Уволившись из школы, Нин Юань открыл книжный магазин.

Обычно он ходил туда почти каждый день, но на этот раз, поскольку они с У Сяо договорились сразу после получения свидетельства о браке отправиться в медовый месяц, он предупредил сотрудников, что примерно месяц не появится на работе.

Работники магазина были знакомы с У Сяо, поэтому после разрыва с ним Нин Юань впал в некотором роде в страусиную позицию. Ему не хотелось идти в магазин и ловить на себе любопытные или сочувственные взгляды коллег. К тому же из-за переезда он притворился ужасно занятым и даже не связывался с продавцами.

Кто бы мог подумать, что кто-то явится громить магазин.

Вообще-то книжный ларек считался довольно тихим и мирным местом, свободным от всяких распрей.

За столько времени, что он им владел, Нин Юань и впрямь не сталкивался с серьезными неприятностями.

Перепуганный продавец толком ничего не объяснил.

Слушая гам на том конце провода и истошные женские визги, Нин Юань успел лишь велеть им беречь себя, а если что-то хотят разбить — пусть бьют.

Прижав телефон к уху, Нин Юань бросился в прихожую переобуваться.

Крики в трубке были такими громкими, что Нин Ецю и Фу Цзиньсяо оба их услышали и одновременно встали.

— Мам, ты никуда не ходи. — Фу Цзиньсяо усадил Нин Ецю обратно. — Мы с Нин Юанем съездим.

Нин Юань сначала хотел отказаться, но, чтобы успокоить Нин Ецю, а также решив, что у Фу Цзиньсяо вполне сносная боевая подготовка, тоже поддакнул:

— Мам, побудь спокойно дома. Скорее всего, это просто какой-то неадекватный клиент, а девчонки молодые, опыта нет, вот и испугались — это нормально. Мы приедем и сразу тебе позвоним, не переживай.

Нин Ецю согласилась:

— Хорошо, вы тоже будьте осторожны, если что — звоните в полицию.

— Не волнуйся, мам. — Фу Цзиньсяо вслед за Нин Юанем поспешно вышел из дома.

Книжный находился недалеко от жилого комплекса, ехать на машине было всего несколько минут.

Нин Юань припарковался на противоположной стороне стоянки и, бросив взгляд на вход в книжный, где была натянута длинная полоса ткани, успел выхватить глазами лишь крупные иероглифы: Бессовестный книжный.

Похоже, ситуация складывалась неприятная.

Не дожидаясь, пока машина полностью остановится, Фу Цзиньсяо первым выскочил наружу.

Книжный магазин Нин Юаня назывался Зеркальное сердце. Он был небольшим, немного отличался от традиционных магазинов, оформлен очень уютно, с несколькими рядами столиков и стульев. Но сейчас здесь царил полный кавардак: бо́льшая часть книжных стеллажей рухнула, мелкие декоративные безделушки и вазы валялись на полу, а несколько молодых девушек-продавщиц дрожали за кассой.

Шесть-семь мужчин и женщин среднего возраста преградили вход, агрессивно бранясь. Продавщицы не могли выйти, к счастью, эти люди только громили имущество, а не распускали руки, но девушки уже ревели в три ручья.

Снаружи столпилась зеваки, тыкая пальцами: кто-то угомонивал дебоширов, кто-то злорадствовал... Настоящий харам.

Фу Цзиньсяо широким шагом направился к дверям магазина, но путь ему преградила женщина средних лет.

— Ты еще кто такой? — Женщина была прилично одета, но на лице застыло дикое, бесцеремонное выражение. — Лавка закрыта, за книгами ступайте в другое место.

— Мой магазин закрылся, а я-то и не знаю? — холодно бросил Фу Цзиньсяо. — Это вы разнесли лавку? В полицию звонили?

Последний вопрос адресовался девушкам за кассой.Те несколько девушек были так напуганы, что остолбенели и тупо смотрели на незнакомца, назвавшегося хозяином. Лишь одна короткостриженая девушка покачала головой:

— Нет, мы только что позвонили боссу, как телефон тут же отобрали.

Средневозрастная женщина, перекрывавшая вход, смерила Фу Цзиньсяо взглядом:

— Твой магазин? Ты хозяин? Нет, не ты.

— Выходит, ты знакома с хозяином? — Фу Цзиньсяо приподнял бровь. — Ты же обычная покупательница, с чего бы тебе знать владельца магазина?

Говоря это, он достал телефон и напрямую позвонил в полицию.

Женщина попыталась выхватить его, но не успела, а затем разразилась яростной бранью:

— Ладно, раз ты говоришь, что ты хозяин, с тебя я и спрошу! Ты, мразь, лицемерный шлюхен…

То, что последовало дальше, было совершенно нецензурным, и лицо Фу Цзиньсяо становилось всё темнее… Все эти слова она приберегла, чтобы обрушить на Нин Юань.

— Заткнись! — Нин Юань, задержавшаяся из-за парковки, наконец прибежала. Услышав эту грязную ругань, она почувствовала, как у неё запульсировало в висках, и прямо спросила короткостриженую девушку: — Дин Ли, что здесь происходит?

— Да хозяйка-то ты! Я знаю! — взвизгнула женщина и бросилась на Нин Юань. — Ты, бессовестная тварь, продала мерзкие книжки и погубила моего сына, какая же гадость…

Фу Цзиньсяо пришёл в ярость, подхватил стоявший рядом швабру и швырнул её в стеклянную дверь, заблокированную женщиной.

С громким звоном стеклянная дверь неожиданно разлетелась и рухнула внутрь. Женщина и её спутники так испугались, что бросились врассыпную, забыв про ругань и драку, и лишь истошно завопили:

— Убивают! Убийство!

Фу Цзиньсяо прикрыл собой Нин Юань и спросил короткостриженую девушку по имени Дин Ли:

— Так что в конце концов произошло?

Дин Ли оказалась посмелее. Увидев, насколько Фу Цзиньсяо решителен, она перемахнула через прилавок, встала рядом с ними и рассказала всё как есть.

Оказалось, сын этой женщины распространял в школе порнографические романы, и попался учителю. Ребёнок уперся и заявил, что книга куплена в магазине Нин Юань, поэтому его мать привела с собой целую толпу громить лавку, наотрез отказываясь слушать любые объяснения.

Нин Юань даже не знала, что и сказать на это.

Глупые и злобные — пожалуй, именно так можно было описать таких людей.

Пока они выясняли обстоятельства, приспешники женщины тоже успокоились, вооружились подручными средствами для самообороны и стали вести себя ещё наглее, явно намереваясь затеять драку.

В этот самый момент с завыванием примчался полицейский автомобиль.

Те люди тут же побросали оружие, а женщина немедленно забилась в угол и задрожала, продемонстрировав изрядный опыт в подобных делах.

Нин Юань едва не рассмеялась от злости.

Как только полиция подошла, зачинщики тут же первыми переложили вину на других, бросившись наперерез и со слезами жалуясь, будто Нин Юань продавала несовершеннолетним порнографические книги, а Фу Цзиньсяо ещё и распускал руки.

— Давайте посмотрим записи с камер, — неторопливо произнесла Нин Юань, когда они закончили. — В моём магазине установлены камеры наблюдения, давайте посмотрим, кто первый начал драку.

Те люди ничуть не испугались: придя сюда, в первую очередь они разнесли именно камеру наблюдения.

К сожалению, они не знали, что камера, висевшая на самом виду, была лишь муляжом, а настоящая скрывалась под козырьком крыши — настолько незаметно, что без должного внимания её было вовсе не разглядеть.

Когда Нин Юань вывела на экран видеозапись, те люди вмиг остолбенели.Только что поднявшаяся на крик и шум средних лет женщина отреагировала быстрее всех. Не дожидаясь, пока полиция просмотрит записи с камер наблюдения, она с воплями бросилась на пол, подхватила оттуда омерзительную пиратскую книжонку и принялась голосить, что Нин Юань травит молодежь и его следует отправить за решетку, напрочь забыв о разгромленном магазине.

Нин Юань с первого взгляда понял, что это вовсе не та книга, которую продавали в его лавке.

Дин Ли тут же произнесла: — Это книга, которую они принесли с собой.

Полицейские уже начали выходить из себя, но средняя женщина перебила их, выкрикнув: — Мой сын купил ее в их магазине! У нас есть чек в доказательство!

Стражи порядка от этого галдежа уже теряли рассудок. Один из них рявкнул во всю мочь: — Где книга? Где чек?

Все это, конечно же, было при них. Женщина бережно хранила всё в своей сумке.

Полицейский взял книгу. На обложке красовалось пособие Пять-три, но стоило раскрыть его, как взору предстало поистине отвратительное зрелище: пошлое, грязное содержимое, разбавленное к тому же совершенно откровенными картинками.

Женщина вновь завелась, ее глаза покраснели от гнева.

Глядя на ее поведение, нельзя было сказать, что она притворяется.

Любой родитель, увидевший, что его ребенок читает подобную гадость, придет в ярость. Лица полицейских тоже помрачнели, и они в первую очередь принялись проверять учетные записи продаж.

Этот экземпляр Пять-три действительно числился среди проданных из лавки Нин Юаня, однако кто именно подменил начинку, оставалось большим вопросом.

— Только посмотрите на эту работу! Невозможно найти и следа подделки! Кто, кроме профессионалов, способен сделать все так безупречно? — взволнованно завопила женщина. — Это определенно дело рук книжного магазина!

И правда, замена была выполнена настолько искусно, будто книга изначально такой и продавалась.

Но Нин Юань прекрасно знал, что все книги в его лавке поступают из официальных и надежных источников, подобных накладок просто не могло возникнуть. И даже если предположить невероятное — допустим, с книгой действительно что-то не так, — это косяк издательства.

Впрочем, сам Нин Юань сомневался, что издательство могло допустить подобную ошибку.

Если эта родительница тоже не лгала, значит, со стопроцентной вероятностью соврал сам ребенок.

— Зачем книжному магазину вообще устраивать такую возню с подделками? — подал голос Фу Цзиньсяо. — Какой в этом смысл?

— Да владелец этого книжного — просто омерзительная мерзость, педофил! Его выгнали из школы за то, что он домогался учеников! — во весь голос закричала женщина. — У него уже есть судимость!

Шумная толпа мгновенно затихла, лицо Нин Юаня резко помрачнело.

Женщина же приняла это за признак вины и, исполнившись торжества, уже хотела продолжить, как вдруг ощутила холодок в спине.

Она обернулась и встретилась с ледяным взглядом Фу Цзиньсяо. На его лице не было свирепого или жуткого выражения, но женщину мгновенно пробрало до мурашек, ползущих от самого копчика вверх. Она невольно вздрогнула, и все заготовленные слова застряли в горле.

— Все это грязные слухи, можете расспросить в той школе, и все узнаете сами, — лицо Нин Юаня было слегка бледным, но держался он вполне спокойно. — За распространение клеветы предусмотрена уголовная ответственность. Сначала подумайте, а потом говорите.

Женщина тихонько бросила: — Тогда почему ты уволился?

Нин Юань только хотел что-то ответить, как вперед шагнул полицейский: — Так, хватит. Где тот ученик, который купил книгу?

Изначально все думали, что мальчика здесь нет, но тут из толпы неожиданно вышел парень лет пятнадцати-шестнадцати.

Оказывается, он все это время стоял снаружи и глазел на представление.

Глядя на паренька, Нин Юань чувствовал смутное дежавю, будто уже где-то его видел, но вспомнить так и не смог.

— Это ты сам купил книгу? — обратился полицейский к мальчику. — Уверен, что именно в этом магазине? Что это та самая книга? Ее не подменяли?

Мальчишка кивнул с абсолютным спокойствием: — Да, мне ее продал лично учитель Нин. Когда я пришел домой и открыл ее, там было вот это. Я раньше ничего подобного не видел, мне показалось это жуть как захватывающе, хи-хи, вот я и принес ее в школу, чтобы поделиться с одноклассниками...

— Вы только послушайте этого душегуба! — женщина снова зашлась в истерике. — Моего примерного мальчика испортила эта падла...

— А знаешь, почему твой примерный мальчик скатился до такого? — прервал ее Фу Цзиньсяо. — Да потому что у него мать — круглая дура с отравленными мозгами!

Нин Юань хотел было подсказать полицейским, как легко отличить поддельную книгу от настоящей.

Но Фу Цзиньсяо, не сводя глаз с паренька, первым делом спросил: — Скажи-ка, дружок, сколько тебе лет?

Мальчик опешил, но ответил: — Пятнадцать. Я еще несовершеннолетний.

— Верно, несовершеннолетний, но ты же знаешь, что все равно несешь частичную уголовную ответственность? Сейчас дело касается целого букета тяжелых статей: клевета и оговор, умышленное причинение вреда, порча чужого имущества, создание угрозы общественной безопасности... Все это очень серьезные правонарушения, — произнес Фу Цзиньсяо. — Если не веришь, спроси вон у дяди полицейского.

Один из стражей порядка хотел было что-то сказать, но коллега дернул его за рукав и украдкой покачал головой.

Повертев головой по сторонам, мальчик сохранил невозмутимость: — Я же не лгу.

Фу Цзиньсяо усмехнулся: — Я и не говорил, что ты врешь, можешь не спешить с оправданиями. На самом деле определить, продавали ли эту книгу у нас, проще простого. Наверное, ты не в курсе: на каждую проданную нами книгу заведены не только учетный номер, но и точные данные о ее весе.

Лицо паренька тут же переменилось.

Фу Цзиньсяо тоже убавил мягкости в голосе: — Подменяли содержимое книги или нет, была ли она оригинальной — достаточно просто взвесить ее, и все станет ясно. Пусть даже толщина и количество страниц совпадают, вес бумаги всегда разный, понимаешь?

Мальчик помрачнел еще сильнее.

Не давая ему опомниться и прийти в себя, Фу Цзиньсяо шагнул за кассу, сделал несколько кликов мышкой и зачитал с пустого экрана компьютера: — Вес проданного нами экземпляра Пять-три составляет четыреста тридцать два грамма. Сейчас мы взвесим то, что купил ты, и правда выйдет наружу.

С этими словами он уже потянулся за злополучной книгой: — Если сейчас же во всем не признаешься, потом возможности не будет.

Мальчик запаниковал и наконец выдавил: — Эта книга... не из этого магазина.

http://bllate.org/book/26211/3137501