Готовый перевод Forced to Be a Harem King / Невольный сердцеед: Моя любовь — это проклятие: Глава 15

У Тун обсуждал с Инь Чэнем подобные темы, в то время как Хэ Чжэнцин совершенно не мог вставить ни слова.

В конце концов, это выходило за рамки его познаний, да и он не знал, сделал ли Инь Чэнь это специально.

Даже несмотря на то, что начал этот разговор У Тун.

— У Тун, — позвал он его, а затем добавил: — Я пойду поищу тебе другую одежду.

Тот халат и то, как именно он был надет, резало ему глаза при каждом взгляде.

— А, хорошо.

Только тогда У Тун осознал, что всё это время болтал с Инь Чэнем, кажется, совершенно забросив Хэ Чжэнцина. И хотя Хэ Чжэнцин никак не проявлял недовольства, и по его лицу нельзя было ничего прочесть, У Тун почему-то почувствовал лёгкий укол совести.

Инь Чэнь посмотрел на удаляющуюся спину Хэ Чжэнцина и внезапно произнёс:

— Только что он столкнулся с чем-то недобрым.

У Тун вздрогнул от неожиданности:

— Что?!

— Это значит... он только что встретил призрак?

И после встречи с призраком он остался таким невозмутимым, будто ничего не произошло?!

— Угу, — подтвердил Инь Чэнь, а затем ещё немного посмотрел ему вслед, нахмурившись. — На нём есть...

Он, казалось, подбирал слова.

— На нём есть что-то вроде защиты, я толком не разглядел.

В обычных обстоятельствах ему было бы крайне трудно вляпаться в какую-нибудь неприятность, на каком бы уровне это ни происходило.

— Вот оно как, — У Тун в этом совершенно не разбирался, но раз всё обошлось, это лучше всего.

Затем он снова спросил:

— Даос, вам не нужно отдохнуть?

— Можешь звать меня по имени, — ответил Инь Чэнь. — Мне всё равно.

Он имел в виду, что если У Тун собирается спать, он может лечь вместе с ним.

У Тун посмотрел на него, затем на кровать, и в его голове почему-то тоже возникла такая мысль.

На весь этот номер была всего одна спальня, остальные были заняты, не отправлять же Инь Чэня к Инь Хун.

Но принять решение он всё равно не мог.

Кровать была большой, на ней с лёгкостью поместились бы четверо в ряд, но если они лягут вдвоём, то когда вернётся Хэ Чжэнцин, он ведь точно забберётся на неё сверху.

У Тун вовсе не улыбалось перспектива оказаться в роли бутерброда.

Это было бы донельзя паршиво.

— Уже почти рассвело, — У Тун бросил взгляд на время. — Пожалуй, я не буду ложиться, дождусь, пока Хэ Чжэнцин принесёт мне одежду.

Хэ Чжэнцин вернулся быстро. Судя по крою и размеру, это была его собственная одежда, а наощупь ткань казалась невероятно дорогой. Но главное — её можно было носить, это всяко лучше, чем набрасывать на плечи один лишь халат.

У Тун всё ещё удивлялся, куда же делись его собственные вещи, но Хэ Чжэнцин, глядя на него сейчас, наконец-то остался доволен. Брюки оказались У Туну немного длинноваты, поэтому он просто подвернул штанины снизу, и даже этот подворот казался Хэ Чжэнцину невероятно милым.

В этот момент человеком, которому в одежде У Туна не нравилось абсолютно всё, внезапно стал Инь Чэнь.

Но он прекрасно понимал, что его собственный наряд У Туну действительно не подходил.

Стоило его взгляду слегка помрачнеть, как У Тун тут же вернул ему верхнюю одежду.

Забрав свой халат, впитавший чужой запах, он, однако, не испытал ни малейшего раздражения. Напротив, в нём шевельнулось какое-то скрытое... предвкушение?

Он и сам удивился, а осознав это, резко сжал пальцы на ткани халата.

— Спасибо.

— ...Не за что.

У Тун ещё раз поблагодарил Инь Чэня и почувствовал, что реакция парня была какой-то странной, но когда он попытался приглядеться получше, это ощущение показалось ему лишь игрой воображения.

Не став ломать голову, он сразу отправился к Тань Ваню.

Тань Вань ночью толком не сомкнул глаз — да и не мог уснуть. Под его глазами залегли два жирных синяка, и весь он выглядел страшно измождённым. В отличие от него У Тун, спавший всего-то пару часов, выглядел на редкость бодрым и свежим.

Тань Вань:

— Ты что, ночью ходил подпитываться чужой жизненной силой?

Через какие-нибудь не поддающиеся описанию способы.

Говоря это, он одновременно перевёл взгляд на двух мужчин, шествовавших за У Туном.

У Тун:

— ...

— Тьфу, что ты несёшь!

Он, конечно же, прекрасно понял, на что намекает Тань Вань.

Заметив Инь Чэня, Тань Вань на секунду замер, а затем быстренько оттащил У Туна в угол.

— Эй, это ещё кто такой?! Его же раньше здесь вообще не было, верно?!

И в такую-то ливень снаружи, с какого перепугу он вдруг здесь объявился?!

— Вчера ночью этот тип вдруг приплёлся и стал пялиться на меня с сестрой, ещё нёс какую-то чушь про то, что пока всё в порядке, так и нагнетая атмосферу, будто у нас вот-вот случится беда! Что за хрен с горы?!

У Тун вдруг вспомнил, что Тань Вань до сих пор пребывает в полном неведении.

— Я кое о чём тебе расскажу, — произнёс он. — Только подготовься морально.

— ... — Тань Вань на мгновение замолк, а затем понизил голос: — Этот парень что, тоже решил приударить за тобой?

— Твою мать! Ты чё несëшь! Совсем кукухой поехал?!

— Спокойно, спокойно, я же просто делаю логичные предположения, чего так орать-то.

Тань Вань примирительно улыбнулся.

У Тун отлично знал, что Тань Вань лишь напускает на себя легкомыслие и улыбается всем назло, но стоило взглянуть на него со стороны, как становилось понятно: оставаясь один на один с Тань Цянь, он уж точно не улыбался.

Возможно, для него это был единственный способ хоть как-то переключить свои мысли, хотя куда чаще это раздражало окружающих, и никто не знал, что на самом деле творится у него в голове.

— Да нет же, — сказал У Тун. — Я уже спрашивал.

Тань Вань вытаращил глаза:

— Ты спрашивал?! И как же ты спросил?!

— Да нет... забудь об этом, чёрт побери, откуда столько сплетен?! Заткнись и послушай меня!

— ...Ладно, валяй.

У Тун перешёл сразу к делу:

— В этом доме водятся призраки.

Не дожидаясь реакции Тань Вань, он продолжил выкладывать всё как есть:

— И происшествие с Тань Цянь, и дождь за окном — всё это из-за призрака. Но можешь не переживать, скоро с этим покончат.

Тань Вань слегка опешил:

— Ч-что, как покончат?

— Вон тот человек — даос, — У Тун кивнул в сторону Инь Чэня. — Его зовут Инь Чэнь, так что веди себя с ним поприличнее.

— Эм... — Тань Вань замялся. — И что мне теперь делать?

У Тун изначально рассчитывал, что на моральную подготовку у друга уйдёт гораздо больше времени, но тот выглядел на удивление готовым всё принять.

Вспомнив, как Тань Вань недавно предлагал собственной тётушке сосватать его кому-нибудь, У Тун подумал, что парень, пожалуй, и правда не так уж далек от подобных тем.

— Ничего делать не нужно, — подошедший Инь Чэнь остановился рядом. — Переживём эту ночь — и всё вернется на круги своя.

Он посмотрел на Тань Вань:

— Ты У Туну... кто?

— А?

Тань Вань показалось, что в вопросе и тоне незнакомца сквозит какой-то странный подтекст.

— Я... я его братишка.

Ему показалось, что стоило ему это произнести, как взгляд Инь Чэня стал совершенно другим.

— Главное — продержаться эту ночь, — повторил Инь Чэнь.

— Слушай, даос, а сегодня ночью мы будем проводить какой-нибудь ритуал? — поинтересовался Тань Вань.

— Вроде того.

Что значит «вроде того»?

Тань Вань почувствовал некоторое замешательство.

Затем он услышал слова Инь Чэня:

— Если хочешь посмотреть — можешь подойти, только не подходи слишком близко.

Произнося это, он смотрел вовсе не на него, а на У Туна.

У Тун слегка удивился.

Он-то думал, что Инь Чэнь потребует запереться в комнате и наглухо закрыть двери.

По правде говоря, ему и самому было жутко любопытно.

Эх, порочная человеческая натура.

Тань Вань: ...

Сам того не понимая, он, кажется, только что уловил то, о чём думает этот даос.

Да это же точь-в-точь как те школьники, которые специально красуются своими навыками игры в баскетбол перед объектом своего воздыхания, один в один!

...И вот ради этого, ради этого?! И этот парень ещё не висит на дереве? А ведь Тань Вань собственными глазами видел, как тот раскачивался на ветвях.

Вскоре Хэ Чжэнцина позвала Инь Хун — обсудить рабочие вопросы. Инь Чэню нужно было слегка подготовиться к ночи, а У Тун присматривал за Тань Цянь, позволив Тань Вань хоть немного спокойно поспать.

Наступила ночь. Остальные постояльцы до смерти боялись этого времени и, разумеется, носа не казали наружу. Инь Хун осталась дежурить у постели Тань Цянь, так что следом за Инь Чэнем вышли только У Тун, Тань Вань и Хэ Чжэнцин.

Инь Чэнь явно считал появление этого последнего совершенно лишним. Он бесстрастно бросил на Хэ Чжэнцина взгляд, на что тот ответил абсолютно невозмутимым лицом.

— Большая звезда любит не спать по ночам?

— Вышел расширить кругозор.

— Можно и жизни лишиться.

— Какое совпадение, у меня всегда была отменная удача.

Тань Вань не знал, заметил ли У Тун, но лично ему казалось, что воздух вокруг аж искрит от накала страстей.

При такой взаимной пикировке у него невольно возникало ощущение, будто он наблюдает за ссорой двух младшеклассников.

Тут Инь Чэнь остановился. Тань Вань поднял голову и обнаружил, что они стоят перед одной из дверей.

Странное чувство было настолько явным, что стоило им приблизиться, как тело само собой ощутило неправильность этого места, испытывая инстинктивное отвращение и дикое желание немедленно убраться отсюда.

— Это... — Тань Вань попытался припомнить. — Это та комната, про которую говорили, что ей нельзя пользоваться?

Кажется, там то ли крыша протекала, то ли ещё что.

Но раз уж Инь Чэнь привёл их сюда, причина крылась явно не в банальной протечке.

Он наблюдал, как Инь Чэнь совершенно непринужденно толкает дверь и заходит внутрь, и в тот же миг заколебался.

Главное, от этого накатившего сырого и ледяного воздуха у него пропало всякое желание делать шаг вперед.

— ...Может, мы просто постоим у двери? — предложил Тань Вань У Туну.

Не обязательно же подходить так близко.

У Тун возразил:

— Раз уж дошли, не трусь. Инь Чэнь сказал, что проблем не будет, значит, всё нормально.

Тань Вань подумал, что слепая вера У Туна в этого даоса выглядела как минимум странно, да и уровень симпатии к нему явно зашкаливал.

В конце концов они всё же благоразумно остановились на том расстоянии, которое сочли безопасным.

— М-мы что, не будем включать свет?

Из источников света у них оставались лишь свечи в руках — в массивных ретро-подсвечниках. Тань Вань испуганно смотрел на пляшущие огоньки, страшно боясь, что они внезапно погаснут.

— Нет, — ответил Инь Чэнь. — Его всё равно не включить.

— Даже если включишь, он скоро погаснет.

Он подошёл к столу, на котором стояло зеркало, сплошь покрытое трещинами. Оно выглядело еще хуже, чем прежде, и уже не могло толком отражать окружающее.

— Это зеркало и есть печать? — шёпотом спросил Тань Вань.

— Похоже на то.

После этого оба парня затаили дыхание и только следили за действиями Инь Чэня.

Инь Чэнь поднял руку, слегка согнул пальцы и постучал по казавшейся хрупкой зеркальной поверхности — так стучат в закрытую дверь.

— Время пришло, — его голос звучал ровно. — Госпожа Мэри.

...Мэри? Кто это?

Услышав это имя, У Тун невольно нахмурился от недоумения.

И едва слова Инь Чэня затихли, раздался звук трескающегося стекла. Осколки, осыпаясь, превращались в серую пыль, а внутри рамы зияла пустая, абсолютно чёрная дыра.

Из глубины на них глядел такой же угольно-черный глаз.

Сохраняя невозмутимый вид, Инь Чэнь ловким движением перевернул зеркало лицом вниз, после чего поднял взгляд на другой угол комнаты — там стояло ростовое гардеробное зеркало.

Тань Вань напрягся сильнее всех. Он уже мысленно попрощался с жизнью, думая: ну всё, капец, ну и толку заклеивать или накрывать маленькое зеркало, если здесь есть такое здоровенное?!

Но реакция Инь Чэня... вернее, её отсутствие, поражала. Он вёл себя так, будто с самого начала знал, к чему всё идет.

На гладкой поверхности ростового зеркала проступил женский силуэт.

Высокая, с потрясающе яркой внешностью, в чёрном платье и с мертвенно-бледной кожей. Резким контрастом ей служили ярко-красные губы и алый лак на ногтях.

Медленно и грациозно приподняв подол своего тяжёлого платья, она шагнула из зеркала наружу.

Если бы не жуткая обстановка и не знание её истинной сущности заранее, перед ними предстала бы эталонная классическая красавица.

Тань Вань шумно втянул воздух.

Уже по одному её виду было понятно — барышня с норовом.

У Тун же слегка опешил, заметив, что эта женщина отличается от той, с которой он столкнулся в туалете.

Неужели их тут двое... Нет, если присмотреться, между ними всё же прослеживалось сходство. Если выражаться точнее, та в уборной была юной девушкой, а перед ними стояла зрелая женщина.

— Если вы уже встречались с ней раньше, то это была лишь часть её, — пояснил Инь Чэнь. — После разрушения печати она предстала перед нами целиком.

Те осколки несли в себе лишь часть её разума и отражали её прошлый облик, отчего даже характер немного отличался.

Женщина опустила голову, её окутывали клубы чёрной дыры.

— Я не...

Голос её звучал тихо, словно сдавленный подступающими рыданиями.

Движения женщины были невероятно заторможенными, будто ей с трудом удавалось управлять собственным телом. Она подняла руки и закрыла лицо ладонями.

— Я не... — повторила она.

В следующее мгновение её ногти мгновенно отросли, впились ей прямо в лицо, и она с яростным усилием полоснула себя, издав оглушительный пронзительный визг.

— Я не Мэри! Не я, не я!

http://bllate.org/book/26176/3134038