Готовый перевод My Phone Connects to the Underworld / Мой телефон подключен к преисподней: Глава 14

Чжао Уцзи со слезами в голосе произнёс:

— Подписчики говорят, что я забрел на Дорогу Призраков.

Какие ещё подписчики?

Гу Чунцзинь и Дай Цзиншо перевели взгляд на Чжао Уцзи.

Чжао Уцзи поднял телефон, и только тогда Гу Чунцзинь с Дай Цзиншо заметили, что этот парень умудрился запустить какую-то трансляцию. В чате вовсю летели сообщения сплошным потоком вроде охренеть и 6666, находились и те, кто писал, не декорации ли это для съёмок сериала, мол, с деньгами можно творить всё что угодно.

Дай Цзиншо аж дар речи потерял:

— Ты совсем больной? В такой момент у тебя еще хватает сил вести трансляцию? Ты только что сам с собой бормотал именно ради этого?

У Чжао Уцзи было такое лицо, будто он на похоронах собрался рыдать:

— Мне страшно, я хотел, чтобы со мной было побольше людей, чтобы янской ци вокруг стало больше.

Псих ненормальный, неужели янская ци может подпитывать тебя прямо через экран! Дай Цзиншо закатил глаза.

Гу Чунцзинь удивился:

— Ты же богач во втором поколении, с чего вдруг стримы вести?

Чжао Уцзи ответил:

— Это аккаунт моего телохранителя, он обычно транслировал мою роскошную жизнь богатого наследника, я знаю логин и пароль.

Чжао Уцзи умолчал о том, что мать недавно уволила этого телохранителя, а он сам, оставшись без охраны, со скуки и тоски увязался куда-то пить с горя и никак не ожидал, что на него нападет злой дух.

Вот это фокусы, мысленно выругался Дай Цзиншо. Хотя Чжао Уцзи ничего не сказал, Дай Цзиншо с первого же взгляда раскусил тщеславные наклонности этого парня.

Гу Чунцзинь отреагировал гораздо спокойнее, чем Дай Цзиншо. Раз трансляция уже идет и зрителей, судя по всему, немало, Гу Чунцзинь даже жизнерадостно бросил приветствие и помахал рукой зрителям на стриме у Чжао Уцзи, чтобы те привыкли к его лицу.

Он повернулся к Чжао Уцзи и поинтересовался:

— Как запустить трансляцию? Я как раз хотел сам постримить.

Вы двое вообще помните, что мы тут спасаемся бегством, алло?! Дай Цзиншо был просто в шоке. Про этого слабака и говорить нечего, но брат Цзин, неужели и ты до такой степени безалаберный?!

Однако как раз в тот момент, когда Чжао Уцзи собирался учить Гу Чунцзиня запускать трансляцию, Дай Цзиншо вдруг заметил, что Гу Чунцзинь добавил их обоих в групповой чат в WeChat, и тайком написал: Призраки могут слышать всё, что мы говорим. Будьте осторожнее, рассейте внимание, делайте вид, будто нам всё равно, и давайте попытаемся его заманить. Он сейчас ждет, пока наша янская ци ослабнет, вообще не показывается, и я его не вижу. Если так пойдет дальше, нам конец. Но если он сам полезет на рожон, у меня появится шанс с ним разделаться. У кого-нибудь есть ручка? Письменная ручка.

Дай Цзиншо мгновенно всё понял и посмотрел на Гу Чунцзиня с восхищением. Оказывается, брат Цзин всё-таки надежен, он зря на него подумал, и всё это было лишь уловкой, чтобы одурачить врага.

Он торопливо порылся в ящике стола, нашел маркер и протянул Гу Чунцзиню.

Гу Чунцзинь взял ручку и, сверяясь с древними иероглифами на левой руке, которые тускнели всё сильнее, принялся выводить их у себя на правой ладони.

Чжао Уцзи, который только что всерьез собирался обучать Гу Чунцзиня стримам, теперь тоже действовал с предельной осторожностью, словно партизан в подполье. Впрочем, услышав напоминание Гу Чунцзиня: «Продолжай давай, там для трансляции верификация нужна или что? Оформи мне всё по удостоверению личности», — он тут же отреагировал:

— Ой-ой, брат Цзин, смотри, вот так и вот так, а потом вот этак...

Чжао Уцзи моментально поймал шпионский вайб и без малейшей заминки вслед за Дай Цзиншо начал называть того братом Цзинем — кто круче, тот и старший.

Гу Чунцзинь рисовал и одновременно отдавал указания:

— Не забудь поднять охваты у меня на трансляции.

Чжао Уцзи ответил:

— Хорошо, брат Цзин, не переживай.

Эта бесстыдная сделка средь бела дня заставила толпу зрителей на трансляции Чжао Уцзи строчить «666» и наперебой спрашивать номер канала Гу Чунцзиня. Раз уж такой мажор, как Чжао Уцзи, так беспрекословно слушается Гу Чунцзиня, многие предположили, что происхождение самого Гу Чунцзиня куда более необычно.

Вскоре, нарисовав на ладони нечто похожее на древний иероглиф, Гу Чунцзинь забрал телефон и тайком отправил сообщение в WeChat: Мы наговорили столько всего, чего дух не понимает, он наверняка уже заинтересовался. Следите за моей ладонью: Дай Цзиншо, чуть позже ты сделаешь вид, будто случайно спрашиваешь меня, почему иероглиф на ладони больше не сияет золотом, а стал черным.

Дай Цзиншо перепугался:

— Брат Цзин, у тебя на левой руке иероглиф, а рисуешь ты сейчас на правой, неужели призрак клюнет?

Чжао Уцзи тут же закивал попугаем:

— Да-да, точно.

Гу Чунцзинь отличался огромной смелостью и широкими взглядами:

— Он в лучшем случае заметит, что у меня на ладони что-то светится, с чего ему высматривать, левая это рука или правая? Я сам вечно путаю лево и право, не верю я, что какой-то призрак настолько проницателен! К тому же, если уловка сработает, им крышка, а если нет — нам всем хана, о чём тут переживать? Ладно, погнали, следите за актерской игрой и эмоциями. Как только выманим его, не забудьте вовремя затормозить.

Получивший столь ответственную задачу Дай Цзиншо торжественно кивнул, а Чжао Уцзи поспешно заверил, что всё сделает как надо.

Дай Цзиншо произнес:

— Ой, брат Цзин, а почему иероглиф у тебя на ладони больше не сияет золотым светом, он же только что горел? Почему он вдруг почернел?

Чжао Уцзи подхватил:

— Точно, брат Цзин, в чем дело?!

Гу Чунцзинь мысленно раскритиковал их деревянную и совершенно безэмоциональную игру, однако отреагировал молниеносно: изобразив крайнюю тревогу и сделав таинственный жест «тсс», он всем своим видом показал, будто паникует: мол, какого чёрта вы оба болтаете, дурни!

И действительно, вся эта возня в машине успешно привлекла внимание злого духа на крыше. Злые духи, уже порядком уставшие ждать, зашевелились, и две пары голов медленно свесились с крыши автомобиля, пытаясь украдкой разглядеть, что происходит внутри.

Два жутких, страшных лица внезапно высунулись сверху мчащейся машины и уставились на них прямо из-за стекла. Это устрашающее зрелище не только заставило Чжао Уцзи всхлипнуть, но и до ужаса напугало зрителей трансляции, которых он судорожно прижимал к себе.

Самым жутким было то, что всякий раз, когда стеклоочиститель Дай Цзиншо скользил по этой свисающей с крыши физиономии, та словно размывалась от сырости, смазываясь на мгновение, но затем лицо вновь застывало на прежнем месте.

— Охренеть, что это?!

— Ёлки-палки, ёлки-палки, мамочки, до смерти напугали, охренеть!!

— А-а-а, почему на крыше две физиономии, стример, на вас сверху смотрят два лица!

Заметив обе физиономии, Гу Чунцзинь сделал вид, будто растерялся и попытался сжать правую руку с нарисованным древним иероглифом в кулак, но как раз настолько неуклюже, чтобы шпионивший сверху злой дух отчетливо разглядел почерневший иероглиф на его ладони. Оба злого духа тут же зловеще хихикнули и стали медленно подбираться ближе, желая проверить, осталась ли у этого символа хоть какая-то прежняя сила.

Чжао Уцзи завопил от ужаса, а чат трансляции от страха потерял рассудок. И хотя некоторые здравомыслящие люди в панике пытались отыскать следы розыгрыша или научные объяснения происходящему, они тонули в море испуганных криков. И в этот самый момент, по мере приближения злых духов с крыши, сигнал на телефоне Чжао Уцзи внезапно ухудшился — словно под воздействием какого-то жуткого магнитного поля картинка в стриме начала зависать, едва не уходя в черный экран.

Гу Чунцзинь с видом крайнего испуга вскочил, уставившись на приближающиеся призрачные лица, и был вынужден замахнуться правой рукой с нарисованным иероглифом, чтобы схватить их. Этот жест окончательно и без остатка обнажил почерневший иероглиф на его ладони.

Злой дух, на которого Гу Чунцзинь сперва нацелился, сначала было испугался и подсознательно хотел удрать, но, заметив, что ладонь Гу Чунцзиня совсем не светится и полностью лишена того жалящего призраков ощущения, помедлил и намеренно замедлил бег, позволив Гу Чунцзиню слегка задеть себя…

— Рёв-в-в! — обезумевшие злые духи тут же с победным визгом пошли в финальную атаку.

У него кончился бензин!

Мочи его!

Гу Чунцзинь мысленно решил, что эти двое призраков общаются именно так.

И действительно, потерявшие всякие сомнения злые духи, ничточто сумняшеся и не обращая внимания на потерявших лица от ужаса Дай Цзиншо и Чжао Уцзи, ринулись на Гу Чунцзиня.

Гу Чунцзинь, у которого огонь ян на левом плече уже погас, был идеальной мишенью для нападения злых духов, вот только начертанные на его ладони письмена Преисподней до этого момента были настолько мощными, что не подпускали нечисть близко. Но теперь, когда их сила выгорела дотла, ситуация кардинально изменилась.

— А вот и вовремя!

Будучи сбитым с ног, словно безобидный ягнёнок, Гу Чунцзинь внезапно перевернулся и оскалил клыки: пока оба духа сосредоточили внимание на его лишенной магии правой руке, он резко распахнул излучающую слабое сияние левую руку и мертвой хваткой вцепился в одного из них.

— А-а-а-а-а-а!!!

Жуткий треск обугливающейся плоти разнесся от схваченного Гу Чунцзинем злого духа. То место, которого он коснулся, мгновенно начало плавиться. Второй дух, похоже, растерялся от неожиданности и стрелой вылетел из машины, но в следующее мгновение Гу Чунцзинь, уже запасшийся достаточным количеством Сущности лунного сияния, извлек из интерфейса телефона Цепь, Увлекающую Души.

— Бряк-бряк! — из пустоты внезапно материализовалась цепь и обвилась вокруг тела Гу Чунцзиня. По велению его мысли цепь со свистом метнулась вперед, целясь прямо в убегающего второго злого духа.

Столь стремительные перемены до глубины души поразили Дай Цзиншо и Чжао Уцзи. Они остолбенело смотрели на битву брата Цзиня со злыми духами, испытывая одновременно страх и дикий восторг, и готовы были броситься вперед, чтобы помочь прикончить нечисть.

Однако в этот момент Дай Цзиншо внезапно заметил, что золотистый древний иероглиф на левой руке Гу Чунцзиня окончательно потускнел. Вопящий в ладони Гу Чунцзиня злой дух перестал корчиться от боли, напротив, на его лице проступило злобное выражение, и Дай Цзиншо завопил:

— Брат Цзин, бережись!

Гу Чунцзинь инстинктивно опустил голову, и не успел он осознать суть проблемы, как почувствовал, что его тело резко качнуло. Душа будто вылетела из плоти, невесомо зависнув в воздухе, в то время как Цепь, Увлекающая Души, продолжала обвивать его призрачный силуэт. Гу Чунцзинь на секунду растерялся: неужели это называется выходом души из тела?

Вселившийся в него злой дух посмотрел на самого Гу Чунцзиня его же собственным лицом и злобно усмехнулся, собираясь с помощью тела Гу Чунцзиня перекусить себе язык и покончить с собой.

— Конец! Брат Цзин, кажется, в него вселились, живо прижмите его! — сообразивший, что с Гу Чунцзинем творится неладное, Дай Цзиншо тут же кинулся вперед. Хотя ни Дай Цзиншо, ни Чжао Уцзи не видели, как из тела выдавило душу Гу Чунцзиня, сейчас тот выглядел точь-в-точь как одержимый.

Находясь в духовной форме, Гу Чунцзинь смутно заметил, что надписи на его левой руке след в след исчезли, зато на правой, кажется, проступило зеленоватое свечение. Не успев толком разобраться, он увидел, что вселившийся в него дух уже замышляет недоброе. Гу Чунцзинь обнаружил, что в бестелесном состоянии управлять Цепью, Увлекающей Души, стало куда проще и привычнее: он просто махнул цепью, набросил ее петлю себе же на горло и резко дернул, буквально вытащив вселившегося злого духа за шею из собственного тела.

Извлеченный наружу злой дух пришел в ярость. Его почерневший призрачный силуэт, сочившийся зловещей иньской ци, тут же ринулся рвать и метать отделившуюся душу Гу Чунцзиня, но стоило ему приблизиться, как свирепость духа сменилась ужасом. Он тут же попытался бежать с еще большей скоростью, и даже тот дух, которого опутывала Цепь, Увлекающая Души, забился в истерических конвульсиях.

Гу Чунцзинь заметил, что правая рука его духовного обличья сияет, и на ней тоже красуется древний иероглиф, вот только, в отличие от знака на левой руке, этот словно перевернут вверх тормашками. По мере того как билось зеленое сияние, убегающего злого духа стало затягивать обратно точно волнами, увлекая за собой и того, что болтался на цепи.

— Пощади нас, иначе Пузатый Призрак… а-а, он тебе этого не простит!

Не успел он договорить, как оба злых духа целиком растворились в водяной воронке, порожденной древним иероглифом.

Сущность лунного сияния +1000 +1000 +1000

Всплеск Сущности лунного сияния заставил сердечко Гу Чунцзиня бешено застучаться — в нем мгновенно проснулось чувство внезапно разбогатевшего бедняка. А после исчезновения злых духов призванная Цепь, Увлекающая Души, медленно растаяла на правой ладони в духовном теле Гу Чунцзиня. Он чувствовал, что она никуда не исчезла, стоило лишь мысленно пожелать, и артефакт снова вырвется из этого иероглифа.

— Брат Цзин!

— Брат Цзин!

— Очнись же, брат Цзин!

Напуганные до полусмерти внезапным обмороком Гу Чунцзиня, Дай Цзиншо и Чжао Уцзи принялись наперебой массировать ему точки под носом и на тыльной стороне ладоней, отчаянно пытаясь привести его в чувство. В этот момент парившая снаружи душа Гу Чунцзиня ощутила тянущую силу. Опасаясь, что эти двое своими стараниями изувечат его бренную оболочку, он поспешно последовал за этим притяжением и вернулся в тело.

— Брат Цзин очнулся!! — оба едва не заплакали от радости, чуть не бросившись обнимать Гу Чунцзиня.

Опомнившись, Гу Чунцзинь тут же велел Дай Цзиншо жать на газ:

— Едем, быстрее! Хотя те два злых духа погибли, мы всё еще на Дороге Призраков, нужно как можно скорее вернуться в мир живых, иначе неизвестно, что еще стрясется.

Дай Цзиншо и Чжао Уцзи в панике огляделись по сторонам: и правда, черный туман становился всё гуще, дорога практически пропала из виду, а вдали сквозь пелену тумана то и дело проступали смутные человеческие лица, словно их собиралось обнаружить нечто новое и ужасное. Не смея больше медлить, они сорвали машину с места.

Гу Чунцзинь забрал телефон. Неизвестно, спал ли даос Яньнин или просто не ответил, но Староста Теневого Ремесла вышел на связь вскоре после его подсказки.

Староста Теневого Ремесла: [Что-то случилось?]

Гу Чунцзинь: [Я только что угодил вслед за злыми духами на Дорогу Призраков и до сих пор здесь заперт. Ты не знаешь, как отсюда выбраться?]

Староста Теневого Ремесла: [Ого, угодил на Дорогу Призраков... Положи телефон за окно машины, твой аппарат — это удостоверение госслужащего Подземного Царства, он выведет вас обратно в мир людей. Запомни: что бы ни происходило у тебя за спиной, ни в коем случае не оглядывайся назад, иначе рискуешь остаться там навсегда^-^]

Серьезно что ли?

Гу Чунцзинь решил рискнуть и высунул телефон в окно машины.

— Брат Цзин, что ты делаешь? — с любопытством спросили Дай Цзиншо и Чжао Уцзи.

Гу Чунцзинь ответил:

— Продолжайте ехать, смотрите только вперед и не оглядывайтесь.

Гу Чунцзинь не заметил, как в тот самый миг, когда он выставил телефон наружу, экран внезапно переключился на скачанную им [Картину ночной прогулки Сына Подземного Мира при луне]. После этого изображение на дисплее, словно оживший свиток, медленно выплыло из экрана телефона.

Из пустоты донеслись глухие звуки катящихся колес колесницы и звон медных колокольчиков. Процессия императорской стражи, любовавшаяся луной на картине, неспешно шагнула за пределы свитка, но двигалась со скоростью сжатия пространства, оказываясь на месте в тот же миг.

Вскоре шедший впереди процессии гигантский ночной демон с длинной алебардой в руках выпрыгнул прямо из картины и одной рукой схватил призрачное лицо, скрывавшееся в черном тумане!

— А-а-а!!

Эти жуткие звуки заставили троих людей в салоне переглянуться. Им страшно хотелось оглянуться и посмотреть, что же там творится позади, но они не смели и шевельнуться. В черном зеркале заднего вида не отражалось ровным счетом ничего, однако уже через мгновение унылые окрестные пейзажи начали расходиться причудливыми развилками, а густой туман стал рассеиваться.

Дай Цзиншо восторженно закричал:

— Я вижу дорогу!

— Едем, скорее едем! — тоже радостно заорал Чжао Уцзи.

Державший телефон Гу Чунцзинь тяжело выдохнул и с опозданием почувствовал, как у него от страха дрожат колени.

По пустынной и мрачной дороге роскошный автомобиль, покрытый пятнами крови, на полной скорости вылетел из небытия Дороги Призраков.

Позади туман разрывали алебарды ночных демонов, а призрачные тени в дымке безжалостно рвали на куски. Среди сонмища духов с роскошного паланкина, возникшего прямо из картины, бледная рука приподняла занавеску, и сидевший внутри человек на миг бросил взгляд в сторону Гу Чунцзиня.

http://bllate.org/book/26122/3128755