Готовый перевод Even an Alpha Can Get Bitten! / Став Альфой, я всё ещё рискую быть укушенным!: Глава 6

Цзи Юй присел, чтобы немного передохнуть, но, заметив, что остальные всё ещё пристально смотрят на него, в недоумении спросил:

— Что случилось?

Чжу Си не знала, как именно признаться, что она альфа, поэтому молча выпустила немного феромонов, чтобы в мягкой форме намекнуть Цзи Юю.

Хэ Ячжи медленно произнёс:

— Ну, это… Цзи, вообще-то Чжу Си очень сильная.

— Да, она очень... «альфа», — робко добавила Чэнь Цюнсы.

Цзи Юй скользнул взглядом по росту Чжу Си, немного подумал и всё понял. Наверное, она просто хочет доказать, что она — «пацанка». У него в прежнем классе тоже были такие девчонки, которые вечно пытались взвалить на себя мужскую работу. Опасаясь, что Чжу Си решит, будто он проявляет сексизм, Цзи Юй пояснил:

— Я просто на рефлексах бросился помогать, ничего такого не имел в виду.

— Это я не удержала, — улыбнулась Чжу Си и, вернувшись на своё место, продолжила решать задачи.

Хэ Ячжи положил пакет на парту Цзи Юя:

— Как обычно.

В пакете были сэндвич, печенье, молоко и упаковка пластырей. Цзи Юй вернул пластыри Хэ Ячжи:

— Твои.

— Нет, это я тебе купил, — хихикнул Хэ Ячжи. — На всякий случай.

Мало ли, вдруг молодому господину Гу днём понадобится сменить повязку.

— Спасибо.

Цзи Юй распаковал сэндвич и откусил большой кусок. Секундой позже его лицо застыло. Сэндвич оказался острым! Цзи Юй совершенно не переносил острое и обычно старался даже не приближаться к такой еде, разве что из вежливости к друзьям мог с трудом проглотить что-то слегка пикантное. Но этот сэндвич выходил за рамки его возможностей. Он поспешно приложился к молоку и невнятно пробормотал Хэ Ячжи:

— Больше не покупай такой.

— А? — Хэ Ячжи внимательно осмотрел сэндвич, вроде бы ошибки не было. — Вкус не тот?

Цзи Юй допил полбутылки молока, прежде чем жгучая боль во рту наконец отступила.

— Слишком остро.

Хэ Ячжи озадачился. Разве раньше Цзи Юй не жаловался, что этот сэндвич недостаточно острый?

— Наверное, производитель изменил рецептуру. Кроме этого острого, есть ещё только обычные с ветчиной и сыром или с беконом и маслом.

— Те два подойдут, — отозвался Цзи Юй. Лишь бы не острое — он всё съест.

Печенье оказалось мягким, точь-в-точь такое, как он ел с самого детства. С любопытством взглянув на название компании — «Пищевая корпорация Цзи», — он хмыкнул: надо же, их однофамильцы.

Когда Цзи Юй доедал вторую половину пачки, Гу Цун вернулся на своё место. У него была очень правильная осанка: спина прямая, ноги согнуты под прямым углом, а длинные стройные ступни слегка вытянуты вперёд. Типичная поза прилежного ученика. Пластырь на левой руке вызывающе маячил прямо перед глазами Цзи Юя. Тот не удержался и спросил:

— Как твоя рана?

Гу Цун безразлично ответил:

— Нормально.

Цзи Юй не стал предлагать новый пластырь, а лишь посоветовал:

— Если всё хорошо, лучше сними его, так рана быстрее заживёт.

Гу Цун коротко отозвался, не сводя глаз с алых губ собеседника. Форма губ у того была очень красивой: изгиб верхней губы напоминал букву М, а уголки будто вечно улыбались, придавая лицу располагающее выражение. Цзи Юй слизал крошку печенья с губ и поймал взгляд Гу Цуна. Он немного замялся, но пододвинул печенье:

— Хочешь?

Гу Цун мельком глянул на упаковку и взял одну штучку. Печенье было с красным виноградом и кусочками шоколада, ещё более приторное на вкус, чем на запах.

— Вкусно, правда? — спросил Цзи Юй.

Гу Цун слегка нахмурился:

— Слишком сладко.

— Пойдёт, — жуя печенье, бросил Цзи Юй. — Я с детства это люблю.

От него исходил сладкий запах печенья, и Гу Цун невозмутимо скользнул взглядом по его шее.

Весь день Цзи Юй чувствовал себя бодрым. Даже в самые сонные часы, под монотонный, убаюкивающий голос учителя Вана, его ни капли не клонило в сон. Лишь когда уроки закончились и он вернулся в общежитие, его напряжённые нервы наконец отпустили, и он сладко зевнул.

Хэ Ячжи заглянул, чтобы одолжить шампунь, и, увидев такое состояние друга, спросил:

— Днём не спал?

— Ага, — Цзи Юй откинулся на спинку стула и лениво протянул: — Молодой господин Гу совсем не давал мне выспаться.

Весь день он ломал голову, почему же ему не спится. Если это не проделки системы, то причина явно в переменах в реальной жизни. Поразмыслив, Цзи Юй пришёл к выводу: у него появился сосед по парте. До перемещения он целый год сидел один, а теперь вот этот отличник постоянно крутится рядом, мешается под ногами. Непривычно, вот и заснуть трудно. Вполне логично.

У Хэ Ячжи загорелись глаза:

— Вы что, на уроках в игры играли?

Неужели он угадал?

Цзи Юй искоса взглянул на него:

— Его присутствие мешает мне спать.

— Привыкнешь, привыкнешь.

Бормоча это себе под нос, Хэ Ячжи вышел.

Балконная дверь и окна были плотно закрыты. В тот момент, когда Хэ Ячжи закрыл дверь, в комнате воцарилась абсолютная тишина, словно она оказалась в другом мире. Цзи Юй выкрутил громкость телефона на максимум, включил музыку в случайном порядке и вышел на балкон покурить.

Раздался щелчок — дверь открылась. Гу Цун вошёл с серебристым чемоданом. Он обвёл взглядом комнату, и его глаза остановились на сигарете в пальцах Цзи Юя. Он нахмурился, выражая явное недовольство. Поняв, что табачный дым ему не по душе, Цзи Юй затушил сигарету, помахал рукой, разгоняя воздух, и спросил:

— Ты будешь жить в общежитии?

— Да, — выражение лица Гу Цуна смягчилось, он покатил чемодан внутрь. — Дома небольшие неприятности, некоторое время поживу здесь.

Цзи Юй глянул на дверь — никого больше не было. Переведя взгляд, он увидел, что молодой господин Гу собственноручно принялся застилать постель. Цзи Юя это удивило: он думал, что такие «молодые господа», как Гу Цун, привыкли к роскоши. Что они и пальцем не пошевелят, чтобы застелить кровать или разобрать шкаф, и даже если живут в общежитии, за них всё должна делать прислуга, а самому достаточно просто стоять рядом и наблюдать.

Тонкие губы Гу Цуна сжались в линию:

— Думал, я этого не умею?

Цзи Юй неловко рассмеялся:

— Так заметно? У меня был старший брат, мне часто приходилось делать это за него.

Гу Цун открыл чемодан и принялся методично перекладывать вещи в шкаф. Цзи Юй замер. Гу Цун сказал «был старший брат». А до этого упоминал неприятности дома... Похоже, в богатых семьях всё куда сложнее, чем кажется. Он не особо умел утешать людей и не знал, как завести разговор о личном, поэтому просто спросил:

— Эм... помочь?

Гу Цун взглянул на распахнутый шкаф Цзи Юя, затем на беспорядок в ванной и холодно бросил:

— Не нужно.

Цзи Юй проследил за его взглядом, но ничего необычного не заметил.

— Тогда я пойду в душ. Кстати, чтобы была горячая вода, нужно пополнить карту на первом этаже. Если не против, можешь пока воспользоваться моей.

— Угу.

Гу Цун обернулся и увидел, что Цзи Юй стоит перед шкафом и, особо не стесняясь, стягивает футболку, обнажая гладкую кожу и пропорциональную, жилистую спину. Его кожа была до того белой, что казалась светящейся, приковывая взгляд. Гу Цун задержал взгляд на поясничных ямочках Цзи Юя, а затем перевёл его на шею.

Железа омеги не находится на поверхности кожи, она скрыта в подкожных тканях в районе седьмого шейного позвонка, и, чтобы альфе было легче её найти и пометить, на коже часто проступают характерные узоры.

Цзи Юй опустил голову, обнажая чистую заднюю часть шеи. Никаких узоров там не было. Гу Цун слегка приподнял веки и медленно выпустил феромоны, наблюдая за реакцией парня.

Цзи Юй потёр нос, чувствуя, как внутри разливается жар. Он украдкой глянул на Гу Цуна и пробормотал про себя: «Почему его парфюм становится всё сильнее? Так приятно пахнет, аж в голове проясняется».

Эта мысль промелькнула на мгновение. Он расстегнул ремень, снял брюки, пытаясь разрядить неловкую атмосферу:

— У тебя довольно приятный парфюм.

Гу Цун помолчал, а затем медленно ответил:

— Это естественный запах тела.

http://bllate.org/book/26196/3136046