Готовый перевод His White Moonlight's Secret is Out / Белая луна сбросила маски: Мой муж оказался небожителем: Глава 6

Гу Бай совершенно не ощущал исходившей оттуда опасности и, подступив ближе, поинтересовался:

— Шисюн, а что делать с остальными?

Он кивнул на людей, бесчувственной кучей валявшихся на земле.

Должно быть, они преследовали их по пятам и, попав под ударную волну, угодили в самое чрево горы. Сейчас все они погрузились в иллюзию: их лица выражали то безумный восторг, то гнев, выдавая полное погружение в грёзы.

Если не вмешаться извне, они проживут в навязанных иллюзией желаемых мирах всю свою жизнь и постепенно придут к смерти.

Се Сяои потрогал подбородок и задал не самый уместный вопрос:

— Мы же все вместе вошли, почему очнулся только ты?

Гу Бай ответил так, будто это само собой разумелось:

— Да потому что эта иллюзия была слишком фальшивой.

Се Сяои переспросил:

— ? — и подозрительно покосился на Гу Бая. — Что тебе вообще привиделось в этом морокe?

Гу Бай слегка смутился и почесал затылок:

— Мне приснилось, будто наша Секта Божественной Зари стала невероятно богатой — прямо как Секта Ваншань. На пирах подарки раздавали рекой, а духовный рис ели так: миску съел, другую выкинул.

Се Сяои: «……»

Гу Бай:

— Поэтому я сразу понял, что это обман, и очнулся.

Се Сяои: «……»

Почему от этих слов становилось лишь тоскливее?

Гу Бай вновь вернулся к прежнему вопросу:

— Так что делать с этими людьми?

Не звать их — и эта толпа никогда не проснётся.

Но стоит их позвать, как они снова бросятся в погоню — и что тогда?

Выходило безвыходное положение.

У Се Сяои слегка заболела голова.

Сбоку раздался чуть хрипловатый голос:

— Иллюзия уже рассеялась.

Се Сяои и Гу Бай одновременно обернулись.

Вэй Линьсяо пришёл в себя полностью, его взор был ясен, однако при ближайшем рассмотрении под этой гладкой водной гладью можно было заметить скрытые бурные течения.

Се Сяои принял решение мгновенно:

— Тогда давайте-ка сначала уйдём.

Пока эти люди не очнулись и не начали преследовать их с новой силой.

Иллюзия разрушилась, и этот мир закономерно начал постепенно трескаться по швам. Следуя по туннелю, путники быстро покинули опасное место.

Выбравшись из тайной сферы, Гу Бай словно что-то вспомнил и произнёс:

— Эх, а где тот меч?

Не зря Гу Бай обладал дурной речью — стоило ему договорить, как радужный луч вылетел из какого-то угла, словно всё это время поджидал в засаде.

Свет двигался с невероятной скоростью, и Се Сяои даже не успел среагировать.

Шедший рядом Линсяо Цзюнь вполне успел бы вмешаться, но стоило ему приподнять руку, как он тут же опустил её обратно.

Вжик —

Се Сяои услышал звук возвращающегося в ножны клинка, а затем вся эта ци меча вошла прямо ему в межбровье и исчезла без следа.

Он услышал встревоженный голос Гу Бая:

— Что происходит?

Се Сяои закрыл глаза.

В одно мгновение промелькнуло сто лет времени: ему казалось, будто он что-то постиг, а с другой стороны — будто ничего и не понял.

Он снова открыл глаза:

— Не вопи, я в порядке.

Гу Бай успокоился:

— Шисюн, неужели тебе улыбнулась слепая удача?

Се Сяои цыкнул:

— Не выражайся так гадко!

Повезло ему или нет, было неизвестно, но удача действительно выдалась на славу.

Он никак не ожидал, что этот духовный меч, проспавший в тайной сфере тысячелетия, признает в нём своего хозяина. Не говоря уже о том, что нынешнее путешествие в тайную сферу позволило ему исправить изъян в душевном состоянии — это можно было назвать неожиданным благом.

Старший и младший братья перебросились парами фраз, как вдруг подал голос Вэй Линьсяо.

Гу Бай только теперь заметил, что рядом кто-то есть, и при мысли о том, что у шисюна теперь хранится Духовное сокровище, немедленно принял настороженный вид.

Вэй Линьсяо сложил руки в приветствии и пояснил:

— Я явился в тайную сферу не ради Духовного сокровища, а ради... одного человека.

Столь громко устроенный пир затевался лишь с одной целью — пригласить мастера предсказаний.

Те, кто занимался гаданиями и прорицаниями, обычно страдали чудачествами и, что бы ни случилось, никогда не выражались прямо, предпочитая ходить вокруг да около.

Мастер предсказаний сообщил ему, что, отправившись в тайную сферу, он сможет встретиться с тем, кого жаждет увидеть.

И Вэй Линьсяо пришёл.

Кто бы мог подумать, что словосочетание «увидеть», слетевшее с уст предсказателя, подразумевало самые разные исходы. Всё обернулось лишь иллюзией, прекрасным и мимолётным сном, растаявшим в мгновение ока.

Раз уж он «увидел» желанного человека, задерживаться здесь дольше не имело никакого смысла.

Вэй Линьсяо вежливо попрощался с обоими братьями.

Все трое были лишь случайными попутчиками, сошедшимися ради похода в тайную сферу, и после выхода наружу у них не было никакой необходимости продолжать путь вместе.

Попрощавшись, троица разошлась на развилке дороги, и каждый удалился своей дорогой.

Се Сяои и Гу Бай вернулись в Город Тяньшуй.

Гу Бай то и дело поглядывал на старшего брата.

Се Сяои бросил:

— Есть что сказать — выкладывай.

Гу Бай протянул:

— Почему мне кажется, что шисюн как-то изменился?

Се Сяои машинально коснулся межбровья: под белой фарфоровой маской ярко проступил раскаленный узор в виде облаков, напоминавший потоки лавы.

Он кивнул:

— И впрямь.

Гу Бай с сожалением вздохнул:

— И надо же было упустить шанс сблизиться с Линсяо Цзюнем, такая досада.

Се Сяои возразил:

— Брось, заводить с ним знакомство — вовсе не обязательно к добру.

Гу Бай удивился:

— С чего вдруг?

Се Сяои ответил:

— У него слишком тяжёлая аура убийства. К тому же, ты забыл участь той рисованной кожи?

Гу Бай ответил:

— Не забыл. — И тут же задался новым вопросом: — А почему Линсяо Цзюнь убил того, кто был так похож на шисюна? Неужели он позавидовал тому, как красив шисюн?

Не успел Се Сяои ответить, как Гу Бай рассмеялся сам над собой:

— Ха-ха-ха, вряд ли, конечно.

Се Сяои: «……»

Гу Бай:

— Ведь так?

Да так твою ж!

Се Сяои глубоко вздохнул:

— Как бы то ни было, держись от него подальше. Понял?

Гу Бай усердно закивал, показывая, что всё понял.

За разговором они дошли до Города Тяньшуй.

Ночь в тайной сфере пролетела незаметно, и снаружи уже занималось раннее утро.

В это время суток здесь обычно было оживлённо, но из-за того, что в город пожаловало слишком много заклинателей, местные жители плотно заперли двери и ставни, боясь навлечь на себя какую-нибудь беду. Весь городок погрузился в тишину.

Однако даже столь крайняя осторожность не спасла их от беды.

Маленький ребёнок с завязанными торчком хвостиками на голове не высидел взаперти и выбежал на улицу, а впопыхах случайно столкнулся с заклинателем в черном.

Уровень культивации у того был средним, а вот нрав — скверным, и он тут же протянул руку, намереваясь прихлопнуть малыша.

Некоторые заклинатели следовали доктрине гласящей, что все существа — лишь соломенные псы; по их мнению, ступившие на путь культивации адепты и обычные смертные относились к совершенно разным видам, точно так же, как люди и скот. А потому прибить ребёнка для него было ничуть не сложнее, чем раздавить муравья.

Ребёнок уже оцепенел от страха, не в силах сдвинуться с места, и тупо пялился на заклинателя, забыв даже о мольбах о пощаде.

Се Сяои уже доводилось пересекаться с этим мальчишкой с хвостиками, а потому он, разумеется, не мог сидеть сложа руки и смотреть, как всё закончится трагедией, и тут же бросился на помощь.

Заклинатель взмахнул широким рукавом и злобно прорычал:

— Не суйся куда не просят!

Се Сяои ответил:

— Ну почему же, это как раз моё дело.

Охранять мир во всём мире — долг каждого, в конце концов.

Этот чернокнижник оказался не лишен ума и не стал сходу ввязываться в драку с Се Сяои, а вместо этого осведомился:

— Из какой ты секты и клана?

Странствуя в миру, было очень важно заранее выяснить происхождение противника.

В конце концов, обитатели мира заклинателей жили долго — того и глядишь, столкнешься с чьим-нибудь двоюродным зятем тетушкиного мужа, и тогда драться станет неловко обоим.

Се Сяои прекрасно понимал это правило и честно назвал своё прибежище:

— Секта Божественной Зари.

Чернокнижник дал понять, что никогда о ней не слышал.

Раз уж тот ничего не слыхал, церемониться не стоило. Из-под чёрных одежд высунулась рука, похожая на орлиную лапу, и устремилась к ребёнку.

Острые черные ногти оставили в воздухе след: стоило им коснуться цели, как бедняга был бы убит или искалечен.

Се Сяои рявкнул:

— Прекрати!

Чернокнижник зловеще рассмеялся:

— Ты ещё что за выскочка, смеешь мне мешать? Сегодня я непременно его прикончу!

Пока он говорил, его пальцы уже почти коснулись хрупкой детской шейки, но стоило им приблизиться на расстояние волоска, как из пустоты вырвался сверкающий луч меча.

Клинок рассек воздух с такой яростью, что холод ощущался издалека.

Чернокнижник в испуге отдернул руку — опоздай он хоть на мгновение, его бы руку отхватило по самый локоть. Но он всё же не отступился, взмахнув черным рукавом и пряча туда ребёнка.

Одним прыжком он взлетел на крышу.

Се Сяои бросился в погоню.

Преследуя друг друга по карнизам и навесам, они в мгновение ока выскочили на окраину Города Тяньшуй.

Столь неотступное преследование вывело чернокнижника из себя, и он завопил:

— Тебе чего надо-то?! Это всего лишь ребёнок, в наших с тобой глазах он — букашка, стоит ли оно того?!

Под белой фарфоровой маской глаза Се Сяои горели ясным светом:

— Стоит. Он не букашка.

Чернокнижник изумился:

— Разве это имеет значение?

Се Сяои ответил с невозмутимым спокойствием:

— Имеет. Он тоже ребёнок своих родителей, ничем не отличается от тебя или от меня.

Чернокнижник взревел:

— Ты что за бред несёшь?!

Се Сяои подытожил:

— Поэтому он важен. Верни его мне.

Чернокнижник холодно усмехнулся:

— А вот и не отдам.

Се Сяои слегка прищурился:

— Тогда мне придется... тебя убить.

С последними словами в воздух взметнулась жажда убийства.

В руке Се Сяои неизвестно когда появился меч.

Его тонкое лезвие сияло кристальной белизной, в которой переливались алые отсветки зари.

Это был прекрасный меч.

И в то же время — смертоносный меч.

Чернокнижник никак не ожидал, что этот оборванный заклинатель в маске окажется владельцем столь грозного клинка; едва завидев его, он понял, что Се Сяои ему не по зубам, и в сердце невольно закрался страх.

В схватке заклинателей всё решал боевой дух, и хотя чернокнижник вполне мог побороться, его страх перед битвой означал, что он уже проиграл.

— Забирай! — Чернокнижник безоговорочно признал поражение.

Но теперь уступать отказывался уже Се Сяои.

Он обронил небрежно:

— Раз уж я сказал, что убью тебя, значит, убью.

Чернокнижник взбесился:

— Да ты больной!

Се Сяои кивнул:

— И впрямь больной.

Се Сяои уже много лет не обнажал меч, но каждое его появление на свет непременно требовало крови.

Тонкая алая нить медленно распорола воздух.

Чернокнижнику не оставалось ничего иного, как швырнуть укутанного в черный рукав ребёнка вперёд, прикрываясь им как щитом.

Се Сяои расслабил пальцы, и ци меча рассеялась, превратившись в мягкий порыв ветра, который бережно опустил мальчика на землю. Убедившись, что тот в полной безопасности, он вновь собрал ци и бросился в погоню.

Малыш ошеломленно стоял на земле, и лишь спустя долгое время до него дошло, что произошло, после чего он залился горькими слезами.

— Что случилось? — раздался мягкий голос.

Ребенок сквозь слёзы посмотрел на подошедшего человека.

Тот был одет в синие одежды и держал в руке свиток книги, точь-в-точь напоминая здешних ученых мужей.

Чем мягче этот человек расспрашивал, тем сильнее обида захлестывала ребёнка, и он затянул рёв пуще прежнего.

Вэй Линьсяо не имел ни малейшего понятия, как обращаться с детьми, и растерянно замер.

К счастью, подоспели перепуганные домочадцы ребёнка. Подхватив малыша на руки, они началисыпать благодарностями в адрес Вэй Линьсяо.

Разобравшись с чернокнижником и возвращаясь в городок, Се Сяои застал именно эту картину.

Хрупкий юноша держал ребёнка за руку и говорил Вэй Линьсяо:

— Братец, поблагодари же скорее господина, это он спас тебе жизнь!

Се Сяои: «?»

Погодите-ка.

Разве не я его спас?

Вэй Линьсяо тоже покачал головой:

— Не я.

Однако юноша словно оглох и упорно пытался приписать заслугу Вэй Линьсяо:

— Твою великую милость спасения нечем отблагодарить, я могу лишь отдать своё тело в знак...

Не успело сорваться с губ слово «благодарности», как стоявший неподалёку Се Сяои громко кашлянул.

Ребёнок с хвостиками повернул голову, ткнул пальцем в Се Сяои и выпалил:

— Это он меня спас!

Се Сяои с чистой совестью расправил плечи:

— Не стоит благодарить...

Тут юноша тоже повернулся к нему лицом, и Се Сяои разглядел его черты.

Се Сяои: зрачки содрогаются

Почему здесь снова кто-то похожий на него?

Это что, повторный показ или матрешка?!

http://bllate.org/book/26221/3138401