Готовый перевод Five Hundred Billion More [Transmigrated] / Как спустить 50 миллиардов, если бизнес постоянно приносит прибыль?: Глава 15

Бай Юэсянь никак не мог отказаться от требования начальника, поспешно приложил карту, открыл дверь номера и пригласил Чжуан Суаня войти и поговорить.

— Твое тело выглядит намного лучше, — Чжуан Суань опустился на диван и подобрал вполне безобидное начало для разговора.

Бай Юэсянь ответил:

— На самом деле ничего особенного, выпил лекарства, и мне уже гораздо лучше, а вечером удалось посмотреть такое потрясающее представление.

Произнося эти слова, он помимо воли вспомнил, как Чжуан Суань сидел за рычагами экскаватора, и в уголках его глаз заиграла легкая улыбка.

— На самом деле я пришел не для того, чтобы обсуждать дела, а чтобы извиниться перед тобой, — в относительно уединенной обстановке Чжуан Суань наконец отбросил ложную гордость. — Надеюсь, ты сможешь простить меня.

— А? — озадаченно переспросил Бай Юэсянь. — Что имеет в виду генеральный директор Чжуан? За что вам извиняться? Это моя работа оказалась не на высоте — я не смог устроить так, чтобы вы смотрели представление с лучших мест. К тому же я совсем не умею управлять экскаватором, из-за чего вам пришлось так тяжело, а я только наслаждался покоем. Во всем виноват я, это моя халатность, и извиняться должен я. Вы имеете полное право урезать мне премию за такое.

Как можно лишать человека денег? Поездка была спланирована Бай Юэсянем настолько тщательно, вплоть до мельчайших деталей, что ему положена самая щедрая премия. Чжуан Суань торопливо замахал руками и пояснил:

— Я не об этом. Я говорю о том, что было раньше, о тех словах, что я сказал, когда ты признался, что хочешь со мной сблизиться. Я был неправ, мне не следовало делать беспочвенных выводов о твоих намерениях. Подобные сомнения в твоей честности, пожалуй, задели твое самолюбие, и я приношу извинения за свою недальновидность.

Бай Юэсянь без сил рухнул обратно на диван. Если бы его разум не был натянут тугой струной, он бы, пожалуй, по-настоящему расплакался от счастья.

Как на свете может существовать такой замечательный человек, как Чжуан Суань? Чуткий, понимающий, способный признать свои ошибки — стоило Бай Юэсяню промолчать, как тот сразу угадал его чувства. Поняв, что обидел его, он устроил это экстравагантное световое шоу, чтобы утешить. А теперь Чжуан Суань даже унизился до того, что пришел лично и искренне перед ним извинился.

С самого полудня и до сей минуты настроение Бай Юэсяня переживало бурные взлеты и падения, бушуя в груди.

Однако он быстро взял себя в руки. Он уже не наивный юнец, а Чжуан Суань, хоть и выглядит молодо, обладает весьма изворотливым умом. Почему он сначала отказал, а теперь пришел с извинениями? Чего он добивается?

Сейчас Бай Юэсянь уже не был до конца уверен в собственных суждениях. Чжуан Суань вечно преподносил ему сюрпризы.

— Ты — мой любимый тип, я хочу попытаться завязать с тобой отношения, — опередив любые слова Бай Юэсяня, Чжуан Суань выпалил то, что так долго вынашивал в мыслях.

Кто бы мог подумать, что, прождав целую вечность, он услышит лишь спокойный голос Бай Юэсяня:

— Генеральный директор Чжуан, даже если я действительно…

Про себя Чжуан Суань подумал: лишь бы только ты делал это не ради денег. Разумеется, произносить такое вслух он больше не стал, поэтому лишь сосредоточенно посмотрел на Бай Юэсяня и кивнул.

Бай Юэсянь с горькой усмешкой добавил:

— А знает ли генеральный директор Чжуан, что сейчас кто-то оплачивает мое содержание?

Чжуан Суань вспомнил досье на Бай Юэсяня, которое ему подкинула Чжуан Нин. В отчете упоминалось, что некий пожилой мужчина снял для Бай Юэсяня квартиру за пределами кампуса. Там же говорилось о дорогом, но идеально сидящем костюме парня — все эти детали ясно указывали на то, что его жизнь вовсе не так бедна и стеснена. За спиной Бай Юэсяня кто-то стоял.

Стараясь проявить терпение, Чжуан Суань произнес:

— У тебя наверняка есть свои причины, а раз ты не хочешь говорить, я не буду допытываться.

Чжуан Суань не слишком отчетливо помнил все сюжетные повороты оригинальной книги. Тогда его занимали лишь моменты, связанные с тем, как люди зарабатывают деньги, и, честно говоря, он не особо вникал в не самые примечательные детали предыстории персонажей. Он помнил лишь, что у Бай Юэсяня было непростое происхождение, и, кажется, тот профессор, что умер от рака, вовсе не был его биологическим отцом.

Неужели пожилой мужчина, тайком содержащий Бай Юэсяня, — его родной отец, который просто по каким-то причинам не может признать внебрачного сына и потому помогает ему лишь в меру своих возможностей? Выходит, до сих пор романтический опыт Бай Юэсяня был абсолютно чист?

Помимо этого, Чжуан Суаня мало что волновало, и ему даже в голову не приходило, что настоящий отец Бай Юэсяня тоже окажется богачем, причем напрямую замешанным в упадке семьи У.

В этот момент Чжуан Суаня не особо волновало и то, насколько искренни чувства Бай Юэсяня к нему. Согласно сюжету книги, Бай Юэсянь любит У Тянью. Даже если он вступит с Бай Юэсянем в отношения чуть раньше, это будут всего лишь отношения. Какие-то романы заканчиваются успешно, какие-то — нет.

Лишь бы Бай Юэсянь был готов принимать от него дорогие подарки.

В глазах Бай Юэсяня мелькнуло непонятное воодушевление, и он без малейших колебаний ответил:

— Хорошо, я согласен попробовать построить с тобой отношения. Но…

— Но что? Выдвигай любые условия, я на все соглашусь, — нетерпеливо пообещал Чжуан Суань.

Бай Юэсянь улыбнулся краешком рта и очень серьезно и официально заявил:

— На время отношений у нас будет раздельный бюджет. Если ты подаришь мне подарок, я в ответ преподнесу тебе что-нибудь равноценное. Генеральный директор Чжуан, прошу, реально оценивайте мои финансовые возможности. Кроме того, я бедняк, и моя жизнь отличается от жизни таких людей, как вы, выросших с золотой ложкой во рту. Если наши взгляды на жизнь сильно разойдутся, вы должны сказать мне об этом прямо в лицо. Чтобы не возникало никаких недопоговорок и пустых домыслов.

Чжуан Суань остолбенел:

— Разве ты не ради денег со мной? Какой еще раздельный бюджет? Разве в процессе отношений не должно быть так: что ни попросишь — я все даю, а по праздникам мы обмениваемся подарками…

— Это называется содержанством, а не отношениями, — вздохнув, пояснил Бай Юэсянь. — Чжуан Суань, когда я изначально предложил встречаться, я имел в виду именно это. Я делаю это не ради выгоды, а исключительно из симпатии. Но ты был прав в своих опасениях, и я прекрасно их понимаю. Именно поэтому я четко обозначаю правила нашего союза. Если ты согласен на такие условия, мы попробуем быть вместе. Если же ты не можешь принять этот принцип, тогда нам лучше даже не начинать.

Никаких денег, раздельный бюджет? Чжуан Суань вдруг почувствовал себя в полном проигрыше. Он столько сил потратил за целый вечер, а в итоге получил вот это — остался и без денег, и без выгоды.

Эх, и что теперь делать? Если он подарит часы за сотню тысяч или машину за несколько сотен тысяч, у Бай Юэсяня банально не хватит денег на равноценный ответный подарок. А раз так, тот сможет с чистой совестью отказаться принимать от него дорогие презенты. И как прикажете в таком случае сорить деньгами ради Бай Юэсяня?

Но если он откажется прямо сейчас, то окажется в заложниках ситуации — не может же он забрать свои слова обратно и в очередной раз ударить в грязь лицом? Да и особой уверенности в том, что он сможет силой заставить Бай Юэсяня принять его правила игры, у него не было.

— Ладно-ладно, я согласен, — поспешно сдался Чжуан Суань, решив действовать постепенно. Главное — закрепить статус отношений, а предлог потратиться на него потом всегда найдется. Тут же он пробормотал себе под нос: — Слушай, а может, мне выписывать тебе побольше зарплаты и премий, когда мы вернемся?

— Как такое возможно? Мой оклад и так самый высокий для моей квалификации и должности. Заслуг у меня пока нет, так с какой стати мне повышать зарплату? Что подумают остальные сотрудники? — с праведным возмущением отказался Бай Юэсянь.

Разве в книге не говорилось, что Бай Юэсянь нуждается в деньгах? Разве там не утверждалось, что он крутит шашни с пушечным мясом исключительно ради наживы? Почему сюжетная линия дала такой дикий сбой?

В глубине души Чжуан Суань беззвучно взвыл от отчаяния. Переведя дыхание пару секунд, он попытался сохранить невозвозмутимый вид:

— Поздно уже, а завтра нам еще предстоит экскурсия. Я пойду к себе отдыхать.

Глядя, как Чжуан Суань буквально вылетает из номера, Бай Юэсянь чувствовал себя еще более растерянным, чем днем. Ведь он сам с самого начала добивался отношений, и теперь они пришли к согласию, так почему же Чжуан Суань выглядел совсем не счастливым?

Неужели Чжуан Суань просто пожалел его, не желая видеть его слезы и горести, и именно поэтому стал утешать, извиняться и даже сам предложил встречаться? Неужели Чжуан Суань слишком добр? В сердце Бай Юэсяня внезапно шевельнулось чувство вины за то, что он воспользовался мягкостью хорошего человека.

Впрочем, Бай Юэсянь считал, что и сам пошел на уступки: он действительно искренне восхищается Чжуан Суанем и любит его вовсе не ради денег. На заработок он способен и сам, упорно трудясь. По его мнению, отношения между двумя симпатизирующими друг другу людьми — это обоюдная отдача. Он намерен относиться ко всему на равных…

Интересно, понял ли это Чжуан Суань? Быть может, дав согласие нынче вечером, на практике Чжуан Суань все равно не сможет переступить через привычки мажора и будет пытаться за все платить сам, превратив его в итоге в своего содержанца? Если так, то ему останется лишь стиснуть зубы и первому порвать эти отношения.

Вновь зазвонил телефон. Опустив взгляд, Бай Юэсянь увидел на экране номер У Тянью. Подумав пару мгновений, он решил все же ответить. Грех упускать возможность заработать деньги, которые так любезно подкинул Лю Хун.

— Старший Бай, у меня тут возник один вопрос по финансам, хотел с вами посоветоваться. Я не разбудил вас? Извините, пожалуйста.

У Тянью, движимый чувством вины, прикрылся вполне благовидным предлогом. На самом же деле, находясь еще в вестибюле отеля, он связался с нанятым частным детективом и выяснил, что забронировал номер на том же этаже, что и Бай Юэсянь — всего в нескольких шагах, в самом углу коридора. Любимый человек был так близко.

— О? Говори свой вопрос, я запишу. Сегодня я слишком устал, да и чувствую себя неважно. Могу я ответить тебе завтра с утра? — Бай Юэсянь действительно выбился из сил. Физическое недомогание в сочетании с эмоциональными качелями отбили у него всякое желание рассуждать о каких-либо финансовых материях.

— Ах вот оно как... Старший, где именно вы чувствуете себя плохо? Нужно съездить к врачу? — У Тянью тут же выбросил из головы все вопросы по финансам, а в его голосе зазвучала тревога и забота. У него с собой были лекарства, к тому же он мог попросить друзей связаться с местной частной клиникой.

— Ничего страшного, я уже выпил лекарство. Просто очень хочется спать, голова соображает плохо, — честно ответил Бай Юэсянь. На самом деле ему было немного любопытно, какой предлог выдумает У Тянью, чтобы якобы случайно с ним столкнуться.

Однако У Тянью оказался слишком неопытен. То ли ему не хватало смелости, то ли он не решался заявиться среди ночи к нему в дверь с открытым забралом, но в итоге он лишь с беспокойством произнес:

— Старший Бай, тогда я не стану вам мешать. Отдыхайте. Быть в одиночку в заграничной командировке, заболеть и остаться без ухода — это ведь так тяжело... Эх, если бы я мог оказаться рядом с вами...

Бай Юэсянь сделал вид, будто не понимает истинных намерений У Тянью, и перевел разговор на другую тему, произнеся с довольной интонацией:

— Я вовсе не один в командировке, с нами вся компания — больше тридцати человек. К тому же начальник у нас отличный: когда мне стало плохо, он даже принес лекарство и проявил особую заботу.

— Ваш начальник? Старший Бай нашел работу? Вы же говорили, что не будете работать на других и откроете собственную компанию?

Хотя У Тянью прекрасно знал, что Бай Юэсянь уже устроился в девелоперскую компанию Цяньцю Ваньдай, ему приходилось изображать неведение, будто он узнал об этом только сейчас, чтобы не выдать себя…

Бай Юэсянь и вправду чувствовал себя уставшим, а У Тянью, как выяснилось, не был так прост, как казалось на первый взгляд. Чего ради все эти богачи ломают комедию и так изощренно пытаются к нему подкатить?

Гонимый роем вопросов в голове, Бай Юэсянь тем не менее заставил себя взять себя в руки и переброситься еще парой фраз:

— Младший товарищ У, подскажи, нет ли здесь каких-нибудь местных сувениров, которые можно подарить человеку, к которому испытываешь симпатию, чтобы они стоили не слишком дорого?

— С чего это старший Бай вдруг заговорил об этом? Неужели у вас кто-то появился? — в голосе У Тянью отчетливо слышалась настороженность и капелька робкой надежды.

— Можно и так сказать. А младший товарищ У? Раз уж ты за границей, наверняка купишь подарок для того, кто тебе дорог? — продолжал прощупывать почву Бай Юэсянь.

У Тянью машинально выпалил:

— Н-нет, никого, я ни с кем не встречаюсь, я…

— Младший товарищ У целиком погружен в учебу, верно? Прости, это я ляпнул лишнее. Извини, если больше вопросов нет, я прерываю звонок — глаза просто слипаются от усталости, — уставшим голосом попросил Бай Юэсянь.

У Тянью, конечно же, не хотел с ним расставаться, принялся сыпать извинениями и сам повесил трубку.

http://bllate.org/book/26184/3134729