Гу Сиюань чуть было не забыл, что дядя Цинь — человек крайне чувствительный.
Однако эта бдительность не была заложена в нем от рождения.
В молодости Цинь Цзыян был самым выдающимся омегой во всем Северном Китае — умным и красивым. Мать Лу И ничем не выделялась среди его многочисленных поклонников, поэтому, когда Цинь Цзыян выбрал ее — Лу Байчжи, все были потрясены до глубины души.
Лу Байчжи оберегал его как зеницу ока, и даже когда Лу И было уже больше десяти лет, в Цинь Цзыяне сохранялась юношеская легкость. Лишь после смерти Лу Байчжи Цинь Цзыян поседел практически за одну ночь.
С тех пор он в одиночку растил двоих детей — Лу И и Гу Сиюаня. Им пришлось несладко, и это приучило его остро чувствовать людей и окружающую обстановку. Именно эта подсознательная бдительность не раз спасала им жизни.
Гу Сиюань обернулся и издалека посмотрел на то, как Чэнь Нянь методично и спокойно общается с гостями. Покачав головой, он ответил:
— Нет, дядя, он омега, можешь не волноваться.
Свадьба шла своим чередом. Когда Лу И взял за руку Дин Юань, они обменялись кольцами и поцеловались, Цинь Цзыян крепко сжал руку Гу Сиюаня, а его глаза покраснели и увлажнились.
Гу Сиюань понимал его чувства: с точки зрения Цинь Цзыяна, женитьба на Дин Юань означала, что за Лу И и за его спиной теперь стоят влиятельные силы и он в безопасности.
Но и он, и Лу И прекрасно понимали, что настоящая ожесточенная борьба только начинается.
Гу Сиюань посмотрел на двух дядей Лу И, надеясь заметить на их лицах хоть тень разочарования.
Брак Лу И с семьей Дин был им совсем не на руку: это означало, что Лу И окончательно закрепился в Биокорпорации Лухуэй и получил рычаги для противостояния с ними.
Однако, вопреки его ожиданиям, эти двое, обычно так легко выдающие свои эмоции на лице, сейчас сияли непринужденными улыбками. Никакого напускного выражения — они стакан за стаканом выпивали за здоровье молодых, казалось, и впрямь искренне радуясь женитьбе племянника.
— Цинь Цзыян, мой дорогой зять, поздравляю, — Лу Сань с бокалом в руке направился прямо к ним. — Наконец-то А И остепенился. С новобрачными!
Конечно же, Гу Сиюань так и знал, что эти двое не замышляют ничего хорошего. Каждое слово Лу Саня было пропитано ядом, и стоило только услышать его тон, как становилось ясно: они пришли испортить им настроение.
Дядя Цинь отроду не любил иметь с ними дело и даже не поднял головы. Гу Сиюань доверху наполнил свой бокал и поспешил первым поддержать тост:
— Большое спасибо, третий дядя.
Лу Сань приподнял бокал и презрительно усмехнулся:
— Малыш Гу, я вообще-то разговариваю с отцом А И, с каких это пор тут дано право голоса тебе?
— Обоих мальчишек вырастил я, так что будем считать, что он выпил за своего брата, — услышав это, Цинь Цзыян слегка приподнял голову и спокойно произнес.
— Тоже верно, тоже верно. Ведь Сиюань с Лу И с пеленок водой не разольешь. Сяо Юань, если бы ты не был альфой, глядишь, сегодня на месте женихов красовались бы вы вдвоем. Так что ты тоже человек не чужой. Ну-ка, давай выпьем за это…
Приговаривая это, Лу Сань протянул руку и подозвал кого-то из гостей, и Гу Сиюань, совершенно к этому не готовый, был вынужден выпить семь-восемь чарок подряд.
Цинь Цзыян только попытался было его остановить, как тут же подскочил Лу Эр и принялся шутить и отвлекать внимание, не оставляя никому ни секунды на передышку.
Каким бы крепким ни был Гу Сиюань, он не мог выдержать такого натиска. Вскоре в голове у него зашумело, но, переживая за Цинь Цзыяна, он из последних сил держался на ногах. И когда ему уже казалось, что он рухнет, у самого уха раздался мягкий голос:
— Директор Лу, председатель Дин веселится вовсю и уже несколько раз вспоминал о Вас. Не хотите ли пойти поздороваться?
Гу Сиюань поднял голову и увидел, что Чэнь Нянь остановился на расстоянии вытянутой руки и вежливо кивнул.
Лу Сань, чью речь прервали, явно остался недоволен. Он окинул Чэнь Няня оценивающим взглядом, и в его глазах промелькнула доля игривости.
Чэнь Нянь не обратил на это ни малейшего внимания. Он легко улыбнулся, шагнул вперед и понизил голос:
— Он как раз беседует с доверенным лицом главы отдела инвестиций нового района.
Глаза Лу Саня вспыхнули, и он сделал в воздухе жест пальцем, обращаясь к Чэнь Няню:
— А ты, омега, оказывается, багоразумен.
Когда они ушли, Гу Сиюань наконец смог перевести дыхание. Опустившись на стул, он тихо выругался и сделал пару глoтков простой воды из стоявшего на столе стакана, чтобы заглушить жжение в горле от алкоголя.
— Хм.
Рядом раздался тихий смешок. Покрасневшими глазами Гу Сиюань уставился на источник звука: Чэнь Нянь сохранял невозмутимую улыбку, но в его взгляде читалось нескрываемое веселье.
Чэнь Нянь что, смеется над ним? Да как он смеет!
Гу Сиюань взбеленился окончательно. Пары алкоголя ударили в голову, уши мгновенно залились краской, и ему страшно захотелось высказать всё в свое оправдание, но обстановка не позволяла устраивать сцены, поэтому ему оставалось лишь подчиняться этому проклятому омеге.
Сославшись на то, что невеста хочет посекретничать, Чэнь Нянь увел их подальше от светской суеты.
— Господин Цинь, прошу прощения, что отвлекаю Вас в самый разгар праздника, — вежливо пояснил он, идя впереди и указывая дорогу.
Но, видимо, манера поведения Чэнь Няня и его непринужденный вид заставили Цинь Цзыяна несколько изменить свое мнение о нем, и тот отмахнулся, показывая, что не возражает:
— Здесь хозяева — семья Дин.
Чэнь Нянь обернулся, улыбнулся, но ничего не ответил. По дороге он то заводил разговор, то замолкал, рассказывая забавные случаи с работы Лу И, чтобы развеселить старика, и вел себя точь-в-точь как верный помощник, проработавший с Лу И долгие годы.
Гу Сиюань сейчас тоже держался из последних сил: алкоголь, выпитый на голодный желудок, дал о себе знать с новой силой, и от этого силуэт Чэнь Няня впереди начал слегка двоиться в глазах.
Для омеги фигура у него была просто потрясающей: широкие плечи, узкая талия, а когда он поднимал руку, под белой рубашкой с длинными рукавами угадывались рельефные мышцы. Это заставило Гу Сиюаня вновь вспомнить ту ночь в заведении Чжися, где Чэнь Нянь танцевал у шеста, покрытый испариной.
Возможно, взгляд Гу Сиюаня был слишком откровенным, и Цинь Цзыян, решив, что парень все еще настороже, протянул руку и похлопал его по плечу, призывая расслабиться.
Гу Сиюань резко очнулся и нахмурился.
Чэнь Нянь остановился и нажал на кнопку звонка. Дверь открыл Лу И.
То ли Гу Сиюань ошибся, то ли ему действительно показалось, но он отчетливо заметил, как в тот момент, когда Лу И увидел Чэнь Няня, его суровые черты лица мгновенно смягчились.
— Вы отлично потрудились. — Рука Лу И машинально поднялась, но он вдруг словно о чем-то вспомнил, замер, сжал пальцы в кулак, опустил руку и, посмотрев на Чэнь Няня, перевел взгляд на стоявших позади: — Папа, Сяо Юань.
— Ну всё, моя миссия выполнена. Жених, с тебя причитается за мою хорошую службу, — с напускной развязной улыбкой произнес Гу Сиюань и, повысив голос, бросил сидевшей на диване Дин Юань: — Невестка, вы тут болтайте, а я нажрался, пойду где-нибудь прилягу и посплю.
http://bllate.org/book/26074/3122113