Готовый перевод I Picked Up a Husband After Fleeing My Wedding / Сбежавший жених и внезапное предложение: Глава 8

Нин Юань умудрился вонзить нож в чужое сердце и даже не заметить этого, а затем вежливо спросил Фу Цзиньсяо: — Ты как считаешь?

Фу Цзиньсяо кипел от внутреннего негодования. Он не выдержал, подался корпусом вперед и, ничего не говоря, принялся упорно вглядываться в его лицо.

Они сидели очень близко, расстояние между лицами составляло меньше десяти сантиметров. Нин Юань чувствовал, как его словно затягивает в эти глубокие карие глаза. Его щеки слегка запылали, и он немного откинул голову назад: — Что такое?

— Я считаю, что всё отлично, — неожиданно расплылся в улыбке Фу Цзиньсяо, и во всем его виде сквозила крайняя невинность. — Просто интересно, как ты умудряешься быть таким умным?

Нин Юань: — …

Хвалишь за ум — так и хвали, к чему эти фокусы?

— Так ты согласен? — Нин Юань молча отодвинулся чуть в сторону.

Назло ему Фу Цзиньсяо не только заметил это движение, но и прямо озвучил: — От чего ты прячешься? Боишься меня?

— …Тут жарковато. — Нин Юань взмахнул ладонью перед лицом, словно обмахиваясь веером, повернулся к кондиционеру в углу и повысил голос, обращаясь к Нин Ецю: — Мам, этот кондиционер опять сломался? Мастер по гарантии приходил?

— Вчера был… — голос Нин Ецю донесся из кухни, смешиваясь со свистом и шкворчанием жарящихся овощей, так что разобрать было трудно.

— Похоже, так и не починил. — Нин Юань просто встал, подошел к кондиционеру и осмотрел его, хотя ничегошеньки в этом не смыслил. Бормоча себе под нос, то ли рассуждая вслух, то ли поясняя Фу Цзиньсяо, он произнес: — Кондиционер старый, охлаждал и раньше плохо. Я думал, хладагент кончился, хотел дозаправить, чтобы пережить это лето, но, судя по всему, он уже отжил свое…

— Больше десяти лет пахал, — внезапно распахнув дверь кухни и размахивая кухонной лопаткой, рявкнула Нин Ецю. — Пора ему на покой.

— Давай просто купим новый, я завтра сгоняю посмотрю, — бросил Нин Юань, оставляя кондиционер в покое. Он перешагнул к журнальному столику и обратился к Фу Цзиньсяо: — Если возражений нет, на этом и порешим, соглашение в силе?

Фу Цзиньсяо понимал, что ход событий уже не изменить, поэтому спорить не стал, но выдвинул одно маленькое условие: — Ладно, перепиши всё от руки в двух экземплярах. Мне нравится твой почерк.

Нин Юань в прошлом работал преподавателем и специально ставил себе руку. Его почерк действительно был намного красивее, чем у многих молодых людей, которые в нынешние времена редко берут в руки ручку. Фу Цзиньсяо уже как-то говорил, что ему нравится, как он пишет, и Нин Юань, не задумываясь, согласился: — Хорошо.

На самом деле Нин Юань прекрасно понимал: они уже получили свидетельство о браке, и какие бы бумаги они теперь ни подписывали, юридической силы те не имеют.

Но раз уж зашло так далеко, поделать было нечего — оставалось винить лишь собственное помутнение рассудка.

Если у Фу Цзиньсяо были какие-то тайные замыслы, сейчас он бы ни за что не согласился на развод. Заведи Нин Юань разговор об этом напрямую, он бы лишь всё испортил.

Если же Фу Цзиньсяо и впрямь хотел лишь подыграть собственному отцу, то любые подозрения с его стороны сделали бы только больнее человеку, который в конце концов ему помог.

Поразмыслив как следует, Нин Юань пришел к выводу, что пустить всё на самотек сейчас — пожалуй, лучшее решение.

В конце концов, время еще есть: при частом общении человек с дурными намерениями неизменно покажет свое истинное лицо. Вряд ли его удача настолько отвратительна, чтобы подряд встретить двух У Сяо?

А потому это соглашение служило лишь средством психологического давления на Фу Цзиньсяо. Нин Юань вовсе не рассчитывал, что от него будет какая-то реальная польза, а потому и к форме составления относился безразлично.

Наблюдая со стороны за тем, как Нин Юань выводит строчки, Фу Цзиньсяо вдруг произнес: — Учитель Нин, у вас поистине прекрасный почерк. Научите и меня.

Кончик пера Нин Юаня дрогнул, и в иероглифе цзюэ, означающем отказ, потянулась нелепо длинная черта, воочию демонстрируя всю суть этого самого отказа.

Поскольку раньше он работал в школе, многие знакомые по привычке продолжали звать его учитель Нин, но почему-то из уст Фу Цзиньсяо это звучало с каким-то задорным, дразнящим оттенком.

Нин Юань бросил на него взгляд, но тот сохранял абсолютно искреннее выражение лица. Нин Юаню пришлось опустить голову и продолжить писать: — Красивый почерк — результат упорных тренировок, здесь нет никаких секретов, я ничему не смогу тебя научить.

В глазах Фу Цзиньсяо мелькнула искорка смеха: — Учитель Нин, когда вы учили учеников, вы тоже были столь своенравны?

— Ты мне не ученик, — с ледяным лицом отрезал Нин Юань. — Подписывай.

Не глядя в бумаги, Фу Цзиньсяо взял ручку и размашисто, в несколько росчерков вывел свое имя.

Почерк у него, по правде говоря, тоже был неплох — размашистый, стремительный, полный дерзкого вызова. Однако у Нин Юаня на этот счет нашлось лишь одно определение: ребячество.

Заметив перемену в выражении лица Нин Юаня, Фу Цзиньсяо тут же добавил: — Ох, верно, я же не твой ученик. Я твой муж.

Нин Юань: — …

— Ха-ха-ха… — Фу Цзиньсяо чуть не зашелся от смеха. — Учитель Нин, ну до чего же вы очаровательны.

Нин Юань помрачнел и потребовал: — Не называй меня учителем. Больше слышать не хочу это слово.

Фу Цзиньсяо вмиг замер, словно нажал на паузу. Смех оборвался на полуслове, а на лице проступило глубокое раскаяние.

Как он мог забыть про этого мерзавца? Ведь такая прекрасная была атмосфера, зачем он вообще завел эту тему?

Фу Цзиньсяо хотел извиниться, но сообразить, как именно сформулировать слова, не получалось.

Заметив перемену в его настроении, Нин Юань понял, что перед ним по-прежнему вежливый и добрый парень, и на душе у него немного отлегло. Ему даже стало стыдно за собственные подозрения.

На самом деле его не коробило, когда другие обращались к нему так, и он вовсе не собирался из-за какого-то У Сяо запрещать окружающим произносить слово учитель.

Только что он просто решил втайне проверить реакцию Фу Цзиньсяо.

— Давай добавим друг друга в WeChat, — Нин Юань достал телефон, решив сменить тему.

Фу Цзиньсяо не понял, с чего вдруг произошла такая резкая перемена, но послушно и без лишних вопросов тут же отсканировал код.

Лишь увидев перевод денег от Нин Юаня, Фу Цзиньсяо снова помрачнел: — Того типа отлупил я, и платить должен был я.

— Если бы не моя история, с чего бы тебе вообще знать, кто такой У Сяо, и тем более лезть в драку? — безапелляционным тоном произнес Нин Юань. — Мне искренне жаль, что из-за меня ты лишился работы. Я не стану говорить о какой-то компенсации, но эти деньги ты обязан взять.

Делать было нечего, Фу Цзиньсяо пришлось принять перевод.

— Твоя работа… — Нин Юань немного поколебался и снова спросил: — Есть шанс ее вернуть? Мой знакомый общается с каким-то секретарем в горкоме… Я не особо разбираюсь во всех этих связях, но если обратиться к нему, сможет ли он помочь?

Фу Цзиньсяо едва не покрылся холодным потом от испуга. Забыв про злополучные десятки тысяч юаней, он отчаянно замахал руками: — Ни в коем случае, не надо.

— Почему? — удивился Нин Юань. — В государственные структуры сейчас так трудно устроиться на службу, после такого тебя больше никуда не возьмут.

— Я и не был госслужащим, числился в бюджетном учреждении, — пояснил Фу Цзиньсяо. — К тому же мне и самому разонравилось там сидеть. Если бы я боялся потерять это место, то не стал бы марать руки сам, а нанял бы кого-нибудь… чтобы отмудохать его.

Нин Юань: — …Разве работа в гражданской администрации не хороша? Почему тебе не хотелось там оставаться?

— В мои обязанности входило оформление разводов, а вчера из-за наплыва людей меня временно перебросили в брачный зал. Насмотревшись на то, как возлюбленные превращаются в злейших врагов, как люди поливают друг друга грязью и переживают крах надежд, я чуть в любви не разуверился, — с досадой вздохнул Фу Цзиньсяо. — К тому же такая рутинная работа мне не подходит. А пошел я туда изначально лишь для того, чтобы доказать отцу: я на многое способен. Теперь я прозрел и понял, что в этом нет никакого смысла — нельзя растрачивать жизнь на пустые споры, поэтому я хочу заняться тем, что мне действительно нравится.

Раз уж разговор зашел об этом, Нин Юань не стал больше возражать: — И какая работа тебе по душе?

— У меня образование в сфере менеджмента, — ответил Фу Цзиньсяо. — Лучше всего найти что-то по специальности. У тебя случайно нет на примете подходящих вакансий?

Опыт работы у самого Нин Юаня был небогат, да и в словах Фу Цзиньсяо он не усмотрел никакого подвоха. Поразмыслив, он ответил: — Я сам в этом не силен, но завтра расспрошу знакомых и друзей.

— Угу, не к спеху, — Фу Цзиньсяо сладко потянулся. — Сейчас слишком жарко, пожалуй, мне понадобится немного времени, чтобы прийти в себя.

Нин Юань прекрасно его понимал: когда он сам уволился из школы, у него ушло несколько месяцев на то, чтобы прийти в норму.

В такую жару и вовсе не хотелось шевелиться. Он снова бросил взгляд на кондиционер: — Он совершенно не холодит, похоже, действительно сломался.

Фу Цзиньсяо смущенно улыбнулся: — Я не про кондиционер, я про погоду.

Нин Юань улыбнулся в ответ, чувствуя легкое беспокойство за собеседника: — Отец не рассердится, когда узнает обо всем?

— Главное — найти хорошую работу, тогда ему нечего будет возразить, — Фу Цзиньсяо вздохнул и с детской наивностью протянул: — Эх, судя по всему, времени на раскачку у меня нет, нужно как можно скорее выходить на работу. Кстати, в вашем жилом комплексе сдаются квартиры? На какой минимальный срок их обычно подписывают?

Нин Юань приподнял брови: — В нашем жилом комплексе?

— Я ведь не местный, — Фу Цзиньсяо бросил на Нин Юаня быстрый взгляд, притворившись, будто не заметил скрытого подтекста в его вопросе. — Приехал в Юйчэн всего пару месяцев назад, до этого жил в общежитии при учреждении. Работы было полно, погулять времени не оставалось, так что здешних мест я совсем не знаю. А поскольку с местом следующей работы я еще не определился, хотелось бы снять жилье на короткий срок…

— Этот район слишком старый, жить здесь неудобно, — выбежав из кухни, вставила свое слово Нин Ецю. — Нин Юань!

Она ужасно боялась, что сын отправит Фу Цзиньсяо искать съемную квартиру, и тогда их общение сведется к минимуму.

Нин Юань бросил взгляд на родную матушку, которая так явно болела душой за чужого человека, мысленно вздохнул и сказал Фу Цзиньсяо: — Не нужно ничего снимать. У меня пустует еще одна квартира, поезжай туда. А когда найдешь работу — если будет неудобно, тогда и подыщешь что-то другое.

С этими словами он протянул ему связку ключей.

Фу Цзиньсяо сперва обрадовался, но тут же сообразил: — Я буду жить там один?

Он запнулся, сообразив кое-что еще: — Это случайно не твоя новая квартира? Так ведь не годится.

— Квартира существует для того, чтобы в ней жили, ничего неподходящего здесь нет, — отмахнулся Нин Юань. — Если не хочешь жить в моем доме, я могу сам оплатить тебе аренду. Так или иначе, я в ответе за то, что ты лишился работы, и не собираюсь бросать тебя на произвол судьбы.

Видя его непреклонность, Фу Цзиньсяо немного подумал и охотно согласился: — Хорошо, спасибо тебе.

Вопрос был решен, однако в квартире в Цзинчэне никто никогда не жил, ее требовалось хотя бы слегка прибрать. На сегодня уже не оставалось времени, так что переезжать придется завтра.

После ужина Фу Цзиньсяо сам предложил отправиться ночевать в гостиницу.

— Вблизи нашего старого района нет никаких гостиниц, только паршивые постоялые дворы — даже не отели, а так, ночлежки, — Нин Ецю категорически не желала отпускать Фу Цзиньсяо в отель и особо подчеркнула: — Там антисанитария полная, да и небезопасно. Цзиньсяо, оставайся ночевать дома, Сяо Юань вполне может поспать на диване.

Нин Юань: — …

Уж чья бы матушка говорила.

Фу Цзиньсяо взглянул на Нин Юаня, собираясь что-то сказать, но вовремя прикусил язык.

Разумеется, уходить ему не хотелось, более того — ему безумно хотелось лечь в одну постель с Нин Юанем.

Однако Нин Юань явно был против, а злить его Фу Цзиньсяо хотел меньше всего. Он и так с таким трудом добрался до этого этапа, спешить сейчас было нельзя, иначе он попросту спугнет его.

Нин Юань тоже перевел взгляд на мать.

Пришлось ему сказать Фу Цзиньсяо: — Поблизости и правда путевых гостиниц нет. Может, перебьешься у нас одну ночь?

Фу Цзиньсяо тут же закивал: — Тогда я лягу на диване.

Конечно, позволить гостю спать на диване Нин Юань не мог, к тому же в обеих спальнях не было собственных санузлов, и среди ночи Нин Ецю было бы неудобно вставать по своим делам.

В итоге на диване лег сам Нин Юань.

Фу Цзиньсяо терзали угрызения совести, и он даже пожалел, что вообще остался.

Заметив его беспокойство, Нин Юань усмехнулся: — С твоим-то ростом на нашем убогом диванчике точно не поместишься, иди ложись по-человечески на кровать.

Заметив, что щеки Нин Юаня слегка покраснели — судя по всему, от духоты, — а кондиционер в гостиной по-прежнему почти не охлаждал воздух, Фу Цзиньсяо подошел к нему и предложил: — Давай я взгляну, что там с кондиционером…

Он приблизился к прибору, и едва его пальцы коснулись корпуса, как кондиционер издал странный скрежещущий звук, после чего медленно-медленно утих… окончательно испустив дух.

Фу Цзиньсяо: — Я… я ничего не делал.

— Ты тут ни при чем, — довольно протянула Нин Ецю. — Я же говорила, что он на ладан дышит. Так и вышло.

Нин Юань: — …

Как ему теперь спать без кондиционера?

http://bllate.org/book/26211/3137497