Готовый перевод After Divorce, I Still Wear Your Coat / После развода я всё ещё в твоей куртке: Глава 2

Фан Шаои держал во рту сигарету и, присев на корточки на обочине скоростной трассы, слегка щурился от дыма, глядя в экран телефона. Там один из младших режиссеров съемочной группы присылал ему бесконечные сообщения с подробным графиком съемок и деталями, которые нужно было еще утвердить.

Фан Шаои набрал ответ, прерывая поток входящих: Погоди пока.

Младший режиссер отозвался: Что случилось, учитель Фан?

Фан Шаои: Кто велел тебе связаться со мной? Гэн Цзиньвэй что, не расторг контракт с вами?

Младший режиссер: …Учитель Фан, я не совсем понимаю, о чем вы.

Фан Шаои: В этой программе все еще участвует Фан Шаои? Вы с ним согласовали?

С той стороны явно опешили от такого вопроса, даже не сразу решились ответить, видимо, побежали советоваться с начальством.

Фан Шаои сжал телефон, его брови нахмурились. На брюки упал пепел, он стряхнул его коротким движением руки.

Контракт на эту программу был подписан больше года назад. Тогда их с Фан Шаои «упаковали» как пару для романтического реалити-шоу о путешествиях. За столько времени он уже и думать забыл об этом. Фан Шаои вообще не любил участвовать в подобных проектах, и тот контракт был подписан через силу — Фан Шаои был уверен, что тот уже давно отказался от затеи. Поэтому сейчас, получив сообщение от этого режиссера, он никак не мог сообразить, в чем дело.

Через некоторое время пришел ответ: подтверждаем, у учителя Фана никаких проблем нет.

Фан Шаои поднялся. Ноги затекли от долгого сидения на корточках, он слегка потоптался на месте и набрал номер помощника Фан Шаои — Сяо Тао.

Трубку взяли быстро: — Брат Е?

Фан Шаои отозвался и прямо спросил: — Вы не отказались от той программы?

— Какой? — Сяо Тао сообразил не сразу. — Ты про Время?

Фан Шаои коротко хмыкнул.

— Не отказались. Они на тебя вышли? Я как раз собирался в ближайшие пару дней обсудить это с тобой, брат Е, — ответил Сяо Тао.

Фан Шаои снова спросил: — Фан Шаои все еще идет? У него же такой плотный график в этом году, разве он не должен постоянно сниматься?

— Мы согласовали все с группой, по времени получается, — пояснил Сяо Тао. — А что такое, брат Е? У тебя какие-то проблемы? Если не хочешь идти, мы можем еще подумать. Попрошу брата Гэна проверить, можно ли расторгнуть.

Фан Шаои помолчал. Засунув руку в карман, он некоторое время стоял, опустив голову, а затем ответил: — Раз уж подписано, значит, пойдем.

Изначально он собирался в соседний город к друзьям, но на полпути почувствовал, что машину ведет. Съехав на обочину, увидел, что оба передних колеса пробиты — если бы проехал еще немного, точно встал бы посреди дороги. Либо кто-то специально постарался, либо его удача сегодня была на нуле. После разговора Фан Шаои так и остался сидеть на отбойнике, дожидаясь помощи.

Ветер был пронизывающим, лицо на ветру успело обветриться.

Когда он добрался до места, в банкетном зале его друзья уже успели выпить по две кружки. Увидев, что он открывает дверь, Нин Лу, сидевший ближе всех к выходу, подошел и обхватил его за плечи, подкалывая: — О, мастер, мы еще не закончили, а ты не слишком рано пришел?

Фан Шаои приподнял бровь и развернулся, собираясь уйти: — Ну что ж? Мне выйти и подождать, пока вы закончите?

В комнате рассмеялись, ругая его, а Нин Лу затащил его внутрь. Опоздание каралось штрафными рюмками, тут уж никуда не деться.

Все собравшиеся здесь были старыми друзьями, многие — еще со времен старшей школы, отношения были крепкие. Хоть они и собирались время от времени небольшими компаниями, Фан Шаои выбирался редко. С его тяжелым характером вытащить его куда-то стоило огромных усилий.

Весь вечер Фан Шаои курил и слушал их болтовню. Все присутствующие были людьми известными, среди них даже был популярный телеведущий. С ним Фан Шаои был знаком дольше всех — они росли в одном дворе.

Ведущего звали Гуань Чжоу. На публике — сама галантность, а за закрытыми дверями — обычный веселый выпивоха. Когда компания начинала пить, разговоры быстро скатывались к пошлости. Кто-то спросил: — Чжоу, я тут слышал, та новоиспеченная кинодива ну просто из кожи вон лезет, чтобы тебя закадрить. Ну что? Сдашься? Говорят, она уже к тебе домой заявлялась?

Гуань Чжоу выругался: — Отвали.

— Да ладно тебе, расскажи, нам же интересно?

Гуань Чжоу покачал головой, умея держать язык за зубами: — Не занимайтесь ерундой, пустые слухи.

Мужики под градусом любят посплетничать. Гуань Чжоу, работая в сфере развлечений, обладал широким кругом знакомств и знал всё на свете, но никогда не сплетничал за столом. Именно поэтому он был так популярен и любим в своей среде.

Фан Шаои, откинувшись на спинку стула, указал на них пальцем и бросил: — Вам что, заняться нечем?

Гуань Чжоу встретился с ним взглядом и рассмеялся: — Кто бы спорил, брат Е, прикрой меня.

Фан Шаои поманил его рукой: — Иди сюда, Чжоу, садись, посмотрю, кто еще решит поязвить.

Гуань Чжоу с улыбкой взял свой бокал, отодвинул Нин Лу и втиснулся рядом с Фан Шаои. Чокнувшись с ним, они выпили.

Друзей за столом было много, но степень близости у всех была разная. Нин Лу и Гуань Чжоу входили в ближний круг. Семьи Гуань Чжоу и Фан Шаои жили по соседству с самого детства. Фан Шаои рос хулиганом, и Гуань Чжоу всегда был под его защитой. Теперь они выросли, статусы изменились, но старая дружба осталась прежней. Фраза «брат Е прикроет» до сих пор частенько звучала из уст Гуань Чжоу, пусть и в шутливой форме.

В тот год, когда Фан Шаои с размахом играл свадьбу с Фан Шаои, ведущим был именно Гуань Чжоу. Все думали, что он вызвался ради Фан Шаои — ведь тогда половина индустрии пришла ради него и его влиятельного отца. Но только Гуань Чжоу пришел ради своего брата — Фан Шаои.

Фан Шаои исполнилось тридцать три, он давно перестал быть тем дерзким мальчишкой. Но сейчас, сидя здесь — короткие волосы, почти ежик, сигарета во рту, чуть вскинутый подбородок, холодный взгляд из-под прищуренных век и шрамы на лице, оставшиеся с детства — он выглядел точно так же, как и раньше, словно все еще мог свернуть горы.

После пары рюмок все немного захмелели.

Гуань Чжоу, который обычно не курил, чтобы беречь голос, сегодня сделал исключение и позволил себе расслабиться. Затянувшись, он повернулся к Фан Шаои: — Брат.

— М? — Фан Шаои взглянул на него, выжидающе приподняв бровь.

— Я слышал… ты собираешься на программу нашего канала? — спросил Гуань Чжоу.

Фан Шаои не изменился в лице: — Ага. — И добавил, не особо заботясь: — Это вашего канала?

Гуань Чжоу нахмурился: — Какая разница, какого канала? Ты хорошо подумал?

Фан Шаои перевел взгляд на шумную компанию. Все были заняты своим, никто не слышал их тихого разговора, словно они оказались за невидимым барьером. Фан Шаои усмехнулся: — Да какая разница, просто программа.

— Чушь, — Гуань Чжоу снова затянулся, лицо его помрачнело. — Занимайся своей писаниной, какого черта ты лезешь в этот шоу-бизнес? Попадешь туда — считай, одной ногой вляпался. С твоим характером? Жди, что тебя с дерьмом смешают.

Фан Шаои, выпив, слегка покраснел глазами. Он коротко рассмеялся: — Плевать, я все равно не читаю.

— Да что с тобой такое? — Гуань Чжоу злился, что друг его не слышит. — Вы, литераторы, всегда свысока смотрели на этот цирк. Ты раньше и сам их критиковал, помнишь? Зачем тебе эта грязь? По-моему, ты просто идиот.

Характер у Фан Шаои всегда был упрямый, как у осла, да и нрав был не сахар. Что бы ни говорил Гуань Чжоу, он оставался невозмутимым, на губах играла легкая улыбка, и менять решение он не собирался.

Позже Гуань Чжоу выпил с ним еще, залпом осушив бокал. То ли от алкоголя, то ли от злости, глаза его покраснели. Понизив голос, он ткнул пальцем в Фан Шаои: — …Хватит придуриваться!

Фан Шаои посмотрел на него.

Гуань Чжоу с силой потер лицо и, не отрывая взгляда от Фан Шаои, сказал: — Я, блядь, давно все слышал. Раз я тебя не спрашивал, ты решил, что я не в курсе? Ты, мать твою, с Фан Шаои уже давно разошелся!

Улыбка постепенно сползла с лица Фан Шаои. Он прямо посмотрел на Гуань Чжоу и спустя долгое время глухо спросил: — Откуда новости?

Гуань Чжоу холодно усмехнулся, глядя на Фан Шаои как на дурака: — В этом кругу нет секретов. Кого ты пытаешься обмануть? Мозги отшибло? Зачем идти на эту дебильную программу? Изображать там влюбленную парочку? А я люблю тебя, а ты любишь меня? Если вас потом не разденут до трусов — считай, мне повезло.

Фан Шаои долго молчал, затем просто прикурил еще одну сигарету. В последнее время он курил слишком много — когда человек, бросивший курить, снова берется за сигарету, зависимость становится намного сильнее, чем прежде.

— Брат Е, — позвал Гуань Чжоу.

Фан Шаои отозвался.

В этот раз Гуань Чжоу спросил прямо, бросив слова как вызов: — Вы правда разошлись? Когда?

Фан Шаои отложил зажигалку. Металлический предмет звякнул о стеклянный стол. Фан Шаои кивнул: — Ага, разошлись.

Он вынул сигарету изо рта. В окутавшем его дыму Фан Шаои сохранял полное спокойствие, лишь коротко бросил: — Больше года назад.

http://bllate.org/book/26151/3131582