Готовый перевод Five Hundred Billion More [Transmigrated] / Как спустить 50 миллиардов, если бизнес постоянно приносит прибыль?: Глава 11

Наконец наступил день долгожданной поездки. Находясь в VIP-зале ожидания аэропорта в Пекине, Чжуан Суань сидел в одиночестве и жаловался по телефону Чжуан Нину. Изначально он распорядился, чтобы все сотрудники уровня директоров летели первым классом, но Чжуан Нин тайком всё переиграл, оставив привилегии первого класса только для него одного. Лишь у нескольких директоров был бизнес-класс, а остальные, включая Бай Юэсяня, летели экономклассом. И при этом во всей корпорации об этом изменении не знал никто.

Даже помощник Бай утаил это от него до самого конца. Хорошо ещё, что он заранее не хвастался перед другими роскошными условиями поездки, иначе сегодня ему пришлось бы здорово покраснеть.

На другом конце провода Чжуан Нин мягко успокаивал младшего брата и убеждал:

— Братец, я знаю, что ты хотел отправить всех в путешествие с максимальным комфортом, но есть чёткая иерархия. Не стоит сорить деньгами. На весь самолёт всего несколько мест первого класса, и если ты займёшь их все, что делать остальным? Я понимаю, всё понимаю. Ты можешь втайне сам повысить класс билета для Бай Юэсяня, он наверняка будет тебе бесконечно благодарен. Чтобы завоевать человека, нужна определённая тактика: сначала принизить, а потом возвысить — только так можно показать своё особое к нему отношение.

—… — Чжуан Нин неизменно сводил любой разговор к делам сердечным, и Чжуан Суаню оставалось лишь потерять дар речи. Впрочем, повышать класс для Бай Юэсяня он и в мыслях не имел. И дело тут вовсе не в пожалеченных деньгах — просто он боялся, что Бай Юэсянь снова начнет обсуждать с ним рабочие чертежи и будущие проекты. От такого умника, как Бай Юэсянь, ничего не скроешь, и стоит ему хоть немного смошенничать или отделаться отговорками, как тот сразу всё раскусит. Вместо того чтобы ломать голову над отговорками, не проще ли самому в тишине и покое насладиться роскошью первого класса?

Лтеть из Пекина в Европу больше десятка часов. Разве плохо смаковать изысканные обеды и сладко спать во время такого долгого перелёта? Зачем утруждать мозги и искать себе лишних проблем?

Поэтому Чжуан Суань легко плыл по течению: не стал спорить или возражать, выслушал все наставления Чжуан Нина и повесил трубку. Всё останется по-прежнему: пусть Бай Юэсянь болтает с кем-нибудь в экономклассе. А ему самому нужно срочно подумать, в каких крупных торговых центрах города назначения удастся потратить побольше денег на дорогие вещи.

Внезапно Чжуан Суань вспомнил про суровые правила романов на платформе Цзиньцзян.

В произведениях Цзиньцзян кровным братьям с такими близкими родственными узами, как у него с Чжуан Нином, категорически запрещено заводить романтические отношения, иначе книгу просто заблокируют. Однако чувства Чжуан Нина к нему казались чем-то большим, чем простая братская привязанность. Если он без повода начнёт осыпать Чжуан Нина дорогими подарками, не натолкнёт ли это брата на лишние романтические мысли?

Ладно, купит Чжуан Нину какой-нибудь обычный подарок, и хватит. Даже самая маленькая выгода — тоже выгода, потратить хотя бы копейку всё равно лучше, чем ничего.

Но для пушечного мяса — рецессивно-пассивного персонажа...

Поначалу покупать подарки исключительно Бай Юэсяню выглядело бы довольно странно. К счастью, теперь Бай Юэсянь работал у него, так что можно было просто потратить побольше денег под благовидным предлогом — закупить сувениры для сотрудников. Раз уж подарки достанутся всем подряд, Бай Юэсянь точно не станет возражать. Впрочем, в деле получения подарков главное — начать: стоит привыкнуть брать один раз, как это войдет в привычку.

Чжуан Суань мысленно прикидывал: что бы такого купить сотрудникам? Если выбрать что-то чересчур роскошное, остальные работники корпорации могут позавидовать. Нужно придумать нечто одновременно сдержанное и дорогое, чтобы каждый принял подарок с радостью.

Погруженный в глубокие раздумья, Чжуан Суань поднялся на борт самолета, совершенно не замечая, что стюардессы в салоне первого класса бросают на него влюбленные взгляды. Даже стюарт оказался очарован его утонченной красотой: тайком сфотографировав пассажира, он оставил снимок для личной коллекции, чтобы по приземлении вовсю хвастаться перед знакомыми.

— Тот мажор из самолета красивее любого современного поп-идола! Обязательно распечатаю его фото и обклею ими всю стену!

— Какая красота... Подойдет и парню, и девушке. Как бы выпросить у него номер телефона?

— Только посмотри на этот меланхоличный взгляд, бледное лицо и интеллигентность, в которых сквозит что-то столь трогательное и беззащитное!

— Какая беззащитность, да ты просто влюбиться хочешь!

— А вы знали? Половина пассажиров бизнес-класса на этом рейсе — подчиненные господина Чжуана! Вот это настоящий богач, владелец девелоперской компании! Он почти целиком выкупил самолет, чтобы вывезти всю фирму в полумесячный отпуск по Европе! Завидую до дрожи в коленках. Тоже хочу работать в его компании.

— Что за девелоперская компания такая, откуда столько денег? Какие проекты они продают?

Случайно услышав разговор нескольких стюардесс, Бай Юэсянь тут же подошел ближе и, делая вид, будто говорит невзначай, поинтересовался:

— Вы случайно не о нашем генеральном директоре говорите?

Обладая безупречной внешностью, Бай Юэсянь даже в простой одежде и на месте в экономклассе излучал незаурядную уверенность и благородство. Стюардессы охотно откликнулись на его вопрос, тем более что речь шла о том самом пассажире первого класса.

Одна из стюардесс улыбнулась и произвела:

— Этот господин из первого класса — ваш начальник? Какой же он молодой.

— Да, мы из девелоперской компании «Тысячелетия и века» корпорации Чжуан. Мы специально организовали поездку для всех сотрудников нашей фирмы в страны Европы и Северной Америки — чтобы изучить передовой опыт строительства элитного жилья для нашего нового проекта в Пекине. В будущем наши объекты вопитают в себе лучшие мировые концепции дизайна и подарят соотечественникам совершенно новый уровень роскошной жизни с международным размахом, — Бай Юэсянь намеренно сделал паузу. — О, впрочем, это коммерческая тайна, так что просто примите к сведению и никому не рассказывайте.

Бай Юэсянь...

Бай Юэсяню хватило одного взгляда на лица девушек, чтобы понять: они клюнули на удочку. На самом деле он вовсе не боялся утечки информации о проекте. В конце концов, те, кто может позволить себе полететь в развитые страны на самолете — это либо командировочные из транснациональных корпораций, либо богатые туристы. А пассажиры бизнес-класса и первого класса — как раз и есть целевая аудитория будущих элитных жилых комплексов.

Поэтому, когда стюардессы попросили у него контакты, он с легкой душой раздал всем свои визитки. Бай Юэсянь никогда не пренебрегал бортпроводниками: они постоянно вращаются в кругах богатых и влиятельных людей. Если кто-то из таких людей попросит его контакты ради избавления от одиночества, он с радостью ответит, чтобы в дальнейшем успешнее продвигать продажи. Каждый получал то, чего хотел.

В отличие от остальных пассажиров, которые за время долгого перелета только и делали, что спали, ели и смотрели фильмы, Бай Юэсянь достал заранее распечатанный маршрут и методично изучал его. Воспользовавшись знанием нескольких иностранных языков, он заранее перевел часть вопросов для интервью на местные языки, намереваясь задавать как можно больше вопросов и узнавать как можно больше нового в ходе поездки.

Другим казалось, что пятнадцать дней на путешествие — это пустая трата времени, но на самом деле объехать шесть стран за полмесяца, тратя на каждый город в среднем всего по дню — это ужасно мало. Для человека, который никогда раньше не выезжал за границу, объем пробелов в знаниях был огромен, и ему приходилось дорожить каждой секундой, чтобы не подвести заботу компании и ожидания молодого гендиректора Чжуана.

Чжуан Суань про себя думал: истинных ожиданий молодого гендиректора Бай Юэсянь явно не понимал. Сколько бы намеков он ни делал прямых и косвенных, Бай Юэсянь не расслаблялся ни на секунду. Напротив, он продолжал работать ночи напролет, превратив изначально беззаботное путешествие в суровую и регламентированную деловую поездку.

Под влиянием Бай Юэсяня директора всех отделов проявили поразительную исполнительность. Они распределили задачи между всеми участниками поездки, и еще до отъезда провели несколько совещаний, тщательно разобрав объекты, которые им предстояло увидеть. А прибыв на место, они были готовы дотошно разбирать каждый конкретный вопрос, и дело явно шло к созданию чего-то серьезного.

Чжуан Суань внезапно задумался: неужели он назначил им настолько высокую зарплату, что эти люди чувствуют угрызения совести и потому работают с таким упорством? Впрочем, обуздать их энтузиазм он был не в силах, оставалось лишь дождаться возвращения и потихоньку сбить с них спесь уже на самом проекте.

В проектировании элитного жилья существовало немало подводных камней. Чжуан Суань наивно полагал, что знает их все, и стоило ему лишь наступить на каждый из них, как проект гарантированно пошел бы ко дну. Однако рамки его бедности сильно ограничивали фантазию...

Когда их самолет приземлился, на месте уже вовсю царил местный полдень. Для всей группы был заранее подготовлен эксклюзивный автобус от туристического агентства, а для самого Чжуан Суаня подали отдельный комфортабельный седан.

Окинув взглядом пустой салон машины, Чжуан Суань тут же позвал помощника Бая составить ему компанию — и вещи помочь перенести, и просто глаза порадовать. По правде говоря, после долгого сна и еды в самолете он ни капли не устал. Даже если бы Бай Юэсянь снова завел разговор о проекте или планах осмотра, у него хватило бы сил выдержать это.

Но стоило Бай Юэсяню сесть в автомобиль, как его лицо смертельно побледнело, а сам он выглядел так, будто чувствовал себя отвратительно.

Чжуан Суань не смел относиться к этому спустя рукава, ведь Бай Юэсянь был главным героем-любовником. Он тут же встревоженно спросил:

— Помощник Бай, что с вами? Вы не выспались в самолете? Или ушиблись, когда тащили багаж?

Бай Юэсянь слишком усердно работал в самолете, да и сказывалась разница во времени и акклиматизация. Стоило ему ступить на землю, как в глазах поплыло, а в желудке завязался болезненный узел. Жизненные условия у него раньше были тяжелыми: со школы и вплоть до окончания университета он вставал до рассвета, ложился за полночь и подрабатывал на нескольких работах одновременно, питаясь всухомятку и урезая время на сон. Желудок давал о себе знать каждый раз, когда он нервничал или сильно уставал. Обычно он спасался горячей водой и обезболивающими — правда, лекарства стоили дорого и отпускались по рецепту, так что без крайней нужды он терпел боль до последнего.

Он никак не ожидал, что в этой поездке, едва они достигнут первой точки маршрута, его старая болезнь снова обострится. Неужели он и правда такой никудышный? Терзаемый чувством вины и не смея сказать правду, он сжал зубы и выдавил из себя объяснение:

— Господин Чжуан, со мной всё в порядке. Наверное, меня укачало в самолете или машине, просто немного нездоровится.

Чжуан Суань тут же распорядился водителю:

— Пожалуйста, опустите стекло, нужен свежий воздух.

Дело происходило в Испании, а местный водитель говорил по-испански. Как известно, многие испаноязычные люди совершенно не говорят по-английски. Книжный Чжуан Суань в международной школе изучал испанский в качестве второго иностранного языка. И хотя в реальном мире сам Чжуан Суань по-испански не говорил, речь персонажа книги звучала абсолютно свободно, а произношение было безупречно чистым.

Бай Юэсянь свободно владел английским, французским, японским и кантонским диалектом, но испанского не знал ни слова. Услышав это, он зауважал Чжуан Суаня еще сильнее. Не зря тот считался настоящей элитой: наверняка в совершенстве владел множеством языков, а в обычной жизни молчал лишь из скромности, не желая красоваться перед другими.

— Господин Чжуан, вы так прекрасно говорите по-испански.

Смущенный Чжуан Суань покачал головой:

— Пять лет провёл в международной школе и так и не смог нормально выпуститься, хоть чему-то научился по ходу дела.

— Господин Чжуан излишне скромничает.

Бай Юэсянь решил, что поддаваться внешней простоте Чжуан Суаня ни в коем случае нельзя. С момента трудоустройства генеральный директор либо молчал, либо выдавал точные, попадающие прямо в цель замечания, озаряющие ум словно озарение свыше. Всё это доказывало, что господин Чжуан — человек глубокой мысли и огромного кругозора, а вовсе не пустая пустышка, как болтали за его спиной.

Бай Юэсянь ощутил сильнейшее давление. Кроме красивой строчки в резюме об образовании, похвастаться ему было практически нечем. Неужели в глазах генерального директора он всё ещё так несовершенен и должен отчаянно учиться, чтобы закрыть все пробелы в знаниях, и только тогда получит право по-настоящему участвовать в столь масштабном проекте?

http://bllate.org/book/26184/3134725