Готовый перевод Reborn, I Only Spoil My Sickly Beauty Strategist / Возрождение: мой болезненный советник: Глава 14

Вы — двое...

Не успел Пэй Ци договорить, как Пэй Чжао тут же произнес:

— Старший брат, не беспокойся, я знаю, как поступить.

Пэй Шао таил обиду, но раз уж дошло до такого, он ничего не мог изменить. Яростно глянув на Шэнь Хуайцзю, он удалился.

Консорт матушка говорила, что красивые женщины — исчадия зла, похоже, с красивыми мужчинами дело обстоит точно так же.

Проводив взглядом уходящую процессию, Шэнь Хуайцзю вернулся в комнату.

— Ваше высочество, можете встать.

Внутри царила тишина. Подойдя ближе, Шэнь Хуайцзю заметил, что Пэй Цзяо заснул. Видимо, ему что-то приснилось, потому что уголки его губ чуть приподнялись. Шэнь Хуайцзю слегка качнулся, заслоняя его от тусклого солнечного света, и замер, зачарованно глядя на это лицо.

Пэй Цзяо внезапно перевернулся. Шэнь Хуайцзю в испуге отвел взгляд, пряча глаза, но Пэй Цзяо продолжал спать, и просыпаться явно не собирался.

Когда принесли отрезвляющий отвар, Шэнь Хуайцзю был вынужден подать голос:

— Ваше высочество, выпейте отвар, пока он не остыл, после пробуждения станет полегче.

— М-м. — Пэй Цзяо лениво взял чашу и осушил ее залпом, но хмель все еще шумел в голове. — Старший брат ушел?

— Наследный принц дал указания и удалился, — ответил Шэнь Хуайцзю.

Пэй Цзяо перевел дыхание, массируя переносицу:

— Старший брат уже начал подозревать. Ты помогаешь мне снова и снова, а Канцлер, чьи возможности простираются до небес, наверняка проницательнее Наследного принца.

— О моем отце вашему высочеству беспокоиться не стоит. Что же касается Наследного принца...

— Верит он или нет — не имеет большого значения. Наследный принц высокомерен и самодоволен, в его глазах соперником является лишь Третий принц, а я — всего лишь тот, кто некогда разделял с вами ученические дни.

— Вы правы, но, Хуайцзю, — Пэй Цзяо на мгновение замолк, — я волнуюсь за тебя.

Ты не из тех, кто любит совать нос в чужие дела. Наследному принцу это известно, и Канцлеру тоже. Никто не знает сына лучше отца, и Канцлер понимает тебя куда глубже, чем Наследный принц. Даже мне любопытно, разве Канцлер оставит это просто так?

Как только Канцлер прознает о твоих помыслах, он не станет пускать всё на самотек. И что ты тогда будешь делать?

Он не хотел, чтобы Шэнь Хуайцзю снова пошел на разрыв с Канцлером, оставив сожаления на всю жизнь.

Шэнь Хуайцзю помолчал немного, затем поднял голову и произнес:

— Ваше высочество, вам не о чем обо мне беспокоиться.

Лишь выступив открыто, можно защитить ваше высочество. Если бы он вечно прятался в тени, это, конечно, позволило бы действовать внезапно и застать Наследного принца с другими принцами врасплох, но тогда пострадало бы и высочество, а этого он не желал.

Более того, он мог бы и дальше оставаться за кулисами, никогда не показывая лица, выступая лишь стратегом — и тогда, победит или проиграет высочество, это не имело бы к нему никакого отношения. Какой бы принц ни взошел в будущем на престол, его руки оставались бы чисты, и он дожил бы до конца дней своих в чистоте. Но и этого он не желал.

Его изначальным намерением была защита вашего высочества, так было с самого начала.

— Выберу время и навещу Канцлера, — сказал Пэй Цзяо.

Шэнь Хуайцзю удивился:

— Ваше высочество собирается увидеться с моим отцом?

Пэй Цзяо кивнул:

— Ты всерьез думаешь, что пара слов смогла запугать его? Просто он не стал вести с тобой жесткую борьбу.

Раз уж Шэнь Хуайцзю готов ради него выйти из тени, он тоже готов попытаться ради Шэнь Хуайцзю: сначала обозначить свою позицию, чтобы у Канцлера было понимание происходящего.

— С чего вашему высочеству знать, что я скажу отцу?

— Твои мысли проще простого угадать. — Пэй Цзяо поднял глаза и с живым интересом поманил его: — Подойди-ка ближе.

Шэнь Хуайцзю чуть подался вперед.

Пэй Цзяо остался недоволен:

— Подойди еще ближе.

Шэнь Хуайцзю приблизился сильнее, и когда их разделяло всего около фута, Пэй Цзяо внезапно протянул руку и ущипнул его за щеку. Шэнь Хуайцзю замер на месте, не смея даже бросить взгляд в сторону:

— Ваше высочество!

— Упрямец.

Пощипав его немного и заметив, что Шэнь Хуайцзю чувствует себя все более неловко, Пэй Цзяо наконец отпустил его, потирая пальцы:

— Небось скажешь, что мы в свое время были соучениками и ты не можешь смотреть, как вот так обижают одного из принцев.

Шэнь Хуайцзю отступил на два шага, сбив дыхание и спутав шаги:

— Ваше высочество говорит верно.

— Я знаю, что с моим нынешним положением Канцлер вряд ли сочтет меня достойным внимания. Но кроме меня, оставшиеся тоже не лучше. Наследный принц, конечно, законный наследник, но пока жив Отец-Император, он лишь престолонаследник, а не истинный правитель.

Никто не сомневается в преданности Канцлера. Отец-Император доверяет ему, Наследный принц уважает его. Даже если я не добьюсь великих дел, какой бы принц ни взошел на трон в будущем, он сможет защитить твою жизнь.

Поэтому Пэй Цзяо никак не мог взять в толк, почему Канцлер и Шэнь Хуайцзю порвали отношения.

Шэнь Хуайцзю с детства отличался слабым здоровьем, его растили, буквально нося на руках. У Канцлера и его супруги больше не было детей, так что в него вложили всю душу.

Шэнь Хуайцзю не похож на него: если бы умер он, Отец-Император даже плакать не стал бы. Как же Канцлер, так высоко ценящий Шэнь Хуайцзю, может пустить все на самотек?

— Раз я здесь, ваше высочество непременно преуспеет, — произнес Шэнь Хуайцзю.

Пэй Цзяо приподнял бровь:

— Стольких уверенности?

Шэнь Хуайцзю промолчал, и Пэй Цзяо сказал:

— Я еще немного посплю, голова все еще кружится.

Не спеши, мне не плохо, просто посплю, и все пройдет.

Наследный принц действовал решительно, и вскоре Император дал согласие на то, чтобы Пэй Сюань переехал во дворец Чунхуа и учился вместе с Одиннадцатым принцем.

В день переезда Пэй Сюаня во дворец Чунхуа консорт Вань задержали в палаце Шунин, и лишь к полуночи императрица позволила ей уйти. Большинство слуг в покоях консорта Вань не отличались послушанием, так что Пэй Цзяо вместе со старой нянькой перетавывали вещи в три приема, наконец-то устроив Пэй Сюаня на новом месте. Во многом это удалось благодаря помощи маленького евнуха по имени Лянь Хэ.

Пэй Сюань был охвачен тревогой:

— Старший брат, мне страшно.

Я хочу вернуться в палац Илань.

— Ты только что переехал, каждые полмесяца сможешь возвращаться туда на два дня. К тому же отсюда до палаца Илань недалеко, и навестить консорт матушку будет очень удобно, — ответил Пэй Цзяо.

Дворец Чунхуа не относился ни к внутренней гареме, ни к внешнему двору; он располагался на участке земли, выделенном аккурат между ними. Каждый день туда приходил ученый муж для проведения занятий, а сыновья чиновников первого ранга и потомки удельных князей могли вместе со знатными наставниками входить во дворец и слушать лекции наравне с принцами.

Это была величайшая честь, от которой никто не стал бы отказываться.

Пэй Цзяо был одного возраста с Шэнь Хуайцзю, поэтому они разделяли годы учебы, но, если подумать, то же самое касалось и Седьмого принца с Восьмым принцем.

Он поступил на учебу на год позже и поначалу ему приходилось очень тяжело: подолгу засиживаясь по вечерам, он в одиночестве учил иероглифы, за что над ним нередко посмеивались. В то время он думал лишь о том, чтобы прилежно учиться и дать Отцу-Императору понять, что он ничуть не хуже других принцев. Лишь позже, поняв, что сколько бы усилий он ни прилагал, Отец-Император не обращает на это внимания, Пэй Цзяо оставил попытки.

http://bllate.org/book/26025/3116281