался тяжелым запахом — но не естественными боевыми феромонами, выделяемыми при физических нагрузках, а дурманящими половыми феромонами.

— Ого, а задница-то знатная! С таким омегой трахаться, наверное, одно удовольствие.

— Струсил? Так что, идешь в клуб мехов или нет? Думал, раз прибился к кому-то с деньгами, так теперь пуп земли? Ха, да он же обычный никчемный омега.

Раздалось несколько развязных голосов. Паренек слабо сопротивлялся, судя по всему, пытаясь огрызнуться на заводилу.

Тот сгреб его за воротник и злобно процедил:

— Ссука, еще и пасть открывать смеешь, жить надоело? Если сейчас же не встанешь на колени и не отсосешь как следует, так и не поймешь, чьих тут правила в Имперском военном университете!

Лицо Фу Сихэна помрачнело, и он перевел взгляд на ту сторону.

Громила в белой майке держал за шиворот омегу, у которого отчетливо выделялась копна светло-каштановых волос.

Хераец.

И это та самая Хуана, которая вовсю проповедует равенство альф и омег? Та самая Хуана, которая под предлогом защиты запрещает омегам соваться на поле боя?

Подобные заурядные происшествия, если поставить их в один ряд с недавними вбросами о том, что омеги стоят выше альф, выглядели изощренной, предельно циничной насмешкой.

Заметив его взгляд, амбал в белой майке тут же свирепо зыркнул в ответ:

— Че пялишься? Жить надоело?

Стоило Фу Сихэну заприметить цвет волос парня, как его выражение лица мгновенно стало ледяным. Сгущающиеся сумерки скрыли его черты.

Он остановился и, глядя на громилу, произнес:

— Нет, просто раньше не доводилось встречать таких…

Его тон прозвучал несколько рассеянно, а на середине фразы он намеренно замолчал, заставив всю шпану уставиться на него.

— Хуанских шавок, — с легким презрением бросил он, чеканя каждое слово с абсолютной четкостью.

Эта фраза мгновенно произвела эффект разорвавшейся бомбы: хулиганы разом оставили паренька и плотным кольцом двинулись на него.

— Твою мать! Ты кого назвали шавкой?! — взревел бугай в белой майке, потеряв самообладание.

Услышать оскорбление в свой адрес на родной земле Хуана от какого-то хераевского мигранта — такого унижения он в жизни не испытывал. Этот парень либо рехнулся окончательно, либо сбежал из психушки.

— Я тебя прикончу! — в бешенстве заорал тот, замахнулся бейсбольной битой и бросился на Фу Сихэна.

Видя, как с десяток альф несут к этому высокому и худому человеку, паренек от страха зажмурился.

Бугай орудовал битой с бешеной скоростью, словно и впрямь занимался боевыми искусствами. Прочная деревянная палка со свистом рассекла воздух у самого уха Фу Сихэна, целясь прямо в него.

Если бы этот удар достиг цели, он в лучшем случае потерял бы сознание, а в худшем — корчился бы от адской боли. На лицах мелких бандитов проступило злорадное предвкушение, они едва ли не подпрыгивали от нетерпения увидеть, как незнакомец рухнет на землю.

Но в следующее мгновение произошло то, во что никто из присутствующих просто не мог поверить.

Фу Сихэн не выказал ни капли суеты или нервозности и с удивительной легкостью качнулся в сторону, пропуская биту мимо.

Стоявший ближе всех подельник слегка приоткрыл рот — он никак не ожидал такой молниеносной реакции.

Следом за этим Фу Сихэн одной рукой перехватил летящую биту и одновременно с тем изящным движением взмахнул ногой. Глухой удар совпал с моментом, когда громила в белой майке — с неуклюжестью мешка с песком — взмыл в воздух, с грохотом впечатался в стену, а затем тяжело рухнул на землю.

Сила удара была такова, что даже каменная кладка стены содрогнулась.

Всё произошло в доли секунды, в мгновение ока; никто даже не успел разглядеть, как именно он нанес удар.

Кажется, бугай приложился слишком сильно: он даже подняться не мог, лежа на земле и зажимая живот в бессильных стонах.

Услышав звуки, парень испуганно приоткрыл один глаз и робко раздвинул пальцы.

Фу Сихэн непринужденно вертел в руке невесть у кого отобранную биту — в его обращении с ней сквозила та же привычная, ленивая уверенность. Он подбросил её вверх, коснулся ладонью основания и уверенно перехватил за навершие.

Его вторая рука по-прежнему оставалась в кармане брюк, а пальцы, играющие с куском дерева, казались тонкими, но излучали скрытую мощь.

В воздухе повисла жуткая тишина: мелкие сошки хотели бы броситься вперед, но не смели.

— Мать вашу… Вы чего застыли, а ну… набейте ему морду! — задыхаясь от боли и дрожа всем телом, прохрипел амбал.

Хулиганы дружно сделали шаг вперед — и тут же замерли разом.

Паренек со всех ног бросился за спину Фу Сихэна. Аура этого человека была настолько мощной, что стоило ему просто оказаться рядом, как страх мгновенно отступал, уступая место абсолютной безопасности.

Фу Сихэн небрежным движением швырнул биту прямо на грудь валявшемуся бугаю, отчего тот снова взвыл от боли.

Опустив взгляд на корчившегося противника, он холодно бросил:

— Разве ты не хотел, чтобы все знали, чьих тут правила в Имперском военном университете? В понедельник загляни в учебную часть, я с удовольствием обсужу с тобой этот вопрос.

Амбал моментально умолк, будто его кто-то схватил за горло. Хоть от удара он и соображал с трудом, мозги у него все-таки работали. Переварив услышанное, он вытаращил глаза и уставился на Фу Сихэна с суеверным ужасом.

Больше не обращая на них внимания, Фу Сихэн направился прямиком к выходу из переулка.

Только что он без колебаний лишился своего единственного оружия, но этот жест подсознательно внушил всем остальным железную уверенность: даже голыми руками этот человек способен разорвать их в секунду. Именно поэтому никто из них не посмел даже шевельнуться ему вслед.

Паренек тут же семенил за ним по пятам.

Фу Сихэн не стал его прогонять, и они зашагали под светом уличных фонарей один за другим.

Спустя пару минут колебаний Линь Юэ наконец набрался храбрости заговорить:

— Слушай… ты ведь тоже с Херы?

Стоило словам сорваться с губ, как он сам понял, что задал глупейший вопрос. Особенность хераевцев ярче всего проявлялась в цвете волос: чем светлее оттенок, тем чистокровнее считался род.

На самом деле, еще когда он впервые заметил эти серебристые пряди, парень начал корить себя за то, что во время драки вел себя как трус — это же чистокровная боевая кровь! Волосы такого оттенка можно было встретить только среди личного состава Галактического корпуса морской пехоты. И чем светлее цвет, тем выше духовный потенциал владельца.

История основания Хуана соткана из войн, поэтому даже в мирные эпохи люди здесь до сих пор безмерно преклоняются перед духом павших героев и сильными личностями.

На его вопрос Фу Сихэн лишь коротко буркнул:

— Угу, — и вовсе не собирался пускаться в автобиографические рассказы.

Смущенно улыбнувшись, Линь Юэ заговорил снова:

— Чуть не забыл представиться, я Линь Юэ, учусь в Имперском военном университете. Благодетель, судя по твоим словам, ты ведь тоже оттуда?

Это обращение благодетель прозвучало для Фу Сихэна как гром среди ясного неба. У него даже перекосило лицо, и он процедил:

— Не надо меня так называть. Я Фу Сихэн, новый инструктор.

Линь Юэ широко раскрыл глаза и заикнулся:

— Ф-фу Сихэн?

Тут же сообразив, что называть преподавателя по имени невежливо, он густо покраснел и принялся сбивчиво оправдываться:

— Я слышал о вас… о нет, не из каких-то там сомнительных слухов… в общем, я давным-давно видел ваши выступления на состязаниях! Так вы и есть тот самый новый инструктор, о котором все говорят… Ой, боже мой, что я вообще несу.

Он в ужасе зажал рот ладонями.

Фу Сихэн с понимающей усмешкой изогнул губы: слухи о его переводе наверняка разнеслись по всему Имперскому военному университету еще до того, как официальный приказ Фу Шоумин вступил в силу.

Оказавшись перед кумиром, Линь Юэ полностью потерял дар речи и выдавил из себя лишь:

— Инструктор Фу, д-добро пожаловать назад, я… я буду очень внимательно слушать ваши лекции!

Фу Сихэн невольно усмехнулся:

— Ты даже не знаешь, на каком курсе я буду преподавать, как собрался слушать?

Лицо Линь Юэ вспыхнуло еще сильнее, а феромоны омеги внутри него заволновались и начали хаотично рассеиваться в воздухе.

Неизвестно почему, но хотя Фу Сихэн физически не мог уловить этот запах, у него подсознательно возникло ощущение легкого отторжения.

Желая хоть немного унять возбуждение парня, он прямо ответил:

— Я веду занятия у третьего курса.

Глаза Линь Юэ засияли:

— Правда? Я как раз на третьем!

Фу Сихэн заметил:

— Впрочем, это еще не значит, что я буду вести именно у вашей группы.

Осмелев окончательно, Линь Юэ радостно откликнулся:

— Ничего страшного! Главное — иметь возможность видеть вас каждый день, мне уже этого хватит!

Глядя на его искренне восхищенный вид, Фу Сихэн с отблеском легкого смущения подумал: если бы это увидел Ши Юаньюань, он бы снова затянул шарманку про то, как он притесняет бедных омег.

Линь Юэ продолжил болтать:

— Инструктор Фу, после выпуска я планирую остаться в университете для дальнейшей учебы, так что мы, наверное, будем часто пересекаться.

Фу Сихэн бросил на него взгляд и произнес:

— В Научно-исследовательском институте? Перспективы там неплохие, остаться стоит.

— Правда?! Я уже собираюсь связаться со своим научным руководителем, а в последнее время даже помогал одному старшекурснику с экспериментами, — польщенный похвалой, Линь Юэ смущенно поскреб затылок. — Вот только омегам нельзя поступать в Командную академию. Если бы было можно, я бы тоже смог стать младшекурсником старшекурсника Яня.

Фу Сихэн чутко уловил знакомую фамилию и уточнил:

— Старшекурсника Яня?

Линь Юэ пояснил:

— Ну да, председателя Научно-исследовательского института, старшекурсника Янь Сюнь. Я безумно люблю смотреть его бои без правил! Я хоть и не учусь на командном, но зрелище потрясающее.

Этот малец… и правда обладает самыми разносторонними интересами, пронеслось в голове у Фу Сихэна, — ты хоть что-нибудь в этом понимаешь?

Линь Юэ тут же добавил:

— Впрочем, я всё равно ничего там не понимаю, болел исключительно из-за его мордашки.

Фу Сихэн: «……»

Он едва сдержал порыв мысленно выругаться: ты что, ослеп? На что там вообще смотреть?!

Линь Юэ воодушевленно затараторил:

— Говорят, когда он баллотировался на пост председателя, количество голосов в его поддержку обогнало занявшего второе место на целый порядок.

Пост председателя Научно-исследовательского института было не так-то просто заполучить: из года в год его занимали исключительно альфы, занявшие первые места на межвузовском турнире, включавшем в себя командную стратегию, ближний бой, управление мехами и прочие дисциплины, для освоения которых требовались высочайший уровень духовного потенциала и отменная физическая форма.

Хотя Фу Сихэну вовсе не хотелось этого признавать, ему пришлось лишь равнодушно кивнуть:

— Драться он действительно умеет неплохо.

Линь Юэ с абсолютно серьезным видом возразил:

— Да дело вовсе не в подавляющем превосходстве силы. Говорят, весь Факультет межгалактических отношений в полном составе переметнулся и отдал голоса за него. Там же сплошь одни омеги, и все они побежали за него голосовать просто потому, что он признанный красавец Имперского военного университета. Слышал бы ты, он носил этот титул целых шесть лет, еще со школы! Уму непостижимо.

В этот момент душевное равновесие Фу Сихэна окончательно рухнуло: что за бред?!

Шесть лет ходил в красавчиках? Все четыре года университета он был первой красоткой… тьфу, красавцем?!

Чушь собачья! Наверное, сам себе этот титул присвоил, просто слов нет.

Пока они разговаривали, по ночному небу плавно скользнул яркий световой луч.

Настороженно вскинув голову, Фу Сихэн заметил объект в вышине.

Под безмолвным куполом звездного неба Астероидный пояс Аполлона переливался мягким, водянистым блеском. В воздушном пространстве Хуана гигантский ночной корабль патрулировал спящий мир.

Даже сквозь толщу тысяч световых лет можно было вообразить всю грандиозность и величие его очертаний.

Линь Юэ вдруг указал пальцем в ночное небо и восторженно вскрикнул:

— Ой, смотрите, это же Отряд Ночного Патруля под предводительством старшекурсника Яня!

Янь Сюнь: Ты и впрямь думаешь, что они пришли смотреть на мои боевые навыки? Вовсе нет, просто завидуют моей чертовски привлекательной внешности.

http://bllate.org/book/26247/3144169